Чтение онлайн

– Почему вы рассказываете все это теперь? – требовательным тоном спросила Елена. – Почему, ведь были времена, когда я искала Вас, или Стефан, когда я думала...ну, неважно, что я думала. Но я не была уверена, что Вы – наш друг.

– Правда в том, что я стала необщительной в старости. Но теперь ты потеряла твоего молодого человека, не так ли? Я хотела бы, чтобы я встала пораньше тем утром. Тогда я, возможно, поговорила бы с ним. Он оставил мне деньги за год аренды на кухонном столе. Я всегда была добра к нему – это правда.

Губы Елены задрожали.

Мэтт храбро и торопливо поднял свою раненую руку.

– Вы можете помочь нам с этим? – снова снимая повязку со льдом.

– О Боже, Боже. И какая тварь наградила тебя этим? – спросила миссис Флауэрс, исследуя царапины, в то время как три девушки вздрогнули.

– Мы думаем, это малах, - тихо сказала Елена.
– Вы что-нибудь знаете о них?

– Я слышала это слово, но я не знаю чего-то большего. Как давно ты получил их? – спросила она Мэтта. Они больше выглядят как зубные отметины, нежели отметины клыков.

– Так и есть, - мрачно сказал Мэтт и описал малахов как мог. Это немного помогло ему отвлечься, так как миссис Флауэрс взяла один из инструментов с подноса и начала делать что-то с его красной раздутой рукой.

– Держи это полотенце так крепко, как можешь, - сказала она. – У них уже появилась корка, но из нужно открыть и промыть. Будет больно. Почему бы одной из молодых девушек не подержать его руку, чтобы помочь ей принять устойчивое положение?

Елена уже почти подошла, но Бонни слегка стукнула ее, почти перепрыгивая через Мередит, чтобы взять руку Мэтта в свои.

Открытие раны и промывание было болезненным, но Мэтт сумел пройти через это, не издав ни звука, даже своего рода болезненно усмехался Бонни, в то время как кровь и гной сочились из его руки. Сначала была острая боль, но после того как он выпустил пар, он почувствовал себя хорошо, и, когда раны были промыты и очищены и затем забинтованы холодным травяным копрессом, он почувствовал себя счастливым и готовым продолжать жить.

Именно в то время как он хотел поблагодарить старую женщину, он заметил, что Бонни уставилась на него. А точнее, на его шею. Вдруг она захихикала.

– Что? Что смешного?

– Ошибочка, - сказала она. – Я говорю вон о том засосе. Ты делал что-то еще вчера ночью, о чем не сказал нам.

Мэтт вспыхнул и натянул воротник повыше.

– Я говорил вам об этом, это был малах. У него были своего рода шупальца с присосками, вокруг моей шеи. Он пытался задушить меня!

– Теперь я вспомнила, - кротко сказала Бонни. – Прости.

У миссис Флауэрс была мазь против отметин, которое оставило щупальце малаха, а другая мазь – для очищенной раны Мэтта. После того, как она помазала его, Мэтт почувствовал себя настолько хорошо, что застенчиво посмотрел на Бонни, которая наблюдала за ним большини карими глазами.

– Знаю, это и вправду похоже на засос, - сказал он. – Я видел это утром в зеркале. И у меня есть еще один, немного нижу, его, по крайней мере, воротник скрывает.

Он фыркнул и сдвинул вниз воротник, чтобы смазать

второй «засос». Девочки засмеялись – и напряженность, которую все чувствовали, испарилась.

Мередит поднималась обратно в комнату по узкой лестнице, которую все еще считали комнатой Стефана, и Мэтт автоматически следовал за ней. Он не осознал, что Елена с Бонни отстали, пока Мередит жестом указала ему вперед.

– Они всего лишь совещаются, - сказала Мередит ее тихим, сугубо деловым голосом.

– Обо мне? – сглотнул Мэтт. – О той вещи, которую Елена видела внутри Дамона, так? Невидимый малах. И действительно ли сейчас – внутри меня – сидит такая вещь.

Мередит, никогда не пытающаяся что-нибудь смягчить, просто кивнула. Но она на секунду положила руку на его плечо, в то время как они вошли в спальню с высоким потолком.

Вскоре после этого вошли Елена и Бонни и по их лицам Мэтт понял, что его худшие опасения не подтвердились. Елена увидела выражение его лица и тотчас подошла и обняла его. Бони сделала тоже самое, только более застенчиво.

– Хорошо себя чувствуешь? – спросила Елена. Мэтт кивнул.

– Я чувствую себя прекрасно, - сказал он.

«Как борющиеся аллигаторы», - подумал он.

Ничто не может быть «лучше», чем объятия двух мягких, мягких девушек.

– Отлично, наше мнение одинаково относительно того, что внутри тебя нет ничего из того, чего не должно быть там. Твоя аура ясная и сильная теперь, когда ты не чувствуешь боли

– Слава Богу, - сказал Мэтт, и он действительно подразумевал это.

В этот момент зазвонил телефон. Он нахмурился, глядя на незнакомый номер на определителе, но ответил.

– Мэтт Хоникатт?

– Да.

– Подождите, пожалуйста.

Другой голос:

– Мистер Хоникатт?

– Да, но...

– Это Рич Моссберг из Отдела Шерифа Феллс-Черч. Вы звонили нам сегодня утром, чтобы сообщить об упавшем дереве на пути к дороге к Старому Лесу?

– Да, я...

– Мистер Хонникат, нам не нравятся шутки такого рода. Мы их фактически осуждаем. Это занимает ценное время наших офицеров, и кроме того, это преступление – оставить ложное сообщение полиции. Если бы я хотел, мистер Хонникат, я бы мог обвинить вас в этом преступлении и заставить отвечать перед судом. Я просто не могу понять, что Вы нашли здесь забавного.

– Я не....Я не нахожу ничего забавного в этом! Слушайте, вчера вечером..., - голос Мэтта затих. Что он может сказать? Вчера вечером меня подстерегло дерево со следящим за мной монстром? Его внутренний голос твердил, что офицеры Отдела Шерифа Феллс-Черч провели много своего бесценного времени, бродя вокруг Dunkin’ Donuts, но следующие слова, которые он услышал, затмили все это.

– Фактически, мистер Хонникат, во власти Кодекса штата Вирджиния, Статья 18.2-461, оставлять полиции ложные сообщения – наказуемо как поступок Класса I. Вы можете год сидеть в тюрьме или заплатить штраф 25000 долларов. Вы находите это смешным?