Стриптиз
Шрифт:
— Вы расскажете мне все, что сказал вам Фрэнки, а я посмотрю, чего это будет стоить.
Мне ничего не оставалось делать, кроме как начать говорить.
Когда я закончила, Джон Нейлор достал свой блокнот и что-то записал в нем. Потом взглянул на меня, словно оценивая, правду я ему сказала или нет.
— Когда вы предполагаете связаться с Фрэнки? — спросил он.
— Мы с ним об этом не говорили. Думаю, он сам со мной свяжется.
— Как по-вашему, что Фрэнки имел в виду, когда сказал, что у Дениз неприятности?
— Не знаю, быть может, это имеет
Нейлор взглянул на часы, закрыл блокнот и встал.
— Спасибо, Кьяра. Не уверен, что это нам поможет, но для нас важны все мелочи.
— Так с меня снимут слежку? — Я соскользнула с табурета и подошла к Нейлору.
— Посмотрим, — ответил он.
— Посмотрим? — повторила я. — Черт побери! Что это значит? Мне босс дышит в затылок, грозит уволить, если у меня на хвосте будут полицейские, а вы говорите «посмотрим»?
Нейлор спокойно взглянул на меня и решительно сказал:
— Я приму решение, когда вернусь в город.
— А когда это будет? — поинтересовалась я, с трудом сдерживаясь.
Нейлор пожал плечами.
— Все зависит от того, что я узнаю, когда приеду туда. Успокойтесь, Кьяра. Как только смогу, я вернусь к вам.
Когда за ним захлопнулась дверь, я почувствовала себя так, словно попала в капкан.
— Полицейский — ваш друг, — проговорила я детским голосом. — Чушь собачья!
Я подошла к окну и сквозь занавески посмотрела, что происходит на улице. Нейлор как раз отъезжал, а Донливи остался на том же месте и смотрел на мой трейлер.
Небо уже светлело, светлело и все вокруг. Скоро наша стоянка оживет, кто-то отправится на работу, детишки будут ждать школьного автобуса. А в моем перевернутом ночном мире наступит время отдыха.
Мне очень хотелось верить, что я засну. Но это был один из тех случаев, когда еще до того, как голова коснется подушки, точно знаешь, что сон не придет. Я лежала в спальне, чувствуя, как солнце медленно прогревает трейлер. Было слышно, как разъезжаются взрослые на работу, затем зазвучали детские голоса и смех — это ждали автобуса школьники. Наконец, я, услышала свой автоответчик.
Обычно я его отключаю, убирая звонок и звук, но сейчас, лежа без сна, я слышала совсем тихие пощелкивания, которые означали, что поступил входящий звонок. Меня разобрало любопытство, я протянула руку и включила звук. Послышался мужской голос:
«Кьяра, это я, Лайл. Ты не осталась вчера вечером, а мне правда надо было поговорить с тобой. — Последовала пауза, будто Лайл решал, что делать дальше. — Давай поговорим сегодня, мне это очень нужно».
Время для записи закончилось. Я было почувствовала себя виноватой, а потом подумала, что ничего ему не должна, он бросил меня одну с трупом, поэтому поговорю с ним, когда буду готова, и на своих условиях.
Через несколько минут опять послышался щелчок, снова чей-то звонок. Но на этот раз трубку повесили, не оставив сообщения. Еще через несколько минут повторилось то же самое, а потом еще раз.
— Нет, Флафи, это бесполезно. — Я потянулась
Это очень устраивало мою малышку, у нее был очень довольный вид. Она-то проспала всю ночь, как положено, и сейчас была полна сил и энергии. Флафи с удовольствием вышла со мной наружу, весело помахивая хвостиком и высунув от жары язычок.
Солнце уже слепило, становилось действительно жарко. На стоянке я осмотрелась вокруг. Вместо Донливи в полицейской машине сидел какой-то другой, незнакомый мне офицер. У него были темные, с проседью, волосы, и он что-то увлеченно читал. Мне пришла в голову мысль сообщить ему свой утренний маршрут, но потом я решила, что тогда ему будет неинтересно следить за мной. Нет уж, пусть помотается за мной по Пятнадцатой улице, пока я буду ездить от одного пункта продажи подержанных автомобилей до другого. А может, он даже подвезет меня, когда я верну свою арендованную машину.
— Ладно, Флафи, — сказала я, — сделаем так.
Флафи стояла в тени нижней ступени, наблюдая, как я открываю дверцу автомобиля.
— Давай вытащим из этой развалюхи наши вещи, проверим, не забыла ли я чего-нибудь, и чтобы под сиденьями ничего не осталось, а затем отправимся покупать подержанную машину.
Флафи потянула носиком, и я оценила это как одобрение. Я достала с заднего сиденья свою косметичку и начала собирать картонные стаканчики, которые накопились там за последние несколько дней. Один упал и закатился под переднее сиденье. Чтобы достать его, мне пришлось нагнуться, и я вдруг увидела под сиденьем пакет — квадратный пухлый пакет средних размеров в коричневой оберточной бумаге. Такие пакеты я обычно посылаю домой на Рождество, только мои потоньше.
Я не сразу решилась дотронуться до него. Сначала я наклонилась ниже, чтобы получше рассмотреть его и понять, что в нем. Мне пришла мысль о пластиковых бомбах, которые вкладывают в конверты. Хорошо, что неподалеку в машине сидит полицейский. Пакет был свернут не очень аккуратно, — он выглядел так, будто кто-то сунул что-то в бумажную сумку, сложил ее и наспех заклеил скотчем. «На бомбу не похоже, — решила я. — Скорее всего тот, кто брал эту машину напрокат до меня, забыл его здесь». Я поставила на крышу машины еще один стаканчик и быстро огляделась по сторонам. Казалось, детектив в полицейской машине не обращает на меня внимания.
Флафи, почувствовав серьезность происходящего, подошла и обнюхала мои туфли. Я встала на колени на водительское место и снова заглянула под пассажирское сиденье. Может, моя задница отвлечет внимание детектива и он не станет пристально всматриваться, пытаясь понять, что я делаю и что достаю. Стараясь двигать ею как можно привлекательнее я тем временем достала пакет из-под сиденья. Затем вылезла из машины, собрала все стаканчики из-под кофе, взяла косметичку, положила все это поверх пакета и направилась к трейлеру.