Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Это кто же, сирота, лишний-то? — удивилась Евдокия.

— Что вы заладили: «сирота, сирота»! — помрачнел Санька. — Не зовите меня так больше… и Феню не зовите! Не хотим мы!

— Как же звать-величать прикажете?

— А как знаете… И мать не троньте!

— Что это за речи такие? — обиделась Евдокия.

— Речи простые. Зачем вы ее сманиваете невесть куда? Не сладко вам в колхозе — уходите. А нам из Стожар уходить незачем.

Евдокия часто заморгала подслеповатыми глазами:

— Вот ты какой… Коншаков!

— Такой

вот… А будете мать баламутить — Татьяне Родионовне пожалуюсь. — И Санька, прикрыв дверь, запер ее на засов.

А вечером, когда его не было дома, соседка как ни в чем не бывало опять зашла к Катерине.

Санька не знал, что и придумать. При встрече он пожаловался на Евдокию Маше и Феде.

— Вот зуда! — возмутилась девочка. — А ты и впрямь Татьяне Родионовне расскажи. Она поговорит с ней. Может даже на правление вызвать.

— Не годится так, — смутился Санька. — Что люди подумают! «Вот, скажут, какая семейка у Коншаковых. Сначала сынок из колхоза откачнулся, теперь матка».

— Это — пожалуй, — согласилась девочка. — Ты, Саня, доглядывай за Девяткиной, оберегай мать.

— Я и так настороже… И вы что заметите, сигнал мне давайте.

— Само собой, — кивнула Маша.

Но за Евдокией уследить было нелегко.

Однажды, когда Санька работал на конюшне, к нему прибежала Маша и сообщила, что Евдокия опять сидит у Катерины. Санька побежал к дому.

На огороде Феня обрывала с кочанов капусты разлапистые голубоватые листья, источенные мелкими дырочками, точно пробитые дробью.

— Я что наказывал! — сердито сказал Санька. — Уходишь из дому — калитку запирай. А ты опять Евдокию впустила!

— Ей-ей, Саня, я запирала. Она ж тетенька такая, через двор, видно, пробралась.

Санька вошел через полутемные сени, пахнущие березовыми вениками, привычно нашарил скобку на двери. Но тут дверь распахнулась, и Евдокия, чуть не сбив его с ног, выскочила из избы. Потом обернулась, трижды плюнула на порог и, что-то бормоча, выбежала на улицу.

— Что тут было такое? — настороженно спросил Санька, входя в избу. — Зачем она приходила?

— Не спрашивай лучше! — с досадой отмахнулась Катерина, укрываясь одеялом. Руки ее вздрагивали, на щеках проступили красные пятна.

— Опять сманивала куда-нибудь?

— Опять… Все про тебя пытала… Когда ты в сапожники подашься. Петька-то еще ждет тебя.

Санька вспыхнул и, подозревая, что мать не все договаривает, запальчиво выкрикнул:

— Ни в какие сапожники я не пойду! Так и знай! И дом заколачивать не дам.

— О чем это ты? Какой дом?

— Известно какой: наш, коншаковский. И чего ты Девяткину во всем слушаешь! Тише воды стала, ниже травы. Я вот напишу кому следует…

— Куда напишешь, кому? — вздрогнула Катерина.

— Есть кому. Вот тятьке хотя бы. Он там воюет, пули кругом, мины, снаряды… его каждую минуту убить может… А ты…

Катерина подняла голову

и умоляюще посмотрела на сына:

— Зачем ты, Саня? Зачем? Опять у меня сердце перевернулось. Я ведь все знаю… Видела ту бумажку, что ты на груди носишь.

— Знаешь? Откуда? — задохнулся Санька, хватаясь за карман гимнастерки.

Они долго молчали, занятые каждый своими мыслями. Потом, глядя в сторону, Санька глухо спросил:

— Теперь уж держать некому… Значит, обязательно уедешь?

— Это ты о чем? — удивилась Катерина. — Куда уеду? Что я — Девяткина? Это она всю жизнь мечется, легкие хлеба ищет. Что ей колхоз? Двор проходной. А у меня и в мыслях не было, чтобы я от Стожар куда подалась, отцово дело забыла. Тверже земли, чем наша, и на свете нет. Мне ведь здесь каждая березка мила, каждая полянка. Только очень мне лихо пришлось, когда про похоронную узнала. Так все и покачнулось кругом. А тут еще Девяткина эта зудит и зудит. Всю жизнь мою оплакала. Потом колхоз начала порочить. Меня тут и прорвало… Ну, вот сегодня и поговорили как надо…

— Погоди, погоди! — перебил ее Санька. — Получается, выставила ты Девяткину? От ворот поворот показала? А я-то гадаю — чего она весь порог наш оплевала!

