Страсть
Шрифт:
Таити. 11 декабря, 1775
Люси пришлось балансировать на осколке деревянной балки.
Балка скрипнула, когда она чуть наклонилась влево, потом скрипнула опять, когда она вдруг очень медленно перевесила вправо. Качания были устойчивы и непрерывны, как будто лучи были прикреплены к очень короткому маятнику.
Горячий ветер дул ей на волосы, свисающие с ее лица, и рушил капну волос прислуги на голове. Балка качнулась еще раз, и ее ноги соскользнули. Она упала на балку и едва успела обнять
Где она была? Перед ней было лишь бесконечно синее открытое небо. Темно-синее, похожее на то, что должно было быть горизонтом. Она посмотрела вниз.
Она была невероятно высоко.
Заболоченный полюс растягивался на сто футов ниже ее, заканчиваясь в деревянной колоде. Ой. Это были мачты. Люс сидела на верхней мачте очень большого парусника.
Очень большая парусная шлюпка, потерпевшая кораблекрушение рядом с черным побережьем острова в океане.
Яхта была разбита яростным ударом об острый как бритва кластер вулканической лавы, и все было в пыли. Грот был потерт: рваные куски темно-желтого холста свободно хлопали на ветру. В воздухе пахло, как утром после сильного шторма, но этот корабль был настолько ветхим, что было похоже, что он был там в течение многих лет.
Каждый раз, когда волны спешно ударяли в берега черного песка, вода распылялась десятками струй от щелей в скалах. Волны сделали аварию — и Люси схватилась за балку, качаясь почувствовав себя больной.
Как она собиралась спускаться? Как она собиралась добраться до берега?
— Ага! Смотрите, кто приземлился, как птица на жердочке. — Голос Билла прорвался сквозь грохот волн. Он появился на дальнем кончике гниящего двора судна, гуляя со своими вытянутыми руками из его стороны, как если бы он был на бревне.
— Где мы находимся? — Люс слишком нервничала, чтобы делать какие-либо резкие движения.
Билл набрал полные легкие воздуха. — Разве ты не узнаешь? Побережье к северу от Таити! — Он плюхнулся рядом с Люси, свесил свои короткие ноги, вытянул серые руки вверх, и заложил их за голову. — Разве это не рай?
— Я думаю, что меня сейчас вырвет.
— Чепуха. Ты просто должна найти свои морские ноги.
— Как мы выберемся… — Люси огляделась вокруг в поисках Предвестника. Она не видела ни одной тени, только бесконечно чистый синий цвет пустого неба.
— Я позаботился о логистике для тебя. Думай обо мне, как о своем турагенте, и о себе, как будто ты в отпуске!
— Мы не в отпуске, Билл.
— Разве нет? Я думал, что у нас Гранд Тур Любви. — Он потер лоб, и кремнистые хлопья осыпались с его головы. — Разве я что-то не понял?
— Где Люсинда и Даниэль?
— Держись. — Он парил в воздухе перед Люси. — Разве ты не хочешь небольшую историю?
Люси проигнорировала его и стремглав двинулась к мачте. Она неуверенно протянула ногу к самой высокой из ступенек, которые торчали из мачты.
— Ты уверена, что не хочешь хотя бы руку?
Она затаила дыхание и старалась не смотреть вниз, когда ее нога соскользнула с деревянных колышек в третий
Когда она взяла руку Билла, он потянул ее вперед, с мачты полностью. Она взвизгнула, мокрый ветер бил ей в лицо, подол ее платья клубился вокруг ее талии. Она закрыла глаза и ждала того, чтобы окунуться через гнилой настил ниже.
Только она не сделала этого.
Она услышала дрозда и чувствовала восторг от того, что парила в воздухе. Она открыла глаза. Короткие крылья Билла поднялись, наполненные воздухом, и поймали ветер. Он поддерживал ее вес только одной рукой, неся ее медленно, чтобы удержать. Это было удивительно, насколько ловким он был, каким легким. Люси была удивлена и даже расслаблена, состояние полета было естественным для нее теперь.
Даниэль. Поскольку воздух окружил ее, боль, от того что она не с ним, настигла ее. Услышать его голос и прикоснутся к его губам — Люси не могла думать ни о чем другом. Что она не отдала бы, чтобы быть в его объятиях именно сейчас!
Даниэль, с которым она встретилась в Хелстоне, хоть и был счастлив видеть ее, он действительно не знал ее. Не так, как ее Даниэль знал. Где он сейчас?
— Чувствуешь себя лучше? — спросил Билл
— Почему мы здесь? — спросила Люс, когда они взлетели над водой. Она ясно могла видеть чернильные тени, движущиеся подводной гигантской стаей рыб, плавая легко, следя за береговой линией.
— Видишь пальму? — Билл указал вперед своей свободной лапой. — Самая высокая здесь, третья из разрыва в косе?
Люс кивнула, щурясь.
— Вот где твой отец в этой жизни построил свою хижину. Красивейшиую хижину на пляже! — Билл закашлялся. — На самом деле, это только хижина на берегу моря. Британцы еще даже не обнаружили эту часть острова. Поэтому, когда вы всплываете после рыбной ловли, ты и Даниэль владеете этим местом, главным образом, для себя.
— Даниэль и я….жили здесь….вместе?
Рука об руку, Люс и Билл приземлиллись на берег с мягкой элегантностью двух танцоров в па де ша. Люси была благодарна и немного шокирована тем, как он опустил ее на мачту корабля, но, как только она была твердо на земле, она убрала свою руку из его грязных когтей и вытерла ее о фартук.
Здесь было очень красиво. Кристально-чистые воды омывали странные и прекрасные пляжи черного песка. Рощи цитрусов и пальм склонились над побережьем, нагруженные яркими плодами апельсинов. За деревьями низкие горы возвышались из туманов дождевого леса. Водопады прорезали их стороны. Ветер здесь не был столь жестоким; он был густо наполнен ароматом гибискуса. Было трудно мечтать провести каникулы здесь, уже не говоря обо всей жизни.
— Вы жили здесь. — Билл начал идти по кривой береговой линии, оставляя небольшие отпечатки когтистых ног в темном песке. — Твой папа и все десять других уроженцев, которые жили в пределах расстояния, которое можно переплыть на каноэ, звали тебя — ну, это звучало как Лулу.