СТРАХ
Шрифт:
С людьми все сложнее, и именно это отличало их от других живых существ. Иногда добрые могут выглядеть злыми, а иногда злые могут выглядеть милыми. А порой и вовсе невозможно определить. «По крайней мере, с животными ты знаешь, что ожидать», — подумала Вэл, хмурясь и скрещивая руки на груди, когда выходила из прохода.
В задней части магазина стояла пластиковая игровая конструкция, окруженная стеклом. Внутри лежала дюжина котят, окрашенных в рыжий и черный цвета, как у тигров. Трое из них схватились между собой, катаясь кучей
Она опустилась на колени, чтобы прочесть табличку сбоку от загона. Котята Тойгер: относительно новая помесь, названная так из-за их отличительных черт морды и тела, которые делают их похожими на игрушечных тигров. Тойгеры энергичны, любопытны, дружелюбны и, несмотря на свою свирепую внешность, довольно ручные — совсем не похожи на своих диких собратьев!
Ее глаза расширились. Боже мой! Они стоили по шестьсот долларов.
Но такие милые. Черт возьми, если бы у нее имелись деньги, она, наверное, купила бы одного. Они были бесподобны. Один из тойгеров подошел туда, где она рассматривала вывеску, и мяукнул, глядя на нее. Усмехнувшись, Вэл подняла палец на уровень его носа и проследила, как его ярко-голубые глаза следят за движением.
Белыми лапами он поскреб по стеклу, и она громко рассмеялась над его озадаченным выражением. Казалось, котенок сбит с толку своеобразной помехой, не позволявшей ему прикоснуться к добыче.
— Привет, милашка. Ты ведь и правда миленький? О, ты хочешь мой палец?
Царап. Царап. Царап.
— Хочешь, конечно? У-и-и, смотри на палец! Ты меня не достанешь!
Царап. Царап.
— Не сдавайся. Смотри! Вот я снова здесь!
Котенок ударился головой о стекло, и одно его ухо дернулось. Он бросил на нее обвиняющий взгляд.
Она снова рассмеялась.
— Глупышка.
— Не хочешь взглянуть?
Она оторвала взгляд от котенка, с которым играла. Это снова был тот сотрудник, который смеялся над ней у аквариумов. Но сейчас его лицо было совершенно серьезным.
С поразительно светлыми глазами и щетиной на подбородке он выглядел таким же диким, как и тойгер, но гораздо менее дружелюбным.
Неужели он слышал, как она говорила этим дурацким голосом? Он за ней наблюдал?
Эта мысль наполнила ее ужасом.
Вэл с достоинством поднялась на ноги, заметив, что он немного выше нее. Ничего особенного, конечно, но все-таки она сама выше среднего роста.
— Я, хм, не покупаю. — Она провела руками по джинсам. — Просто смотрела.
Котята такие дорогие; может быть, они очень нервные. Ее ведь собираются выгнать?
Губы парня дрогнули.
— Я не спрашивал собираешься ли ты покупать. Я спросил, хочешь ли посмотреть. Поддержать одного.
— Я не могу…. — Но ее голос говорил о другом.
И прежде чем она успела собраться с силами для достойного отказа, он отпер дверь и, взяв котенка за шкирку, аккуратно вложил его ей в руки. Котенок
— Ох, — вздохнула она и провела кончиками пальцев по его шелковистому меху. — Такой мягкий.
— Точно.
— Сколько им?
Не сводя глаз с котенка, она не заметила, как парень оглядел ее с ног до головы, как его взгляд поднялся вверх и задержался на лице.
— Думаю, несколько недель.
— Такой милый малыш. — Она почесала его под подбородком. Вскоре ее ладонь начала вибрировать от мурлыканья. — Они такие лапочки.
— Да, они милые. Но далеко не такие впечатляющее, как оригинал.
Его голос прозвучал несколько странно и Вэл подняв глаза, заметила, что он смотрит на маленького котенка с чем-то почти… неприязненным. Но, конечно же, нет. Она подумала, не показалась ли ей эта холодная усмешка; выражение его лица снова стало дружелюбным, когда он встретился с ней взглядом.
— Во всяком случае, он, кажется, привязался к тебе.
— Это мальчик?
— Ты не знаешь, как определить?
Лицо Вэл вспыхнуло.
— Я… я не проверяла.
— Мне кажется, он хочет поехать с тобой домой.
Словно соглашаясь, котенок лизнул ее руку своим маленьким шершавым язычком, потерся мордочкой о пальцы, напрашиваясь на ласку.
— История моей жизни, — с грустью рассмеялась Вэл, придерживая котенка другой рукой, когда он попытался выбраться из ее пальцев. — Животные любят меня, но мне не разрешают иметь их дома. — Ее смех перешел в тихий вздох, когда котенок, становясь беспокойным, решил поиграть с ее браслетом. Маленькие капельки крови выступили, когда она вытащила его маленькие когти и клыки из своего запястья.
— Думаю, пора вернуть его обратно, — она передала котенка парню, который довольно грубо посадил его в загон.
— У них острые когти, — она посмотрела на свое запястье, сжимая рану. — Господи. Ой.
— Ты, кажешься, удивлённой. Они убийцы в миниатюре.
Мысль о котенке-убийце почти заставила ее рассмеяться, и она бы рассмеялась, если бы парень не выглядел таким обеспокоенным.
— У вас случайно нет бинтов?
— Да, в подсобке. Думаю, еще пригодится какой-нибудь антисептик. — Он взглянул на ее руку. — Принести оба? Я не уверен, насколько чиста эта клетка — может воспалиться.
— Если не сложно, — смущенно сказала она.
— Давай, садись. Я посмотрю, что у нас есть.
Вэл плюхнулась на край скамейки, на которую он указал, наблюдая за резвящимися котятами и удивляясь, что кто-то такой маленький и, казалось бы, беспомощный может причинить столько боли — даже случайно.
Убийцы в миниатюре.
— Дай мне свое запястье. — Вэл вздрогнула, глядя на парня снизу-вверх. Он вернулся с бинтами и какими-то дезинфицирующими средствами. — Твое запястье, — повторил он.