Чтение онлайн

Бригада в четверо человек занялась установкой временного жилища. На первое время решили поставить шалаш и накрыть его лапником. С учетом костра на входе, он должен был защитить от непогоды.

Я понимал, что самый длинный период в истории человека — это каменный век. Материал для каменного инструмента лежал прямо под ногами. Но. Для нашей маленькой колонии было просто архиважно в кратчайший срок освоить производство хотя бы простейших металлических предметов.

Поэтому на второй день от переноса я собрал свой народ на большой сбор.

Ну что, молодые люди, кратко подведем первые итоги. И обсудим наши планы — как обустроить нашу жизнь, наладить быт и производство.

— Насчет

питания. Рыба в озере есть и ее много. Но. То, что мы наловили мордами за ночь — конечно, здорово. Поели все. И… всё стрескали. Значит — аппетит у нас хороший. И это радует. Слопали всё — это печалит. Уже сегодня надо начинать делать запас на зиму, а, следовательно, — сушить, вялить и солить. Возникает вопрос с солью. Ее придется искать на берегах озера, около водопоев животных, в солонцах. Звери устраивают свои водопои обычно около таких выходов соляных пластов, что бы, так сказать, совместить приятное с полезным — и водички попить, и лакомство полизать. Поэтому, надо искать выходы животных к воде озера, и рядом с ними — выходы соли, пусть в небольших количествах, нам любого хватит. Если интересно — мы находимся на дне бывшего здесь двести пятьдесят миллионом назад Пермского моря. От него остались огромные залежи соли в районе будущего Соль-Илецка. Лежит неглубоко, добывать удобно, но — в пятидесяти — шестидесяти километрах от нас. Поэтому запасы большого количества соли — дело пусть недалекого, но будущего.

— А то от несоленой рыбы у меня заворот кишок будет, — воскликнул Антон Ким.

— Насчет «заворота» не беспокойся, солнце, — «успокоила» его Елка, — Развернем в обратную сторону, квакнуть не успеешь!

Ребята рассмеялись, все еще воспринимая случившееся за интересное приключение. Пришлось прикрикнуть на них, что бы вернуть совещание в конструктивное русло.

Тут пискнул мелкий вредитель Антошка Рябчиков:

— А что мне будет, если я добуду немного соли прямо сейчас?

— Не трынди, Рябчик, колдовать ты еще не научился — одернул его Сема Серегин — однокашник из интерната, но постарше.

— Хорош кота за хвост тянуть — откуда соль, Ряба? Народ, вдоволь вчера налопавшийся несоленого, стремился к разнообразию меню.

— Так, Рябчиков, что за соль, откуда она, объяснить можешь — вмешался уже я.

— Да та, будь она неладна, засмущался Антоша — ну вы, помните, я тогда в чайник… насыпал… ну… вот запас… и смущаясь и краснея, мальчишка полез в нагрудный карман стройотрядовской куртки.

— Я ее забыл просто выбросить, ну, полиэтиленовый пакет куда то подевался, а я с утра сунул руку в карман, — она тут… мальчишка явно смущался, непривычный ко всеобщему благожелательному вниманию. Видно, что раньше он оказывался в центре внимания совсем по другим поводам — из-за своих шкод.

— Рябчик! Рябой! Антоха! Молодчина, вреднюга мелкая, первый раз твоя шкода на пользу пошла! — Завопила вся орава, а наши расчувствовавшиеся девчонки даже полезли тискать пацана в объятиях.

— Так-так. Холодным голосом занудливой училки остудила всеобщий пыл и овацию, грозящую перейти в подбрасывание Антошкиной тушки в небо, и как следствие — к просыпанию драгоценного продукта, — Эльвира, — отошли все от нашего драгоценного соленосца, не лапать сокровище руками! А ты, Рябчиков, подошел, наоборот ко мне, предъявил неправедно добытое к осмотру.

Мальчишка покорно подошел к Эльвире, и та ловко отделила от куртки карман, обвязала его ленточкой лыка, превратив в аккуратный мешочек.

