Чтение онлайн

Что ты говоришь? Насчёт умения язычком… А давай попробуем, тебе подскажу — и ты научишься.

«Ты и Волгу веслами расплещешь, Ты шеломом вычерпаешь Дон…».

Не, это не про нас, это про князя Всеволода Большое Гнездо, про того мальчонку,

который когда-то искал на моём подворье в Пердуновке свою маму и обижался, что она его перед сном не поцеловала.

Но мы стараемся — расплёскиваем. А я ещё и думу думаю. Такую… сильно воинскую: как бы войны избежать. Не этой конкретно, а вообще. Не вообще, от слово «совсем», а хоть по-уменьшить.

История Шуха навела меня на мысли. Теперь вот веслом — погрёбываю, мозгой — подумываю.

Феодальное общество строится иерархически. «Феодальная пирамида» — слышали?

На вершине пирамиды — государь. Большой/маленький, абсолютный или не очень… не суть. Почти всякая здешняя война состоит в том, чтобы этого… «на кочке лягушонка» — в чём-нибудь убедить. Типа: отдай денег, отдай земли, уйди отсюда нафиг…

Вся задача — конкретной особе втолковать «правильное».

Дальше, конечно, возможны всякие коллизии. Типа: мы, исконно-посконное дворянство и соль земли…! Но на то и пирамида, чтобы нижестоящие исполняли приказы вышестоящих.

Это же не синагога: «два еврея — три мнения», и не русская община: дискуссия без регламента с мордобоем до консенсуса.

А народ? — А что народ? Народ против государевых решений не восстаёт. Он восстаёт против сдирания с него четвёртой-пятой шкур. Например, в форме иноземного вторжения с резнёй и грабежами.

Так и не надо!

Вопрос: а на фига собирать тысячи здоровых мужчин, отрывать их от дела, тратить кучу ресурсов на их вооружение, обучение, снабжение, превращать всё это в мертвецов, калек, мусор…? Чтобы объяснить этому… эмиру Ибрагиму, что он неправ? Что ставить городок Бряхимов — плохая идея?

Может, просто поговорить с ним? Типа: дядя, зря ты так. Убери и не показывай.

Так ведь не поверит, не проникнется. Нашей правотой. У него своя есть. Про которую он думает, что она правильнее.

Обычные здесь каналы обмена информацией… грамотки, послы, подарки… часто не убедительны.

Для повышения убедительности можно… чуть подвигать комплектность информации.

«— Здесь очень жёсткая кровать.

– Так это хорошо! Не будем проваливаться!

– И очень скрипучая.

– А вот это — плохо».

Ещё важен источник.

Чтобы Шух ни сказал Божедару — тот поверит. По его совету — всё сделает. Интересно, а нет ли у этого эмира…? Не в смысле позиции геометрической, а в смысле позиции душевной? Фаворит, конфидент, друг, советник, духовник…? Который бы его «общнул» в правильном направлении…

Потому что эмиру поговорить по душам со мной, например…

Проблема общения со здешними владетельными особами в том, что с ними очень тяжело

общаться.

Честно скажу — легче убить, чем поговорить. Феодальный дом похож на кусок паутины: в середине сидит, как паук, сеньор, и к нему фиг подберёшься.

Но никакая паутина не бывает непроходимой. Если подвести одиночку… чтобы он просочился сквозь… вошёл в самое сердце… и застрял там. Стал «другом». Наставником, советником, любовником… «Наездником». Авторитетным источником. И прямо в ушко туземному абсолюту очередной «кочки»… влил мою правоту.

«Агент вливания» — слышали? — Правильнее — не «вливания», а «влияния»? А какая разница? Что «влил» — то и «повлияло». По марксизму: «питиё определяет сознание».

Влить абсолюту дозу «Абсолюта» — и он сразу всё поймёт. Прочувствует и присоединится.

«Умом ощупал я все мирозданья звенья, Постиг высокие людской души паренья, И, несмотря на то, уверенно скажу: Нет состояния блаженней опьяненья».

Сделаем «лягушонку на кочке» — «блаженно». С помощью «Абсолюта» или иного уместного средства. И всем сразу станет «счастье».

Тот же эмир, например, быстренько убирает войска со Стрелки, выплачивает кое-какую компенсацию за наши труды праведные и радостно сообщает:

– Был неправ. Приношу извинения. Ребята, давайте жить дружно!

По-моему, это куда лучше так называемых героических битв и великих походов. С неизбежной массой дерьма, крови и пепелищ.

Но такого «лезвия в сердце булгарской паутины» — нет. И вот мы… вгрёбываем до мозолей. Идиоты…

Можно — погрустить об отсутствии. Можно — подумать: а каким оно должно быть?

«Лезвие» должно стать «другом». Пользующегося доверием, убедительным, заставляющим прислушиваться к своим словам. Есть два-три психотипа, которые могут достоверно реализовать соответствующие стратегии поведения. Остальные отсекаем.

«Лезвие» должно быть «попаданцем»: обладать некоторыми особенными, редкими талантами и умениями. Да хоть уродством! Шух с урезанным языком и нестандартным сексом — один пример, фаворитка английского короля с грудями разного размера, про её секс ничего сказать не могу — другой.

Масса карликов и уродов при дворах средневековой Европы… некоторые пользовались большим влиянием. Врачи, парикмахеры, астрологи… Иоганн Фридрих Струэнзе — придворный врач душевнобольного короля Дании и фаворит королевы, проведший в стране масштабные реформы. Арестован, осуждён за прелюбодеяние с королевой, казнён. Но реформы-то — проведены!

Подбираем, тренируем, готовим.

И ещё то, чего у Шуха нет, на чём они погорят — команда.

Группа лиц, которых, как верёвку за гарпуном, втягивают в паутину домена, частью — внутрь, частью — оставляя снаружи. Которая прикрывает «лезвие», обеспечивает поддержку его планов. Было бы у ребят кому «прибрать» стрыя — картинка бы выглядела иначе.