Чтение онлайн

Они подошли к перекрестку Третьей и Двадцать второй и остановились у ряда маленьких магазинчиков. Универсамы, винная лавка с решетками на окнах. Оборотные стороны знаков «Стоп» были облеплены эмблемами разных уличных банд. Не самый приличный район, но приличных в городе осталось немного.

Дэвис в очередной раз вывел на экран телефона параметры задания и кивнул на винную лавку.

– Думаю, нужно подождать внутри.

– В погоню оттуда так просто не пустишься.

– Зато он нас не увидит. Не будет отклонений.

– Отклонений не избежать.

Чез был

прав. Каждый день их расспрашивали о том, что они делали, скачивали данные с их телефонов, отслеживая перемещения. Их действия проверялись счетоводами из отдела внутренних расследований, но речь всегда шла только о том, чтобы «минимизировать риск отклонений для наблюдаемых объектов», и никогда о полном их устранении.

Кроме того, как прекрасно знал Дэвис, данные с телефона можно было подделать, а сигналы извне с трудом пробивались в стоп-кадр. На самом деле никто толком не знал, чем они тут занимаются.

Тем не менее Чез не стал спорить, и они зашли в винную лавку - открытую, несмотря на ранний час. Вопреки неприглядной обстановке снаружи, внутри царили чистота и порядок. Бородатый сикх в ярко-красном тюрбане подметал пол у кассы и с любопытством глянул на них, когда они пристроились у выходящего на улицу окна.

Дэвис снова перечитал параметры задания и посмотрел на часы. Полчаса. Время поджимает. Не надо было останавливаться на завтрак, хоть Чез и разнылся.

Хозяин лавки продолжал подметать, периодически посматривая на них.

– С ним будут проблемы, - отметил Чез.

– Мы просто пара обычных посетителей.

– Которые ничего не купили. А теперь таращатся в окно, причем один каждые пятнадцать секунд смотрит на часы.

– Я не… - начал Дэвис, но его перебил сикх, который наконец отставил метлу и подошел к ним.

– Вынужден попросить вас уйти. У меня э-э… обеденный перерыв.

Дэвис улыбнулся и приготовился соврать, чтобы успокоить его, но тут Чез сверкнул полицейским значком.

Дэвису значок казался обыкновенным. Простое серебристое поле с чеканкой, ничего необычного. Разве что это был значок реальности. Для каждого из стоп-кадра - каждого дубликата, каждого человека-фальшивки - он выглядел вовсе не как стандартный полицейский значок. Он служил свидетельством того, что человек, который его носит, настоящий.

А также свидетельством того, что ты - нет.

Сикх уставился на значок широко распахнутыми глазами. Дэвису всегда было любопытно, что видят дубликаты. В их взгляде появлялось то же выражение, которое бывает, когда всматриваешься в нечто необъятное. Они выглядели ошеломленными. Даже немного восхищенными.

«Интересно, видел ли когда-нибудь такой значок мой дубликат?
– подумал Дэвис.
– Считал себя мной настоящим, не подозревая, что он - и весь мир вокруг - просто стоп-кадр? До тех пор пока ему на глаза не попадался значок…»

Хозяин лавки встряхнулся и поднял глаза на посетителей.

– Эй, ловкий трюк. Как ты… как у тебя вышло… - Он осекся и снова опустил взгляд.

Дубликаты всегда инстинктивно узнавали значок. В глубине души они понимали, что он означает, даже если никогда раньше о нем не слышали. Разумеется, большинство

все же о нем слышало в связи с недавними скандалами насчет вмешательства в частную жизнь. Кроме того, проект очаровал общественность Возрожденного Американского Союза и становился излюбленной темой кинематографа. В сети можно было найти с полдюжины полицейских боевиков про детективов, которые работали в «Стоп-кадре», хотя, насколько знал Дэвис, единственная официальная установка находилась здесь, в Нью-Клиппертоне.

В полицейских боевиках никогда не показывали, как выглядит значок реальности, словно действовало некое неписаное правило. Оставляли простор для фантазии.

Хозяин лавки что-то прошептал на родном языке. Снова поднял голову, помрачнев еще больше. Чез кивнул ему.

Сикх держался хорошо. Взял и… просто вышел на улицу. Потрясенный, распахнул дверь магазинчика, бросив все на произвол судьбы. Ради чего торговать, если только что узнал, что ты не настоящий? Зачем беспокоиться о чем бы то ни было, если к вечеру весь мир исчезнет?

– Хочешь выпить?
– Чез засунул значок в карман и весело кивнул на оставшиеся без присмотра полки магазина.

– Необязательно было так делать, - сказал Дэвис.

– У нас всего пара минут. Некогда разглагольствовать. Это был лучший вариант.

– От хозяина лавки пойдут отклонения.

– Невозможно избежать…

– Заткнись.
– Дэвис прислонился к окну и снова глянул на часы.

«Иногда я ненавижу тебя, Чез».

Но в то же время он ему завидовал. Хорошо смотреть на все вокруг, даже на прохожих, как на фальшивку — как на марионеток, которых создали из сырьевой материи и оживили на короткое время.

Просто… они были точными копиями, вплоть до химических процессов мозга. Как можно не считать их за настоящих людей? Дэвис и Чез ели буррито, воспринимали еду как настоящую, но в то же время должны были относиться к встречным как к подобиям людей? Это казалось неправильным.

Чез сжал его плечо.

– Так лучше всего. Он сможет насладиться остатком жизни, понимаешь?
– Он порылся в кармане и бросил на подоконник горсть мелочи.
– Вот. Из ларька с буррито.

Чез отошел поискать индийский пейл-эль. Дэвис отчего-то разволновался и проверил параметры задания. В очередной раз. На сегодня два дела: одно на перекрестке, другое в 20:17 рядом с Варшавской улицей. К этому времени процент отклонений наверняка будет высоким, особенно если Чез сегодня не в настроении, но они все равно смогут сделать что-то полезное - помочь расследованиям в настоящем мире, добыть информацию для настоящих копов.

И Варшавская улица. В 20:17.

Дэвис наконец взял несколько монет и принялся их перебирать, подставляя каждую под лучи утреннего солнца и проверяя год чеканки. Вернувшийся Чез покачал головой.

– Можно ведь пойти в банк и попросить хоть ведро монет.

– Так не считается.

Дэвис, нахмурившись, рассматривал четвертак. Есть ли у него 2002 год из монетного двора Филадельфии? Он вытащил телефон, прокрутил список.

– Не считается?
– переспросил Чез.
– По каким таким правилам?