Чтение онлайн

Как странно, что теперь, когда появилось сомнение, что они родственники, он не производит на нее никакого устрашающего эффекта. Знал ли он? Поэтому ли не испытывал к ней ничего, кроме презрения?

До сих пор она даже не понимала, насколько похожа на Туллохов из Килмарина — гордых, решительных, не отступающих перед обидчиком.

— Я сделаю это, — сказала она. — И с удовольствием. Но я никогда слова не скажу, если ты освободишь Дугласа.

— Ты полагаешь, меня волнует,

что мир думает обо мне?

У нее не было шанса ответить. Вверху что-то громыхнуло, грохот прокатился по дому. У Сары мелькнула нелепая мысль, что какой-то гигант прошиб дом кулаком от крыши до винного погреба. Куски дерева и штукатурки дождем хлынули вниз. Сара могла лишь прикрыть голову руками, сожалея о том, что мода не учитывает непредвиденных обстоятельств. Кринолин вряд ли поможет выжить.

Треск и скрежет длились, казалось, долгие часы. Она не могла дышать, всюду вздымались клубы пыли. Внезапно кто-то прижал ее к груди, сквозь пелену она услышала голос Алано:

— Проклятый болван взорвал себя.

Его слова не имели смысла, однако она повторила их в уме и осознала смысл сказанного.

Оттолкнув Алано, она испуганно уставилась на него, но он был в темноте. Везде, было темно.

Позади него где-то мерцал свет, и она внезапно поняла, что это огонь. Оба поползли туда, где когда-то была дверь.

Неужели выжили только они?

Сара подняла глаза. Части потолка не было, и верхнего этажа — тоже. Ночное небо сияло, кристально чистое, черное, красивое.

Алано был рядом и подталкивал ее в плечо, направляя. По крайней мере его прикосновение доказывало, что он жив и она — тоже.

— Проклятый болван взорвал себя, — повторял он снова и снова.

Сара стояла на коленях, но пожар позади них заставил ее собраться с силами и подняться на ноги. Она протянула ему руку и сказала:

— Не говорите этого.

Он весь был покрыт чем-то белым, лицо в пыли. Должно быть, она выглядит также ужасно. Как странно, что ее это не волнует.

Они несколько мгновений смотрели друг на друга. Слышен был рев огня и отдаленный колокольчик пожарной команды.

— Это правда. — Голос Алано был спокойный, тон сострадательный и нежный, как будто от этого ей станет легче.

— Нет.

Алано оглянулся и что-то сказал. Она спешила на улицу, не заботясь, к кому он обращался и почему. Огонь распространялся, гоня ее прочь. У парадной, двери, теперь превратившейся в обломки дерева, она заколебалась и оглянулась. Алано и Тим держали под руки герцога Херриджа. Внезапная радость при виде Тима сменилась мыслью, что здесь и Дуглас.

«Проклятый болван взорвал себя».

О Господи!

Она едва не упала, ноги внезапно ослабели,

и она подумала, что не сможет выбраться из дома. Алано оказался рядом и поддержал ее.

— Перешагните, — сказал он, словно уговаривал несмышленое дитя сделать шажок. Запах гари становился ближе. Сара знала, что это страшно, но все казалось нереальным.

Это просто ночной кошмар. Она дома, в Чейвенсуорте, тоскует без Дугласа. Если она проснется и протянет руку, он окажется рядом. Голый, мужественный, потрясающе привлекательный.

Ей нужно сказать ему, как он красив. Он должен знать, что каждый раз, когда она видит его, ее сердце бьется быстрее.

— Мы должны найти Дугласа, — сказала она.

— Она ранена? — с трудом произнося слова, спросил кто-то.

— Нет, у нее шок, — ответил Алано. — Только она этого не сознает.

Сара пыталась отстраниться, но Алано держал ее так крепко, что она не могла высвободиться.

Каждый шаг отзывался хрустом, она шла по осколкам стекла и щепкам. Время от времени сверху падали обломки, и все кричали.

Ступеньки наконец кончились. Спотыкаясь и вытянув руки, она пошла к карете. Эдмундс, разинув рот, смотрел на развалины. Алано, который все еще был рядом с ней, что-то крикнул Эдмундсу. Тот бросился к дверце кареты.

— Мы увезем вас отсюда, леди Сара, — сказал кучер.

— Нет. Я не уеду. — Она повернулась к Алано. Сара знала, что пожар начал распространяться, поэтому на его лице виднелись оранжевые отблески. — Разве вы не понимаете? — сказала она гораздо спокойнее, чем сама от себя ожидала. — Он не может умереть.

— Не думаю, что кто-нибудь выжил, леди Сара, — сказал Алано. — Верхний этаж снесло.

Она повернулась к тому, что недавно было лондонским домом герцога Херриджа. Алано прав. Третьего этажа нет, в перекрытиях второго зияет огромная дыра, половина фасада обрушилась при взрыве.

— Садитесь, леди Сара. — Алано подвел ее к дверце кареты.

Какая-то женщина закричала, и вдруг остатки крыши внезапно рухнули, накрыв округу облаком пыли, грязи и золы.

— Проклятый болван взорвал себя, — повторил Алано.

В этот момент она ненавидела Алано. Ненавидела, потому что он провел с Дугласом долгие годы, а она — несколько недель. Ненавидела, потому что он вслух сказал то, что ни у кого недостало храбрости произнести, и определил судьбу Дугласа. Она ненавидела его, потому что по его лицу катились слезы, а у нее внутри была пустота — ни сердца, ни души. Даже ум оцепенел, не в силах осмыслить случившееся.

— Леди Сара, пожалуйста, самое безопасное место в карете.

— Я не уеду.

Подошел Эдмундс.