Страж-птица
Шрифт:
– Да в общем-то согласен, - уныло сказал Гелсен.
Он и сам говорил себе это тысячу раз, а все же ему было неспокойно. Надо бы потолковать об этом с Макинтайром. Совещание кончилось, и тут он вдруг усмехнулся. Вот забавно! Уйма полицейских останется без работы!
– Ну что вы скажете?
– в сердцах молвил сержант Селтрикс.
– Пятнадцать лет я ловил убийц, а теперь меня заменяют машиной.
– Он провел огромной красной ручищей по лбу и оперся на стол капитана.
– Ай да наука!
Двое полицейских,
– Да ты не горюй, - сказал капитан.
– Мы тебя переведем в другой отдел, будешь ловить воров. Тебе понравится.
– Не пойму я, - жалобно сказал Селтрикс.
– Какая-то паршивая жестянка будет раскрывать преступления.
– Не совсем так, - поправил капитан.
– Считается, что страж-птица предотвратит преступление и не даст ему совершиться.
– Тогда какое же это преступление?
– возразил один из полицейских.
– Нельзя повесить человека за убийство, покуда он никого не убил, так я говорю?
– Не в том соль, - сказал капитан.
– Считается, что страж-птица остановит человека, покуда он еще не убил.
– Стало быть, никто его не арестует?
– спросил Селтрикс.
– Вот уж не знаю, как они думают с этим управляться, - признался капитан.
Помолчали. Капитан зевнул и стал разглядывать свои часы.
– Одного не пойму, - сказал Селтрикс, все еще опираясь на стол капитана.
– Как они все это проделали? С чего началось?
Капитан испытующе на него посмотрел - не насмехается ли? Газеты уже сколько месяцев трубят про этих страж-птиц. А впрочем, Селтрикс из тех парней, что в газете, кроме как в новости спорта, никуда не заглядывают.
– Да вот, - заговорил капитан, припоминая, что он вычитал в воскресных приложениях, - эти самые ученые - они криминалисты. Значит, они изучали убийц, хотели разобраться, что в них неладно. Ну и нашли, что мозг убийцы излучает не такую волну, как у всех людей. И железы у него тоже как-то по особенному действуют. И все это как раз тогда, когда он собирается убить. Ну и вот, эти ученые смастерили такую машину - как дойдут до нее эти мозговые волны, так на ней загорается красная лампочка или вроде этого.
– Уче-оные, - с горечью протянул Селтрикс.
– Так вот, соорудили эту машину, а что с ней делать, не знают. Она огромная, с места не сдвинешь, а убийцы поблизости не так уж часто ходят, чтоб лампочка загоралась. "Тогда построили аппараты поменьше и испытали в некоторые полицейских участках. По-моему, и в нашем штате испытывали. Но толку все равно было чуть. Никак не поспеть вовремя на место преступления. Вот они и смастерили страж-птицу.
– Так уж они и остановят убийц, - недоверчиво сказал один полицейский.
– Ясно, остановят. Я читал, что показали испытания. Эти птицы чуют преступника прежде, чем он успеет убить. Налетают на него и ударяют током или вроде
– Так что же, капитан, отдел розыска убийц вы прикрываете?
– спросил Селтрикс.
– Ну, нет. Оставлю костяк, сперва поглядим, как эти птички будут справляться.
– Ха, костяк. Вот смех, - сказал Селтрикс.
– Ясно, оставлю, - повторил капитан.
– Сколько-то людей мне понадобится. Похоже, эти птицы могут остановить не всякого убийцу.
– Что ж так?
– У некоторых убийц мозги не испускают таких волн, - пояснил капитан, пытаясь припомнить, что говорилось в газетной статье.
– Или, может, у них железы не так работают, или вроде этого.
– Так это их, что ли, птицам не остановить?
– на профессионального интереса полюбопытствовал Селтрикс.
– Не знаю. Но я слыхал, эти чертовы птички устроены так, что скоро они всех убийц переловят.
– Как же это?
– Они учатся. Сами страж-птицы. Прямо как люди.
– Вы что, за дурака меня считаете?
– Вовсе нет.
– Ладно, - сказал Селтрикс.
– А свой пугач я смазывать не перестану. На всякий пожарный случай. Не больно я доверяю ученой братии.
– Вот это правильно.
– Птиц каких-то выдумали!
И Селтрикс презрительно фыркнул.
Страж-птица взмыла над городом, медленно описывая плавную дугу. Алюминиевое тело поблескивало в лучах утреннего солнца, на недвижных крыльях играли огоньки. Она парила безмолвно.
Безмолвно, но все органы чувств начеку. Встроенная аппаратура подсказывала страж-птице, где она находится, направляла ее полет по широкой кривой наблюдения и поиска. Ее глаза и уши действовали как единое целое, выискивали, выслеживали.
И вот что-то случилось! С молниеносной быстротой электронные органы чувств уловили некий сигнал. Сопоставляющий аппарат исследовал его, сверил с электрическими и химическими данными, заложенными в блоках памяти. Щелкнуло реле.
Страж-птица по спирали помчалась вниз, к той точке, откуда, все усиливаясь, исходил сигнал. Она чуяла выделения неких желез, ощущала необычную волну мозгового излучения.
В полной готовности, во всеоружии описывала она круги, отсвечивая в ярких солнечных лучах.
Динелли не заметил страж-птицы, он был поглощен другим. Вскинув револьвер, он жалкими глазами уставился на хозяина бакалейной лавки.
– Не подходи!
– Ах ты, щенок!
– рослый бакалейщик шагнул ближе.
– Обокрасть меня вздумал? Да я тебе все кости переломаю!
Бакалейщик был то ли дурак, то ли храбрец - нимало не опасаясь револьвера, он надвигался на воришку.
– Ладно же!
– выкрикнул насмерть перепуганный Динелли.
– Получай, кровопийца...
Электрический разряд ударил ему в спину. Выстрелом раскидало завтрак, приготовленный на подносе.