Чтение онлайн

Он смотрел на Лену осуждающим взглядом, в котором легко читалась обида. Ну, а какому мужику понравится узнать такое! Вообще-то они были готовы убраться из Охотничьего еще вчера. Впереди у них целых двадцать три дня до того, как к девушкам вернутся их гости. Но вот, не успели.

Сплетни и пересуды распространяются со скоростью лесного пожара. К тому же, по самым непредсказуемым направлениям. Обрастая при этом такими подробностями, что только и остается в недоумении качать головой. И уж тем более, когда речь идет о красивых девицах и изнывающих от скуки мужиках, которым к их глубокому сожалению не

обломилось.

— А что именно тебя интересует, Вячик? — застегивая рюкзак, в свою очередь поинтересовалась Лена.

— Ты знаешь, — дернув уголком губ, произнес он.

— Как понимать, это твое — ты знаешь? А можно добавить конкретики? А то выглядит как-то через чур туманно.

— Зачем ты переспала с Шампуром? — прямо спросил он.

При этих словах, Студент поперхнулся конфетой, которую как раз забросил в рот. Алена приложилась ему между лопаток и кивнула в сторону их комнаты, откуда они только что вышли.

Вообще-то им уже пора выезжать, если хотят немного поохотиться и найти стоянку на ночь. Несмотря на опасные места, возвращаться в стаб они не планировали. Ни к чему метаться. Лучше уж планомерно продвигаться вперед разведывая путь через горловину. Все же у них на хвосте могли висеть стронги. А с этими ребятами лучше не шутить.

— С Шампуром я трахалась точно не из-за того, что у тебя проблемы со стояком, а меня одолело желание, — убедившись, что Студент их не услышит, произнесла Лена.

— И для чего тогда? — не унимался Вячик.

— А ты слышал только о том, что я с ним замутила, или до твоих ушей долетело еще что-то?

— Поговаривают, что ты его сглазила, — отвернувшись к окну, произнес он.

Угу. Иммунные, они такие. То могут с одним ножичком выйти против кусача. А то вдруг обделываются из-за черной кошки перебежавшей им дорогу. Вообще-то с кошками тут серьезные проблемы. Не любят их отчего-то мутанты. Вот, кстати, и так их называть нельзя. Они зараженные! Прямо толерастнутая Европа, с ее закидонами. Впрочем, корень тут совершенно разный. Если тамошние сходят с ума по причине шизы, то местные из-за банального и лютого суеверия.

— Кофе будешь? — понимая, что разговор простым не будет, поинтересовалась она.

— Не хочу.

— А я выпью, — открывая кухонный шкаф, произнесла она.

Они уже прибрались и опять браться за мытье посуды не хотелось. Но лучше уж чем-нибудь заняться. Это отвлекает и успокаивает. А то накрутишь себя, да еще чего доброго проломишь кое-кому черепушку. Тем более на фоне того, что затея, еще вчера казавшаяся ей гениальной, сегодня таковой ей уже не виделась. Но что сделано, то сделано, назад не вернуть.

— Так зачем? — вновь поинтересовался Вячик.

— А нечего было ему наезжать на Алену и Студента. Теперь каким бы ни был долгим или коротким его век, он будет знать, что никакой не мачо, а натуральный импотент.

— Другого способа ты найти не могла?

— Вячик, убивать из-за такой безделицы, это слишком даже для Улья, — усмехнулась она, засыпая молотый кофе в турку.

— Я не имел ввиду убийство.

— Ну не знаю. Мне эта идея показалась весьма оригинальной.

— Ты вот так походя…

— Вячик, Вячик, остынь родной, — перебила она его, пристраивая турку на огне.

— Мы с тобой спутники.

— И что? Там, в Мирном

это подразумевает под собой какой-то смысл. Но мы в Охотничьем, где спутник означает лишь то, что означает, и не несет никакого контекста. Да, ты мне нравишься, но я тебе в любви не признавалась и в вечной верности не клялась.

— Мне казалось…

— Погоди, Вячик. Я еще не закончила. Да, я не клялась тебе в верности и никогда не говорила, что люблю. Как впрочем и ты мне. Ты ведь не больно-то думал обо мне, когда поперся на дуэль с Сапером. В твою башку ведь не пришла такая простая мысль как то, что я без опоры на сильное мужское плечо загнусь в этом чертовом Улье к ебаной матери. Не-е-ет. Нахрена попу баян. В тебе взыграла мужская, мать ее, гордость, и ты поперся отстаивать свою честь. Я ни в чем тебе не клялась, п-придурок, но я потратила две жемчужины, чтобы вытащить твою тушку с того света. Одну чтобы оживить и вторую Бороде в уплату за его услуги. Потом я перебила группу Огородника. Помнишь такого Валета. Это он снимал нас и передал видео стронгам. Раскатала Сапера и его людей. Отправилась со стронгами, чтобы добыть для тебя белую жемчужину, и из-за излишней поспешности сама квазанулась. Пришлось разобраться и с ними, чтобы выгадать по чудесной пилюле каждому из нас. Так что, родной, если ты думаешь, что я тебе что-то должна, то для начала подбей баланс.

— То есть, теперь я должен тебе, как земля колхозу?

— Ты п-придурок, Вячик. Конченый придурок. Если смотришь на это именно под таким углом.

— А под каким я должен смотреть?

— Твой гребаный бзик, с взыгравшей гордостью едва не стоил нам обоим жизни. Мой, лишь задевает твое мужское эго. Я не говорю, что я права, но и не собираюсь оправдываться. Хотя мне даже где-то стыдно перед тобой за случившееся. Вот только, как мне кажется, наши косяки несоизмеримы. И да, если так хочется, то можем разбежаться. Огромное спасибо тебе за то, что научил выживать в Улье. Впрочем, и ты в накладе не остался. Все трофеи разделим на четыре части. Стукнулись попами и разбежались, — наливая кофе в чашку, подытожила она.

— Вот так значит, — заложив большие пальцы за поясной ремень, произнес он.

— Вячик, мне очень жаль, что ты об этом узнал. В планы это не входило.

— Значит, если бы не узнал, то все пучком.

— Блин, баран упертый! Ну с какого перепуга я должна разыгрывать из себя верную супругу?

— Потому что ты сама говорила, что не спишь с кем попало.

— А я и не спала с Шампуром. Я его трахала. Причем так отымела, что он теперь будет жалеть об этом до конца дней своих.

— Или пристрелит тебя.

— Брось. Он конечно себя любит, но не настолько, чтобы в одиночку набрасываться на слаженную команду. Во всяком случае, ему пока неизвестно о том, что мы разбегаемся.

— Мы с тобой разбегаемся. Это факт. Но команду я не бросаю. Ни Алена, ни Студент не виноваты в том, что ты такая…

— Ну? Кто? Договаривай?

— Ветреная особа.

— Ой! А почему не блядь? Ну или хотя бы сучка? А то меня так все кому не лень величают. Сучка, говорят, ты. А я и не возражаю. Сучка и есть. Как тебе такое погоняло? В Улье же принято брать себе тупые клички, вместо нормальных имен. А то ведь примета, мать ее, хреновая! — под конец вскричала она.