Чтение онлайн

Артем, с нарастающим внутренним напряжением слушая Палыча, по мере приближения к месту аварии непроизвольно ускорял шаг и пристально вглядывался в уже хорошо виднеющийся из-за криво припаркованного джипа помятый капот своего железного коня. То, что он увидел, заставило его мысленно выругаться и в сердцах сплюнуть под ноги.

– Ну вот, гляди, – остановтвшись возле «девятки», со вздохом кивнул сторож. – Как этот чудак на букву «м» тебя уделал. Баксов на триста, поди, не меньше!

Удар, который нанес «жигуленку» джип ACURA, оказался действительно сильным. Вмятина на капоте, разбитая фара и свежая лужа под бампером говорили сами за себя. Самым поганым было то, что потек радиатор. А значит, ни о какой

эксплуатации автомобиля до окончания ремонта не могло быть и речи.

– И что он сказал? – играя желваками, выдавил сквозь зубы Артем, переведя потемневший взгляд с битой машины на сторожа.

– А ни хера, – продувая новую гильзу «беломора», отозвался бывший подполковник, ас-истребитель советских ВВС. – Остановился после удара – и ни те крику, ни те писку. Кругом тонировка, что внутри творится – не видать. Ну, я, понятное дело, сразу подбежал, стучу в стекло. Ноль эмоций. Тогда я дверь-то открываю, а он, как мешок с дерьмом, прям мне под ноги, на асфальт, падает. Едва удержал кабана, в нем же килограмм сто двадцать, не меньше! Перегар такой, что хоть противогаз надевай. Ну, я ему на ноги встать помог, к джипу спиной прислонил и говорю – ты чего это, мать твою, наделал? Не умеешь пилотировать, как положено, так вообще за штурвал не садись! Тем более под градусом! А он, зараза, слышь, зенками своими залитыми туда-сюда зыркает, мычит, как бык в стойле, и в толк не возьмет, что я вообще от него хочу! Бухой в хламину… Я его, кабана, под микитки, как мог, и к будке отвел. Он возле ворот к столбу прислонился, блеванул пару раз от души и отошел чутка. Я ему снова про аварию объясняю, а он только штабелями кроет, мол, пошли вы все на три буквы, козлы драные. Кое-как ушел, на полусогнутых, отсыпаться.

– Имя у этого гражданина, надеюсь, есть? – бесстрашно спросил Артем.

– А как же. Изотов Андрей Борисович. Двадцати семи лет от роду.

– Телефон, адрес? – сухо поинтересовался Артем, поглядев на часы. На работу он уже безнадежно опоздал. А значит, придется выслушивать очередные стенания и угрозы немедленного увольнения от хозяина «Мельницы», Зямы Гольданского. Разумеется, этот лысый толстяк не так глуп, чтобы убивать курицу, несущую золотые яйца, и из-за такой ерунды, как опоздание, за свое место на кухне можно не волноваться. Тем более что кроме Артема в «Мельнице» трудились еще два толковых повара. Но Артем просто органически терпеть не мог всех этих визгливых разборок с хозяином бистро – с непременными атрибутами вроде мелькающих перед лицом пухлых сжатых кулачков, пунцовой раскормленной рожи и летящими во все стороны при каждом слове липкими слюнями. Одна мысль о необходимости покорно выслушивать отпускаемые в его адрес трехэтажные матерные тирады приводила его в состояние глубокого уныния.

Однако это все ерунда и случится позже. А сейчас следовало как можно быстрее, по горячим следам, разобраться с хозяином джипа и получить с него деньги на ремонт машины. Судя по крутой японской тачке, на которой разъезжал Андрей Изотов, пустые пивные бутылки по мусорникам этот амбал явно не собирал. А если чего и собирал, то скорее дань с таких коммерсантов, как Гольданский. Именно братва страсть как любит работающие на бензоколонку, звероподобные, мощные тачки. Что значат бабки для тех, кто их не заработал, а «принял»?

