Чтение онлайн

– Почему?

– Из-за отсутствия слуха.

– Ты, Зинуля, как всегда, слишком самокритична. Я вот что подумал, - как бы между прочим сказал Олег, - раз ты все равно еще не забыла "Телефон", то могла бы почитать его и нашему с тобой ребенку.

– Что-о?
– Такого предложения Зиночка ожидала меньше всего. Иметь от Олега ребенка... когда-то ей хотелось этого больше всего на свете, но ведь теперь все в прошлом...

А Олег без зазрения совести продолжал искушать:

– Неужели, Зиночка, тебе не хотелось бы еще одного малыша?
–

Его вкрадчивый голос заставлял забыть о том, что все изменилось и прошлого не вернуть.
– Нашего с тобой малыша?

Зина постаралась стряхнуть с себя наваждение и твердо повторила себе: все в прошлом. Примерно то же самое она собиралась сказать и вслух, и не менее твердо, но...

– Боюсь...

– А ты не бойся.
– Олег нежно, но решительно прижал палец к ее губам.
– Зиночка, я ведь сказал тебе, что нет необходимости говорить "да" прямо сейчас.

– Но я ведь тоже уже сказала тебе, - ее голос стал тверже, - нет.

– Зиночка, ты повторяешься, - пренебрегая логикой, заявил Олег.
– Подумай, из Александры получится замечательная старшая сестра. Немного деспотичная, пожалуй, но зато младшего брата или младшую сестру точно никому другому в обиду не даст, даже нам с тобой.

Последнее слово осталось за Олегом, поскольку очередной звонок, правда, на этот раз в дверь, прервал их дискуссию. Легко вскочив с табуретки, он отправился открывать, а Зиночка мрачно смотрела ему вслед, так и не успев дать ему достойную отповедь.

24

Было уже довольно поздно, день выдался на редкость длинный, и Марина, конечно же, устала, что для будущей мамы не слишком полезно. Поэтому в намерения Саши и Марины Никитиных входило лишь препроводить Александру домой и передать ее с рук на руки Зиночке. В принципе любопытно было бы узнать, чем закончилась сантехническая эпопея, но с этим точно можно было подождать и до завтра. В общем, сегодня они больше в гости не собирались. До того, как вместо Зиночки дверь им открыл ее новый старый знакомый.

Стоило, однако, Олегу Сергеевичу возникнуть на пороге Зининой квартиры, планы Никитиных резко изменились. Дело в том, что, если называть вещи своими именами, как это сделала Инна Иннокентьевна, после развода Зиночкина жизнь действительно напоминала монашескую. А потому мужчина, сумевший занять в ней хоть какое-то место, просто не мог не вызывать здорового любопытства ближних. Тут уж терпения едва ли могло хватить до завтрашнего дня, и Саша с Мариной, не сговариваясь, приняли предложение Олега зайти поболтать.

Что касается Александры, то ведь она сама немало способствовала тому, чтобы Олег Сергеевич встретился сегодня с ее мамой, так что его присутствие у них дома ее ничуть не удивило. Правда, она пока не решила, как ей к этому относиться.

***

Гости, пришедшие прямо из гостей, особенно хороши тем, что их не надо кормить, по крайней мере если они пришли от Ангелины. Зиночка подумала, что после всех сегодняшних треволнений она,

безусловно, способна оценить данное обстоятельство по достоинству. От кофе и чая также все отказались, поэтому не только гости, но и хозяева могли позволить себе уютно расположиться в гостиной и беззаботно предаться беседе.

Марина сидела в кресле, а Саша, обняв ее за плечи, устроился на подлокотнике. Как это ни странно, хотя его будущая жена с недавних пор была соседкой Кирилловых, познакомились они отнюдь не во время его визита к родственникам. Однажды прошлым летом прямо посреди Невского проспекта Марина буквально влетела в Сашины объятия и раз и навсегда пленила его своими изумрудными глазами. Правда, в тот момент эти глаза были очень сердитыми и метали в него зеленые молнии, вероятно, желая испепелить. Кроме пленительных изумрудных глаз, Марина обладала великолепными каштановыми волосами, отливавшими темной медью на солнце или в ярком электрическом свете, как это было сейчас. А на ее чуть вздернутом носике даже зимой сохранялась очаровательная россыпь веснушек. Будучи не такого уж маленького роста, рядом со своим мужем Марина казалась довольно миниатюрной и для постороннего взгляда все еще оставалась стройной, хотя сама она уже замечала безусловные изменения, вызванные беременностью.

Подлокотник другого кресла облюбовала для себя Александра, и Зиночка поспешила присоединиться к ней в кресле, опасаясь, как бы Олег не усадил ее рядом с собой на диване. Вообще-то было маловероятно, что он прямо сейчас при всех обнимет ее за плечи, так же, как Саша Марину, но Зина все равно опасалась находиться слишком близко к нему. Хотя, если рассуждать здраво, чего ей было опасаться? Разве что себя. Или все-таки его? В общем, она пока не решила, кто из них был для нее опаснее.

Олегу ничего не оставалось, как устроиться на диване в одиночестве, зато он сидел лицом к аудитории, и теперь все могли видеть, что он демонстративно почти не сводил с Зиночки глаз. И она правильно расценила это как вызов с его стороны. Впрочем, все остальные расценили это примерно так же.

Не то чтобы в комнате воцарилась напряженность, но все же, с точки зрения Александры, атмосферу вполне можно было назвать наэлектризованной. Лично ей это ни капельки не мешало, но она всегда заботилась о ближних, поэтому решила, что наэлектризованную атмосферу следует разрядить.

Первым делом она участливо поинтересовалась у мамы, как той удалось справиться с ближайшими и дражайшими. Данное выражение Александра постоянно употребляла с тех пор, как наткнулась на него у Вудхауса, чьей большой поклонницей она была.

Любопытно было не только Александре, поэтому Саша горячо поддержал двоюродную сестру.

Однако предложенная тема была исчерпана довольно быстро. Зиночка сообщила, что рассказывать, в сущности, не о чем, если не считать звонков неизвестного, настаивавшего на разговоре с каким-то Витьком. Что касается ближайших, пришлось в подробностях объяснять, что произошло, ну а дражайшим - опять пудрить мозги.