Чтение онлайн

— Ты кретин, — ее улыбка противоречит резкости слов. — Итак, если ты предан ей, но не собираешься жениться, что именно это значит?

— Я люблю ее, — говорю я убежденно. — Я влюблен в нее.

— Кто бы мог подумать в тот вечер, когда твоя рукопись стала общедоступной, что в будущем у нас будет такой разговор?

— Никогда не знаешь, что ждет тебя впереди, — я откидываюсь на спинку кресла. — А теперь объясни, что у нас с тобой намечается на следующий вторник.

София

—

Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой в школу, чтобы читать книги вслух? — я содрогаюсь от этой мысли. — Публичные выступления — не мой конек, Николас.

— София, ты дизайнер линейки «Элла Кара», — он кладет обе руки мне на плечи. — Не думаешь, что тебе придется давать интервью или делать объявления в день запуска?

Я изучаю его лицо.

— Черт. Черт возьми. Я об этом не подумала.

Николас качает головой и смеется.

— Это средняя школа, София. Они устраивают вечер по профориентации. Я один из ведущих спикеров, и частью соглашения было то, что я останусь и прочитаю несколько глав «Причины действия».

— Эта книга вообще подходит для группы детей такого возраста? — я подозрительно смотрю на него. — Это ведь графический детектив, не так ли?

— Я гарантирую, что видеоигры, в которые они играют каждый день после школы, намного хуже, чем моя книга.

Мои оправдания заканчиваются.

— Я должна остаться дома и поработать над своими дизайнами.

Он терпеливо смотрит на меня.

— Я говорил с Габриэлем ранее, и он сказал, что ты опережаешь график.

У меня нет абсолютно никакого способа избежать этого.

— Если это важно для тебя, я сделаю это, но хочу, чтобы ты знал, что я враждебный читатель.

— Ты читала ту рукопись, которую я тебе дал, не так ли?

Читала, хоть и не планировала. Мой план с самого начала состоял в том, чтобы вернуть эту флешку Николасу, но я решила оставить ее себе. Знаю, что для него много значило то, что я вообще попросила эту книгу, поэтому я поклялась, что прочту ее до конца. Я почти закончила, и она даже более впечатляющая, чем я ожидала. Неудивительно, что Джо нажился на этом таким образом. Николас пишет с подкупающим напряжением в истории. Я не раз терялась в его словах.

— Я почти прочла, — признаюсь я. — Мне нравится. Я горжусь тобой.

— Ты гордишься мной? — он скрещивает руки на груди. — Я испытываю к тебе те же чувства, София. Твоя жизнь изменится, когда «Элла Кара» выйдет в свет. Моя единственная надежда — что ты не забудешь обо мне. Не оставляй меня позади глотать твою пыль.

— Я никогда не стану такой знаменитой, как ты.

Он отстраняется и смотрит мне прямо в глаза.

— Когда я с тобой, то просто хочу быть Николасом. Я не хочу

быть знаменитым.

— Для меня ты просто Николас, — мои губы подергиваются. — Несколько недель назад я ходила к Ною Фостеру, чтобы сделать новый портрет, и мы говорили о тебе.

— Ной хороший парень. Он делал мне портрет год или около того назад.

Я взглядом блуждаю по висящей у него на стене фотографии красивой обнаженной женщины, которую сделал Ной.

— Он сказал мне, что я напоминаю ему его жену. Я ее не знаю, но в тот момент это показалось мне огромным комплиментом.

— Он не часто их раздает.

Теперь слова Ноя значат еще больше.

— Он сказал мне, что это хорошо, что мне было все равно на то, что ты Николас Вульф, но мне не все равно. Меня волнует, что у тебя такая страсть к своей работе, что ты очаровываешь людей по всему миру. Мне небезразлично, что тебе потребовались годы, чтобы отточить свое мастерство, и что ты посвятил себя тому, чтобы рассказать историю как можно лучше.

Его взгляд смягчается.

— Твое мнение важно для меня, София. Если ты гордишься мной, я способен на все.

— На следующей неделе мы отправимся в эту школу, и я уже знаю, что выйду в конце вечера восторгаясь тобой.

— Чувствую то же самое всякий раз, когда говорю о тебе с Габриэлем.

— Я пойду с тобой и почитаю детям, если ты этого хочешь, но когда мы закончим, ты должен пообещать мне одну вещь, — я наклоняюсь, чтобы коснуться его губ своими.

— Я сделаю все, что угодно ради тебя. Ты знаешь это.

— Обещай мне, что позволишь мне научить тебя играть на этом прекрасном инструменте позади нас.

Пальцами Николас ведет вдоль моей ключицы, прежде чем опустить к пуговицам спереди моего платья.

— Я попробую научиться играть на пианино, если ты пообещаешь мне, что позволишь мне насладиться тобой сегодня вечером.

— Обещаю, — говорю я, наблюдая, как он расстегивает мое платье, а затем тянется к застежке спереди моего черного лифчика.

— Я собираюсь на «Проснись и пой», — я широко улыбаюсь. — Ты помнишь, как впервые попала на это шоу, Кейденс? А теперь и я там появлюсь.

— Ты звезда, — поет Кейденс с широкой улыбкой на лице. — Ты знаешь эту старую поговорку, Софи. Если ты можешь добиться успеха в «Проснись и пой», ты сможешь добиться его где угодно.

— Это песня, — я бросаю на нее притворно хмурый взгляд. — «Если ты можешь сделать это в этом городе, ты сможешь сделать это где угодно» (прим.: отсылка к песне Фрэнка Синатры, ставшей неофициальным гимном Нью-Йорка).

— Именно это ты сейчас и делаешь, — подруга потирает рукой подбородок. — Я бы сказала, что ты уже официально это сделала.