— В шею, конечно, не выталкивала. Но дорожку к нашему дому она теперь надолго забудет.

— Так и следует, — согласился Санька. — Я уж тут воевал, воевал с нею…

— Знаю, — улыбнулась мать. — Жаловалась на тебя соседка. Непочтителен ты к ней. За меня, значит, тревожился? Ну, спасибо тебе. — И она пытливо поглядела на сына: — А ты из дому на сторону не качнешься больше? Нам теперь без отца вот как друг за дружку держаться нужно!

— Теперь не качнусь. — Санька сконфуженно отвел глаза. — Это я тогда сплоховал малость…

Катерина поманила сына к себе и тихо спросила:

— А теперь, Саня, у тебя дорожка какая? Пора и к комсомолу льнуть.

Санька тихонько вздохнул. Что он может сказать? Он уже давно написал заявление о приеме в комсомол. Ему казалось, что все произойдет очень просто. На собрании Санька расскажет, как он работает, сколько у него трудодней на книжке, и все сразу поднимут за него руки.

Но Лена даже не приняла от него заявления. «Пока в школу не вернешься, и разбирать твое дело не будем». — сказала она. Так Санька и носит заявление в кармане гимнастерки.

В окно просунулась голова Петьки Девяткина.

— Тебе что, Петя? — спросила Катерина.

— Мать сказала, чтобы подойник вернули. И так две недели держите.

— Отдай, Саня, — кивнула Катерина, — он в сенцах стоит.

— Полный разрыв, значит! — фыркнул Санька.

— Полный, полный! — засмеялась мать. — Там еще кочережка у печки и чугунок с трещинкой. Все верни обязательно.

Санька вынес вещи на улицу и вручил их Петьке.

— Да, Коншак, — спросил тот, — в последний раз спрашиваю: в сапожники ждать тебя или как?

Поделиться:
Популярные книги

Том 7. О развитии революционных идей в России

Герцен Александр Иванович
7. Собрание сочинений в тридцати томах
Проза:
русская классическая проза
5.00
рейтинг книги
Том 7. О развитии революционных идей в России

Моров. Том 3

Кощеев Владимир
2. Моров
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.25
рейтинг книги
Моров. Том 3

Эпоха Опустошителя. Том VII

Павлов Вел
7. Вечное Ристалище
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Эпоха Опустошителя. Том VII

Барон ненавидит правила

Ренгач Евгений
8. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Барон ненавидит правила

Мифы и заблуждения в изучении империи и национализма (сборник)

Семенов Александр
Научно-образовательная:
история
5.00
рейтинг книги
Мифы и заблуждения в изучении империи и национализма (сборник)

Переписка и деловые бумаги

Чехов Антон Павлович
Документальная литература:
публицистика
5.00
рейтинг книги
Переписка и деловые бумаги

История моей жизни

Редигер Александр Федорович
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
История моей жизни

Том 3. Советский и дореволюционный театр

Луначарский Анатолий Васильевич
3. Собрание сочинений в восьми томах
Документальная литература:
критика
5.00
рейтинг книги
Том 3. Советский и дореволюционный театр

Порядок из хаоса

Пригожин Илья Романович
Научно-образовательная:
философия
математика
физика
научно-популярная литература
5.00
рейтинг книги
Порядок из хаоса

JavaScript. Подробное руководство, 6-е издание

Флэнаган Дэвид
Компьютеры и Интернет:
базы данных
5.00
рейтинг книги
JavaScript. Подробное руководство, 6-е издание

Инженер Петра Великого 6

Гросов Виктор
6. Инженер Петра Великого
Фантастика:
альтернативная история
фэнтези
попаданцы
4.75
рейтинг книги
Инженер Петра Великого 6

Цветная масть - элита преступного мира

Разинкин Вячеслав
Русская бойня
Детективы:
прочие детективы
5.00
рейтинг книги
Цветная масть - элита преступного мира

Повседневная жизнь импрессионистов. 1863-1883

Креспель Жан-Поль
Живая история: Повседневная жизнь человечества
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Повседневная жизнь импрессионистов. 1863-1883

Падение Берлина, 1945

Бивор Энтони
Документальная литература:
биографии и мемуары
6.80
рейтинг книги
Падение Берлина, 1945