Странники вселенной
Шрифт:
– А автобуса нет, – продолжал сосед, уже не спрашивая, а констатируя. – Автобус пропал.
– Послушайте, – не выдержал полковник, – у меня совсем нет желания и настроения обсуждать с вами мои проблемы. Если бы тут были свободные места, я бы пересел туда. Но их нет. Поэтому оставьте меня в покое.
– Пожалуйста, – толстяк лениво пожал плечами. – Я просто так спросил. Чего вы волнуетесь?
– Какое вам вообще дело до того, куда я еду?
– Да никакого, – толстяк снова пожал плечами. – Просто я сам
– Вот как, – голос полковника стал чуть мягче, он усмехнулся. – Значит, товарищ по несчастью.
Усатый все так же лениво отправил в рот очередной блинчик и покачал головой. Проглотив, он сказал:
– Вовсе нет. В отличие от вас я на машине.
Наступило долгое молчание. Теперь полковник пристально уставился на толстяка. Тот смотрел в ответ невинным детским взглядом.
– Что? – спросил толстяк. – Теперь у меня рога выросли?
– Нет, – ответил полковник. – Но знаете, что я думаю?
– Что же?
– Такому разговорчивому человеку, как вы, не обойтись без попутчика.
– А с чего вы взяли, что я еду один?
– Так вы не один?
– Вообще-то, как перст.
– Так в чем же дело?
Толстяк проглотил последний блинчик и снова покачал головой.
– Не ездите в Беловодск.
– Это еще почему? – удивился полковник.
– Ничего хорошего вас там не ждет, – убежденно произнес толстяк.
– Ну, это уж мне виднее, – не согласился полковник. – Вы-то ведь туда едете.
– У меня там есть серьезное дело. Я должен решить одну проблему.
– А я там родился, домой еду.
– В отпуск?
– В отставку.
– У вас там родственники?
– Нет, всего лишь дом. За тридцать лет остался только один дом.
– А своей семьи у вас разве нет? – продолжал настойчиво выспрашивать толстяк.
– Нет, как-то не сложилось, – ответил полковник, пожав плечами.
Он на мгновение задумался и грустно добавил:
– Наверное, уже и не сложится.
Тяжело вздохнув, полковник снова посмотрел усатому в глаза и спросил:
– Да какое все это имеет значение? К чему этот допрос? Мы едем или нет?
– Поверьте, для меня ваши ответы имеют значение. Все-таки я бы не советовал вам ездить в Беловодск. По крайней мере на этой неделе.
– А это уж позвольте мне решать самому.
Толстяк пожал плечами и ответил:
– Пожалуйста, можете составить мне компанию. Но я вас предупредил.
– Благодарю за предупреждение.
– Ну, что ж, если вы готовы ехать, не будем задерживаться. Я очень спешу.
– А глядя на вас, такого не скажешь, – с усмешкой заметил полковник.
– Мне требовалась передышка, краткая остановка. Я должен был подумать, собраться с мыслями. В путь.
Они вышли из кафе и направились на автостоянку у привокзальной площади. Усатый открыл дверцу изрядно побитой и помятой «Нивы»,
– Прошу. Давайте, кстати, познакомимся. Чертогонов Сергей Николаевич. Зовите меня просто Сергей.
– Владимирский Георгий Семенович, – представился полковник.
– Садитесь, Георгий. Не будем терять времени. Едем.
Оба уселись в машину и толстяк погнал свой разбитый временем и дорогами автомобиль к выезду из города.
Всю дорогу Чертогонов нещадно дымил, одна сигарета в его зубах сменялась другой. Долгое время Владимирский старался не обращать внимания на дымовую завесу, но наконец не выдержал.
– Послушайте, Сергей, – обратился он к попутчику. – Вам не кажется, что вы слишком много курите?
– Кажется, – спокойно согласился Чертогонов. – А вы, наверное, не курите совсем?
– Нет.
– Я вот уже раз десять пытался бросить, но больше одного дня без курева не выдерживаю. Силы воли не хватает. Пробовал постепенно бросать, на более легкие сигареты перейти. Все равно не получается.
Владимирского абсолютно не интересовали проблемы случайного попутчика, но сидеть молча было не очень удобно и он попробовал поддержать разговор.
– Закодироваться не пробовали? – спросил полковник.
– Нет. Не верю я в эту чушь. Уж коли курить охота, так и под угрозой расстрела с этой привычкой не расстанешься. Честно говоря, и не уверен, что стоит бросать. Никотин меня только по карману бьет, много денег на эту отраву уходит. А на здоровье, слава богу, жаловаться не приходится. А курю я, между прочим, с девяти лет.
– Скажите, зачем вы едете в Беловодск? – поинтересовался полковник. – Если это не секрет, конечно.
– Не секрет. Я еду туда, чтобы спасти все человечество. Боюсь, кроме меня это сейчас сделать некому.
– Вот как?! – полковник слегка опешил. – Однако должен признаться, что вы не совсем обычный человек.
Чертогонов усмехнулся и спросил:
– Это должно означать – чокнутый?
– Ну, я бы скорее сказал – экстравагантный, – осторожно поправил Владимирский.
– Для военного вы слишком учтивы, – заметил Чертогонов.
– Это комплимент или упрек в неполноценности? – сделал полковник попытку пошутить.
– А это уж расценивайте, как пожелаете.
Некоторое время они ехали молча, потом полковник спросил:
– Вы раньше бывали в Беловодске?
– Нет, ни разу.
– Наверное, там все изменилось. Тридцать лет назад это было просто село. Его и на картах-то не на всех указывали.
– Его и сейчас городом можно назвать с большой натяжкой, – усмехнулся Чертогонов. – Так, захолустный райцентр на пять тысяч жителей. Это официально. В действительности же жителей уже втрое меньше. Все разбежались туда, где поденежней.