Чтение онлайн

Между нами выстраивается разъедающий воздух барьер. Я хватаю его за локоть, но он выскальзывает из моих рук, как вода сквозь пальцы.

– Скорей!
–  с криком он разлетается на миллионы мельчайших песчинок.

– ГАВРИИЛ!
–  ору я, но просыпаюсь.

Метеором я хватаю с журнального столика айфон и набираю номер «Мой Гавриил», но все без толку - гудки не идут. В Москве и Подмосковье объявлено штормовое предупреждение. Скорее всего, из-за бурана возникли перебои со связью. Впопыхах я натягиваю лосины, накидываю пуховик и, прыгая на одной ноге, обуваю угги. За порогом порыв колючего ветра со снегом будит мой невыспавшийся организм.

Мороз в Сочи крепчает. Обильно валят крупные хлопья, застилая снежным ковром проезжую часть и тротуары. За заборами горят наряженные елки с причудливо накренившимися от снега макушками. В запорошенных окошках капают капли неоново-голубых мигающих гирлянд.

Без происшествий я пресекаю Врата и оцениваю ситуацию на дорогах Московской области - транспортный коллапс из-за снежной бури пока не наступил. На КПП Зоны № 1 я прохожу идентификацию личности и заезжаю на территорию комплекса, подсвечивающегося снизу мощными прожекторами. В приемной на двадцатом этаже мне навстречу выплывает фигуристая Алена, одетая по последней моде офисного дресс-кода. Попросить об аудиенции с доктором Гробовым я не успеваю.

– Ева, что у тебя стряслось?
–  с ураганным настроем вылетает из своего кабинета оторванный от дел Гавриил.

На лету он прижимает меня к себе и поцелуем в губы непростительно нарушает офисный этикет и спокойствие в глазах общественности - Алены.

– Я так боялась за тебя, - сбивчиво объясняюсь я.
–  Из-за этого дурацкого бурана я не могла тебе дозвониться. Тебе грозит опасность. Смертельная.

На ключевом слове Гавриил сжимает пальцами переносицу и на неопределенное время прикрывает веки. На костяшках пальцев у него откуда-то добавились новые ссадины.

– Подними начальника моей личной охраны и вызови Сашу из имения, - немного отойдя, раздает Алене поручения Гавриил.

Он придерживает для меня дверь в кабинет и заходит следом. В сумрачном настроении его докторский мозг долго не раздумывает: в руке мгновенно оказывается щедрая порция виски со льдом, ноги прокладывают путь к панорамному окну. В беспроглядной тьме ожесточенно воют снежные вихри.

– Я найду тебя, «серый кардинал», - посылает он угрозу прячущемуся в крутящейся мгле врагу.
–  Кем бы ты ни был. Где бы ты ни был.

Заправляя за ухо выбившийся клочок волос, я открываю ему сюжет сна о его детстве. В информацию-бонус я вкладываю сообщение о влиянии прорицания во снах. Пересказ удручающего сценария вещего сна в канун дня рождения, где он убивает меня, я осмотрительно откладываю до лучших времен.

– Мой отец способен на многое, - прохладно замечет Гавриил, опустошенно взирая на беспокойную ночную панораму, так похожую на его собственный непростой характер.
–  Возможно, меня он убивать не станет, но вот тех, кто мне дорог…

Угнетающая атмосфера давит мне на виски. Беря инициативу в свои руки, я подхожу к цилиндрическому аквариуму, работающему в режиме ночного освещения. Баснословно дорогостоящий и хлопотный чертог очаровательных обитателей морей и океанов заменяет собой одну из стен в кабинете. В водных глубинах этажом ниже выявляются легкие колыхания водорослей. Со дна, разрезая толщу воды, несется чья-то плотная масса. Колебания в водных хоромах заметно возрастают, и из пушистой гусеничнообразной тины выныривает тупоголовая морда лидера душегубов. Характерный треугольный плавник на спине обещает зазевавшимся купальщикам верную гибель.

