Судьба
Шрифт:
– Нам хотя бы не предложили это лизнуть, – прошептал Оливер ей на ухо, когда они выходили. – А ведь к тому все шло.
Она тихонько фыркнула.
Гем Соррен как раз перешел к заключительной части своей лекции – и вдруг умолк на полуслове, удивленно уставившись на свою левую руку, где красовался, переливаясь всеми цветами радуги, шарик-вампир, упившийся до размера крупной виноградины. «Не бейте его!» – хором вскричали Лон и Корделия, но поздно: гем Сорен рефлекторно прихлопнул паразита.
Он сумел сохранить достоинство и даже не завизжал. Только широко открыл рот от неожиданности.
– И не чешите! – Корделия по-матерински
Атташе честно последовал совету высоких властей и, наскоро проинструктировав Лона на предмет обороны форта в его отсутствие, помчался к медикам. Лон воспринял руководящие указания точно так же, как любой пятнадцатилетний юнец, на которого взваливали дурацкую работу. Типа, как носить воду в решете.
Но тут на комм-браслет Оливера пришло сообщение, что в музыкальной палатке их наконец готовы принять, и «не могли бы прийти прямо сейчас, сэр?».
Бросив Лону через плечо:
– И не забудь полить цветы, которые тут у тебя в заточении. Помни, от тебя зависит их жизнь! – Корделия направилась вместе с Оливером на следующее мероприятие.
По оценке Корделии, толпа в переоборудованной на скорую руку музыкальной палатке состояла примерно из двух сотен флотских офицеров (с друзьями и близкими), которые с самого начала участвовали в организации нынешнего празднества. «Пик-ник на открытом воздухе хорош еще и тем, что все формальности тут становятся менее формальными», – подумала Корделия. На заднем плане она заметила Блеза Гатти, снимавшего все на голо-вид, – первое время ей не раз приходилось сурово отчитывать пресс-секретаря, чтобы тот потактичнее исполнял свои обязанности. Ну что ж, похоже, он наконец научился вести себя тихо и ненавязчиво.
Церемониймейстером был бодрый капитан-лейтенант из Управления орбитальным трафиком – судя по всему, блестящий организатор не только на службе, но и вообще по жизни. Он провел Оливера с Корделией на их места за установленным на невысоком подиуме столом и тут же со всем пылом ударился в красноречие, приветствуя почетного гостя, кадровых военных, вице-королеву и прилетевшую с визитом вице-королевскую семью, которая занимала весь первый ряд и периодически ерзала на стульях. Корделия удивилась, что Саша и Элен явились на такую скучную часть праздника, а может, она просто недооценила притягательность торта. Рядом с ней Оливер морально готовился принимать поздравления в духе барраярского армейского юмора.
Первый подарок, который взгромоздил на стол ухмыляющийся лейтенант из корпуса пилотов шаттла, представлял собой двухлитровую пивную кружку – холодную, запотевшую, но наполненную не пивом – ее содержимое было прозрачно-зеленое и позвякивало кубиками льда. Корделия никогда не понимала, в чем суть таких огромных кружек: шутка, вызов – или их просто придумали для тех, кому лень каждый раз идти за следующей порцией? Когда Оливер честно отхлебнул глоток, толпа взорвалась аплодисментами. Глаза у него расширились, но он спокойно поставил кружку на стол и поинтересовался:
– Нам что, сегодня не хватает льда?
Его слова были
– Что там? – тихонько прошептала Корделия.
Оливер подвинул ей кружку, приглашая попробовать.
– Фрида таких коктейлей не делает.
Она попробовала, чуть не задохнулась от убойной крепости и поспешно оттолкнула кружку обратно.
– Думаю, это твоя делянка.
– Они собрались упоить меня до полусмерти еще до начала торжеств?
– Ты не знаешь, какая у тебя репутация?
– И какая же?
– Думаешь, никто никогда не замечает, как ты залпом выпиваешь бокал за бокалом на дворцовых приемах? Считается, что у тебя самая крепкая голова во всей Зергиярской армии.
– Там почти всегда бывает жарко. И меня мучает жажда, – жалобно прошептал он. Поднял кружку и сделал еще один глоток, благоразумно игнорируя призывы осушить ее до дна.
– Это хотя бы перебьет вкус цетагандийского искусства.
Следующим образчиком армейского юмора стала презентация фейковой памятной медали размером с блюдце на разноцветной ленточке – «Пережившим инспекции адмирала Джоула». Ее Оливер принял с удивившей всех готовностью, но тут в глазах его сверкнул озорной огонек, и он, повернувшись к Корделии, повесил медаль ей на шею. Судя по несколько напряженным взглядам Майлза и Катрионы, они явно словили в этом личный подтекст. Оставалось надеяться, что больше никто ничего не понял.
– Что-то вроде того, как юные леди соревнуются, чтобы снять со своих парней их армейские жетоны? – спросила она, с трудом подавив желание поцеловать его прямо на глазах у всех.
– И ты победила, – ответил он.
Затем последовало несколько обязательных в таких случаях речей, посвященных героическому прошлому именинника. Ораторы – старшие офицеры – не удержались от пары-тройки скабрезных шуточек, но большей частью все же оставались в рамках. И вот настала очередь Корделии встать и произнести краткую речь, после которой, насколько она понимала, будет вручен Главный Подарок. Ей пришлось постараться, чтобы избежать всех стандартных фраз, которые она произносила последние три года, – Оливер сразу бы их узнал. «Не хоронить пришел я Цезаря, а славить». Благодарение, а не надгробная речь.
Хотя, вдруг пришло ей в голову, если Оливер отбудет в Форбарр-Султан, состоится церемония смены командования. Военные церемонии – как и свойственно церемониям – имели тенденцию повторяться до мелочей. Как, впрочем, и надгробные речи.
Интересно, какой подарок в конце концов выбрали офицеры? Подкомитет, возглавляемый Кайей Фориннис, собрался несколько дней назад в ее кабинете, чтобы коротенько обсудить все возможные варианты, но так ничего и не решил. Про бюджет не говорилось ни слова, хотя, учитывая количество народа и размер жалованья старших офицеров (а их в группе было немало), подарок явно будет не из дешевых.
У входа в палатку поднялся шум, публика расступилась.
– Дорогу, дорогу! Подарок адмиралу!..
В образовавшийся проход вошли два офицера, тащившие… «О боги, что это? Неужто хрустальное каноэ от Пенни?» Нет, не совсем. Эта лодка была шире, длиннее, и корма у нее приспособлена для подвесного мотора. Малая осадка, плоское дно идеально подходит для изучения подводного мира в мельчайших подробностях. Хрустальная яхта – вот, наверное, самое подходящее для нее название. Яхта была обвязана посередине широкой красной лентой, завязанной бантом.