— Вот соль, люди! Ответственной за нее назначается дежурная повариха. Остальным — ручки шаловливые оборву, только попробуйте прикоснуться к мешку.

Дмитрий Сергеевич! Можно я Вас прерву на минуту, буквально, — попросила слово Эльвира.

— Значит

так, мои уважаемые троглодиты. Прежде чем растекаться мыслью по древу, и планировать захват мирового рынка черных, цветных и прочих металлов, бороздить на корябрях просторы Северного Ледовитого и прочих океанов, хочу вас немного опустить на грешную землю. А нука, признавайтесь, аяврики несчастные, кто из вас, кроме девочек сегодня хотя бы умылся? А кто вымыл руки перед едой? А после? Какие мы планы строим! Громадье, ё-моё!

Да вы безо всякой помощи извне ровным слоем поноса перекроет всю площадь Острова Веры, не надо хищных гиппопотамов и мамонтов с бивнями с дикарями верхом на них. Я думала, что вы тут нормальные люди — в смысле цивилизованные. А вы, а вы… вы — дикари и оболтусы. Нам нужно делать все, что бы жить и выжить. А вы — забываете первое правило выживания — личную гигиену и профилактику возможных заболеваний. Поэтому главное для нас — это закаливание, чистота рук и тела. Это должно стать второй натурой, нет, первой, для каждого из нас. Мыться и закаливаться — только тогда мы сможем думать о великих делах. Эх, вы, кремлевские мечтатели. Пока не сделаем мыло — его можно сделать из жира животных и щелока, добываемого из золы — чаще мойте руки. В первую очередь после навесов для жилья, еды нужна баня. После этих действительно первоочередных дел — да ради Бога, Дмитрий Сергеевич, хоть динозавров приручайте и летайте на птеродактилях — но, только, чур — с чистыми физиономиями и руками. Грязнуль из лагеря не выпущу!

Закончив свою тираду в защиту чистоты наших бренных телец, Елка сердито надулась, наверно ожидая возражений, типа: «Мы о великом, о она — о чистой шее,» — но, неожиданно поддержал ее со всем пылом, и — так как инициатива наказуема исполнением, ее и назначил ответственной за соблюдение правил гигиены в лагере. Девушка заметно приободрилась, и сразу же пообещала самых отъявленных грязнуль нагружать нарядами на очистку отхожих и иных малоприятных мест — мол, им все равно, пусть пользу приносят до того момента, пока от дизентерии не загнутся окончательно. Я продолжил развивать свое видение ситуации.

— Для того, что бы добраться до берегов озера нам нужно плавсредство. Хотя бы плот. Плыть долго, и он должен нести солидную нагрузку, иметь возможность приютить экипаж на ночь, иметь — желательно — паруса и весла. Все это надо сделать своими руками и инструментами из имеющихся у нас, и из камня. Древние, а ныне наши современники, пользовались для изготовления инструментов кремнями и другими твердыми сортами камня.

— Во-во, а еще они огонь добывали, камнями друг о друга щелкая! Выдал глубокую мысль наш Сережка Рыбин — большой фантазер, между прочим, но редко применявший фантазии к действительности.

— А-ха, мы счас тебе два булыгана дадим, и будем смотреть, как ты огонь разведешь! Скорее, клювом защелкаешь, и между челюстей искра пойдет! Подначили изобретателя-реконструктора братишки Ким.

— За ожиданием костра как раз наши времена и наступят, если доживем… подвела итог дискуссии Елка.

— Не нужно искать кремни, и добывать огонь экзотическими способами вроде трения палки о палку, стучания бульниками друг о друга, тоже не надо, остудил спорщиков и заодно — начинающуюся перепалку я. Огонь можно добыть с помощью несложного приспособления типа лука, я покажу. На инструменты пойдет для начала почти любой крепкий камень, который можно ровно расколоть. Что касается высекания искр — пожалуйста. Я достал из ножен кхукри маленький ножик — чакмак, специально предназначенный в качестве кресала и инструмента для правки лезвия, входящий в комплект ножа, и резко провел им по подобранному на берегу куску камня, похожему на пресловутый кремень. Брызнул сноп искр.