Ступенька ввысь

'В отличие от обычных людей,

маги имеют куда больший запас прочности.

Чтобы удостовериться, что маг умер,

ему нужно отрубить голову'.

Клементий Астаросский.

«Трактат о изучении богопротивных магических существ от феи до человека».

Кто думает, что ночью на кладбище тихо, тот никогда не крался между могил с лопатой наперевес. Лопата сегодня у меня в руках была не моя любимая, идеально подходящая к руке и по росту, а обычная. Тяжелая, зараза, с чуть

проржавелым лезвием, да еще и черенком мне почти по грудь. Я уже предвкушала кровавые мозоли, но поделать ничего не могла. Моя заклятая подруга, потомственная магичка и язва Софи в таких случаях говорит, что я клептоманка, но это не так!

Да, я обираю периодически покойников, но беру только то, что им мешает. Объяснить живым, что мертвым мешают золотые украшения, драгоценные камни и амулеты, нереально. Некоторые еще и монеты на глаза кладут, а покойники потом жалуются, что им ничего не видно.

Конечно, единственный мне знакомый серьезный и взрослый некромант, Юлий Звояр, бесится и утверждает, что я никак не могу слышать покойников, потому что души ушли на перерождение, а не поднятые тела не разговаривают. Но я-то знаю, что слышу, да?

Так вот, ночью на кладбище всегда шумно. Даже если мимо тебя не промарширует группа некромантов-двоечников или группа отличников темных магов, которым эманации от могил помогают делать домашку, всё равно на кладбище совсем не тихо.

Поскрипывают кресты и двери склепов, хрипло переговариваются могильные вороны, которые не спят ночью. Пролетают с негромким уханьем совы, постукивают каблуки кладбищенского сторожа, который специально носит такие шумные сапоги, чтобы все успевали убраться с его дороги. Сторож не любит проблем.

Сторож мне не нравится. Не люблю бессмертных стариканов, а этот еще умудряется работать на всех известных мне кладбищах одновременно. То ли какая-то ужасно черная магия, то ли он могущественнее всех и тратит свое время на то, чтоб следить за порядком среди мертвецов.

Но главная проблема в том, что из-за этого сторожу я уже примелькалась даже притом, что мы оба старались не привлекать внимание второго.

Одним словом, идти надо было очень осторожно, что в громоздких туфлях на каблуках, которые мне еще и велики, не слишком просто.

Ну и все эти звуки в моем случае дополнялись шепотками из могил. Женщины и мужчины, старые и молодые, они просили, умоляли облегчить их нахождение на кладбище. И я старалась изо всех сил, а найденные монеты и украшения забирала как свой гонорар. Мне ведь надо чем-то платить за учебу, верно?

В прошлый раз было вообще была картина маслом, причем рапсовым. Парень с девушкой хотели лежать в одной могиле. Они не были какими-то разделенными влюбленными, убившими себя от горя. Просто стечение обстоятельств. Она умерла от горячки, он в тот же день попал под собственноручно срубленное дерево. Но мертвецы такие романтики! Вот и эти двое решили, что хотят быть вместе.

Я намучилась, перетаскивая сначала девицу к парню, а потом наоборот, потому что у нее, видите ли, место лучше! А получила за труды лишь пару медных монет. Но я не жалуюсь, всякое случается.

Сегодня мне хотелось чего-то попроще, поэтому я отмахивалась от шепотков из-под массивных надгробных плит и больше

прислушивалась к склепам. А потом увидела эту могилу. Совсем свеженькая — земля еще не успела высохнуть. Разве сегодня хоронили кого-то? Я подошла поближе, воткнула лопату в центр пышного венка и пригляделась к надписи на надгробном камне. Имя мне ничего не сказало, но пожил парень всего ничего. Почти что ровесник. На годик помладше.

И камень еще.

Всем известно, что сначала надгробие ставят временное. Земля еще усядет, камни разъедутся, а надгробие треснет. К чему лишние заботы? А тут прямо камень-камень! Да еще большой такой, как же его сковырнуть?

Вообще, из-за этого камня я собиралась пройти мимо. Я не нанималась тяжести таскать и качать мускулы! Но голос из-под земли был такой отчетливый, что я шарахнулась вбок и рухнула задницей на соседнюю могилу.

Отбила бы все до синяков, не будь на мне трех юбок и под второй еще и мешочков для находок.Мало ли какой мертвец позовет! Как-то раз я из-за плотно набитых мешочков шла как утка и бренчала похлеще леденцового монстра, которого однажды создали светлые в академии. Жаль, что такая удача не преследовала меня постоянно.

Но, тем не менее, звуки из-под земли расценивались мною однозначно как необходимость раскопать могилу. Если ты всем говоришь, что действуешь по настойчивым просьбам мертвецов, то негоже не откликаться на настолько явную! К тому же меня на это кладбище тянуло с такой страшной силой, что я не стала дожидаться, когда мне перешлют забытую в университете мою лопату, и стащила эту в саду старухи Ильинки, у которой снимала комнатку летом.

Я верила, что это не просто так, вот и торопилась. В конце концов, мне нужно чем-то платить за следующий семестр после летних каникул. Было бы неплохо набрать на нужную сумму за одну ночь! Да, Софи могла бы заплатить за меня хоть до конца учебы, но кому приятно быть должной подруге! Вот и я этого не хотела.

Так что, даже чувствуя, как на руках вздуваются волдыри, я продолжала копать. Земля была влажная и тяжелая, но еще не успела плотно лечь, так что я копала довольно быстро. Софи говорила, что я как крот и это мой единственный магический дар, но Софи ничего не понимала. Копала я без капли магии, вся моя слабенькая магия требовалась, чтобы сдвинуть камень — и я помогла себе рычагом из лопаты, да вытянуть гроб.

Вручную мне это было не сделать ни за что. Даже на своих монструозных каблуках я была ростом немного выше метра шестьдесят и никаких волшебных мускулов мне от моих предков не досталось. Но вот умение использовать нежелание земли держать в себе предметы я использовала на полную катушку. И сейчас также поступила.

Отодвинула камень, докопала до гроба и повела над ним ладонями. Пара мозолей уже лопнули и кровоточили, но я не спешила использовать лечилку. С кровью все работало только лучше. Вот закончу, тогда и вылечу.

Гроб я выдернула так легко, словно эта огромная махина не нравилась земле матушке особенно сильно. Мне бы задуматься, но думать на работе я не любила.

Я огляделась и, убедившись, что никого не видно, разве что пара могильных воронов заинтересованно подлетели поближе, достала из-за пояса гвоздодер и начала открывать гроб.