– Малыш Моджо, - как закадычного друга, представляет грозу морей Гавриил.
–  Прошу любить и жаловать.

Мои брови скептически взлетают вверх.

– С воплем «Спасите!» грести всеми четырьмя лапами к берегу, - перефразирую я.
–  Не в

обиду, но машину для убийства не припишешь к отряду малышей. Теперь я понимаю, почему Сидоров не хотел интима с Малышом Моджо.

С едва заметной улыбкой Гавриил стучит по стекленному резервуару, привлекая внимание акулы.

– Женщины нас обижают, Моджо, - жалуется он разинувшему пасть мореплавателю.
–  На самом деле, Ева, самец тупорылой акулы или акулы-быка - любимец нашего офиса. Как и другие виды, он является предметом моей работы последних двадцати лет.

– Какие исследования ты проводишь?

– Акулы уникальны по своей природе, - с энтузиазмом берет на себя роль просветителя Гавриил.
–  У акул высочайшая эффективность иммунной системы, которая защищает их от инфекций. Акулы никогда не болеют и никогда не спят, а их раны заживают быстрее, чем у собаки. Наша работа состоит в применении генома акулы для лечения людей от рака. На данном этапе мы трудимся над вживлением искусственно-синтезированных стволовых клеток, находящихся в печени акулы, в стволовые клетки человека. Добившись положительных результатов мутации, мы будем клонировать стволовые клетки. В дальнейшем при помощи трансплантации в организм человека выведенных усовершенствованных стволовых клеток мы сможем предотвращать злокачественные новообразования. В моих планах провести аналогичные испытания и с геномами других видов животных. В будущем люди смогли бы бороться с неизлечимыми недугами и вирусами.

– Без сомнений вашему открытию цены не будет, - пораженно отмечаю я, следя за маневренностью акулы в аквариуме.
–  Ты очень умный, Гавриил. Я верю в тебя и твоих ученых.

– Благодарю тебя, ангел мой, - несколько растерянно произносит он.
–  Для архонтов на первом месте стоит забота о человеческой расе. Мне больно знать, что в Ордене о призвании помнят единицы.

– Мне тоже, - с грустью поддерживаю я его.

Ослабив узел галстука, Гавриил растягивается на кожаном кресле и привлекает меня к себе на колени. Нетерпеливо он приспускает лямку моей майки и без зазрения совести зализывает «клеймо собственности». От удовольствия он даже закатывает глаза и тихо рычит. Производимыми действиями он напоминает снизошедшего до ласк сытого снежного барса… хм, все-таки голодного снежного барса. Радость нашей физической близости мгновенно распространяется на другую часть его тела - сбоку от ремня дорогая брючная ткань настырно оттопыривается.

– Гавриил Германович, вы - непредсказуемый мужчина, - со стоном вздрагиваю я от его горячего дыхания.

– Мне думается, дерзкая нимфетка, ты имела в виду «не в своем уме».

Со звериной ухмылкой Гавриил стягивает резинку с моих волос, отчего те тяжелым водопадом рассыпаются по его белой рубашке. Запутавшись в них руками, он приступает к мануальному массажу сакральных точек у меня на голове. Его волшебные пальцы переходят на затылок… ключицу… позвонки, превращая мое тело в одну сплошную эрогенную зону.

– Нет, сейчас нет, - скулю я, руками цепляясь за его плечи.

– Значит, все остальное время я не в своем уме?
–  наказывающе прикусывает меня за мочку уха Гавриил, вызывая во мне тихий писк.

Пультом он включает ненавязчивую лиричную музыку в стереосистеме и следом совершает три последовательных действия: сгребает бумаги на письменном столе в одну сторону, укладывает меня на столешницу и заглушает слетающий с моих губ стон несогласия поцелуем.

– Ты нарушила мой покой, маленькая проказница, - с многообещающим блеском в глазах цокает он языком, вынимая из стакана виски кусочек льда.
–  Сейчас я устрою агенту-провокатору мистерию в кабинете.