Странники
Шрифт:
«Что же придумает Сергей? — подумал он, — действовать надо быстро, иначе они допросят Юрия, убьют его и снова исчезнут. А завтра может погибнуть много людей».
Он посмотрел на часы. Прошло около десяти минут, как он переговорил с Забелиным. Вокруг ничего не изменилось — так же подходили и садились за столики с подносами люди, смеялись, разговаривали, также беспечно текли мимо него покупатели.
Так продолжалось еще какое-то время, но вдруг все изменилось. Куда-то заспешили охранники, как-то быстрее, энергичнее начали передвигаться посетители Центра,
«Что случилось?» — услышал Шумилов тревожные возгласы.
Он оглянулся. Сидевшая за соседним столиком пара молодых родителей с маленьким ребенком, не доев еду на подносе, быстро засобиралась, чтобы уйти. Ресторанный двор резко опустел, на многих столах осталась еда, неубранные подносы. Это напоминало сцену из фильма по книгам Стивена Кинга с внезапным исчезновением людей. Шумилов давно видел такой — летевшие в самолете люди пропали, остались только металлические предметы, в том числе и зубные коронки.
Надзиратели Шумилова остались на своих местах, продолжая невозмутимо сидеть, как ни в чем не бывало. Полковник собрался быстро встать и в общей суматохе слиться с толпой, сбросит хвост, но вдруг увидел Сергея Забелина, подходящего к залу со столиками. Забелин был в майорской милицейской форме.
Глубоко надвинутая на лоб фуражка, немного скрывала синяки, полученные им накануне. Впрочем, вряд ли к нему были какие-нибудь вопросы по поводу синяков, в милиции они часты.
— Граждане, попрошу покинуть помещение! — громко объявил он, — в здании заложена бомба.
После его слов, остатки народа рванули на улицу, кроме людей Саида. Забелин их сразу заметил.
— Вас это тоже касается, — обратился он к ним — пройдите на улицу!
Те собрались было спорить, но за спиной Забелина уже замелькали настоящие милиционеры, пошел кинолог с собакой, и преследователям Шумилова пришлось невольно подчиниться. Бросая злобные взгляды на полковника, они пошли к эскалатору, спускавшему посетителей на второй этаж.
Забелин подошел к Шумилову.
— Николай Поликарпович, на первом этаже Саида и Юрия нет, но из здания они не выходили. С Юрием связи нет?
— Нет, видимо, нашли микрофон. Они, видимо, в подвале. Вызывай наш спецназ, и пойдем, проверим. Только смотрите осторожнее, поскольку нас с Самошиным раскрыли — они ждут гостей. Там могут быть СВУ, растяжки. Да, и хлопцев этих, которые меня пасли, не забудь. Их надо задержать, допросить. Они могут знать, где Саид.
— Я уже дал команду. Вы думаете, Саид будет взрывать Центр? Как-то нелогично. Сюда вложены деньги чеченцев, это хорошая база.
— Денег у них хватит, чтобы построить до черта таких центров. За ними стоят арабы с их нефтедолларами, да и кое-кто на Западе не прочь поучаствовать.
— Вот уроды!
— Форму откуда достал? — устало улыбнулся Шумилов, которого немного отпустило напряжение.
— Один знакомый мент одолжил. Я ему как-то помог разобраться с уэсбешниками
— Да, Бердюгин… Впрочем, я подозревал, что над ним кто-то был, особенно, когда нити привели к «Таганке». Ладно. Времени больше нет, вызывай спецназ!
Сергей связался по рации с обеими группами, а сами они спустились по эскалатору на первый этаж. Вскоре у входа столпилось два десятка вооруженных людей в специальной камуфляжной одежде серого цвета, в бронежилетах, куртках с надписью: «ФСБ».
Старшие групп подошли к Шумилову.
— Ребята, — сказал он, — будем заходить с двух выходов. С одной группой пойдет подполковник Забелин, с другой я. В подвале будьте осторожны. Там коммуникации, много помещений. Некоторые из них могут быть заминированы. Вопросы есть? Все. Выдвигаемся!
Юрий вместе с Саидом и его людьми долго шел по коридорам, соединяющим административные помещения. Потом они спустились в подвал, тускло освещенный висящими вдоль стен фонарями. Впрочем, в подвале было тепло и чисто. Стены окрашены в зеленый цвет, бетонные полы вымыты. Вдоль коридоров тянулись многочисленные коммуникации: водопроводные трубы, воздухопроводы, электрические кабели.
Саид и его спутники молчали. Только слышалось шарканье ног, дыхание окружающих. В этом было что-то зловещее, в таком молчании. Оно не предвещало ничего хорошего. Наконец, вошли в одну из комнат подвального помещения. В ней была аскетическая обстановка: в почти пустом помещении у белой стены стоял один стул, рядом несколько стеллажей с инструментами и длинный стол.
Как понял Юрий, это была подсобка слесарей. На столе с открытой крышкой стоял включенный ноутбук. Впрочем, экран был темным. По нему в виде заставки метался синий шарик, ударяясь и отскакивая от краев экрана.
— Итак, я вас слушаю! — повернувшись к Юрию, произнес Саид, — зачем я вам понадобился, да еще с этим?
На руке араба Самошин увидел микрофон, снятый охранниками с его груди незадолго перед этим, во время обыска.
— Это не моё — голос Юрию вдруг задрожал, — это эфэсбешники меня заставили! Они вас ищут.
— А ты, значит, решил помочь?
— Я — нет! Я же говорю, они заставили!
— Ага, хотел бежать от дождя, а попал под ливень. Так у нас говорят. Не думаю, что эфэсбешники для тебя предоставляли большую угрозу, чем мы. Кого они искали?
— Вас!
— Считай, что нашли. С твоей помощью. Сейчас твои новые друзья ищут меня там, наверху — Саид показал пальцем на потолок, — поэтому у нас немного времени. Скажи мне, Юрий, назови хотя бы одну из важных причин, почему я не должен тебя убить. Ты меня предал — это раз. Ты можешь описать мое лицо — это два. Ты много знаешь о наших делах на Кавказе — это три. Теперь твоя очередь.