– А адрес у него простой, – пожал плечами Палыч. – Вон тот дом, по соседству с твоим. Квартира двенадцать. И телефончик есть, правда, мобильный. Кстати, час назад его жена приходила. Вся из себя такая, королева! Узнать – что с их джипом. Она-то, краля, телефон и черканула…

Старик достал из кармана пиджака смятую бумажку и протянул ее Артему:

– Только ты, Артем, когда будешь с ним говорить, шибко палку не перегибай. Фрукт он, как я слышал от наших мужиков, ой не простой. Мало того, что

громила с пудовыми кулачищами, так до кучи, сказывают, еще и единственный сынок большого чиновника, аж из самого Смольного. Таким конченым отморозкам все по прибору. Так что поаккуратней с ним… Заплатит – хорошо, а нет… Время сейчас волчье. Кто сильнее, богаче – тот и прав. Ты, я знаю, парень порядочный, поваром работаешь, а он – скотина.

И дружки у него наверняка такое же говно. А про дерьмо сам знаешь, что в народе говорят. Короче, если не дай бог что случится… в общем, жаль тебя будет.

– Не волнуйся, Палыч, я буду корректен, как с английской королевой, – глухо сказал Артем, беря из рук сторожа клочок бумаги с номером мобильника Изотова. Подумав, спросил, кивнув на будку сторожа:

– От тебя можно позвонить?

– Да бога ради! Раз такое дело… – махнул рукой старик, вслед за Артемом направляясь к воротам. – Я пока снаружи покурю, а ты иди. Этот дебил наверняка уже проспался. Раз тачка здесь, значит, дома. Такие свинорылые жлобы даже в сортир на метро не ездят.

Артем поднялся по металлическим ступенькам в расположенную на крыше «хозяйского» кирпичного гаража будку сторожей и, бросив из окна взгляд на хорошо видимую отсюда помятую «девятку», пододвинул к себе старенький телефонный аппарат и набрал указанный на бумажке номер. Трубку взяли только после седьмого гудка.

– Алле?! – по голосу было ясно, что ответивший явно не в духе. Надо полагать, после выпитого накануне пойла бодун у Изотова был конкретный.

– Мне нужен Андрей, – коротко сказал Артем, чувствуя, как сердце ускоряет частоту ударов, а пальцы свободной руки сжимаются в кулак. Так было всякий раз, когда Артем слышал в голосе собеседника подобные блатные интонации, обращенные в свой адрес. К счастью, подобное случалось не часто. Гольданский со своими слюнявыми, похожими на бабий визг, истериками – не в счет.

– Ну, я Андрей. А ты кто? – лениво цедя слова, ответил амбал и, нисколько не таясь, смачно рыгнул.

– Меня зовут Артем. Я твой сосед по автостоянке. Тот самый, которому ты сегодня ночью по пьянке тачку своим джипом подрихтовал.

– Ну… И че ты хочешь?! – На сей раз в голосе Изотова послышались резкие, нахрапистые нотки. Амбал явно и конкретно давал понять собеседнику, что его номер шестой и идти на какие-либо уступки он не собирается. Артем понял, что его предположения сбылись. Диалог с виновником аварии не складывался.

– По моим грубым прикидкам, восстановление машины обойдется долларов в триста, – как можно нейтральней сообщил Артем.

– А мне какое дело?! – презрительно хмыкнул Изотов. – Твои проблемы. Нефиг мусорник свой ржавый ставить там, где люди ездят!!!

– Надеюсь, сегодня вечером деньги на ремонт будут лежать в будке у сторожа, – твердо сказал Артем.

– Э, слышь, тормозни-ка! Ты че, наехал что ли, фраерок? Закрой пасть и слушай! – взревел не привыкший к такому обращению битюг. – Болт тебе в стакане, а не лавы, усек?! А если будешь бакланить, я тебе сам счетчик включу, за царапину на моем бампере, врубился в тему?! Он один дороже всей твой сраной колымаги стоит! Так что, фраерок, проваливай на х… и благодари Бога, что дешево отделался! Все! Базар окончен!

Изотов смачно, вызывающе выругался, добавил что-то совсем уж оскорбительное насчет матери Артема и отключил связь. Некоторое время Артем неподвижно стоял, слушая доносящуюся из мембраны дробь коротких гудков, затем медленно положил трубку на аппарат, на ватных ногах вышел из будки и спустился к поджидающему его снаружи отставному офицеру Палычу.

– Ну как? – спросил старик, внимательно вглядываясь в заострившееся лицо Артема. То, что бывший военный летчик увидел, заглянув парню в глаза, было красноречивее любых слов. Сторож тяжело вздохнул, потупил взор и покачал головой.