Чтение онлайн

Как и следовало ожидать, Олег не преминул тут же этим воспользоваться.

– Я рад, - сухо констатировал он, - что Инна Иннокентьевна ошиблась, и монашеское воздержание не является для тебя самоцелью.

– Ты совершенно невыносим!

– Так и есть. Но все-таки, Зиночка, ответь, если я вызываю у тебя слишком сильные эмоции, значит, ты предпочитаешь секс без эмоций с кем-нибудь еще?

– Конечно, нет!
– Зина даже не знала, на кого злилась больше, на себя или на Олега. Хотя, разумеется, она могла бы и не отвечать ему, так что на себя все-таки следовало злиться больше.

–

Но секс со мной, Зиночка, без эмоций у тебя никогда не получался и никогда не получится.

– Почему мы вообще заговорили о сексе?
– Она уже не сдерживала раздражения.

– Но мы же выяснили, что ты не являешься убежденной сторонницей воздержания, - напомнил ей Олег, насмешливо сверкнув глазами, - значит, твои отношения с мужчинами все-таки предусматривают секс. Далее, Зиночка, мы выяснили, что секс с кем попало, тебя не устраивает, хотя возражений против секса со мной я так и не услышал.

Зиночка наградила его убийственным взглядом. В одном Олег был прав: воспринимать его без эмоций она была не в состоянии. Хотя вряд ли он имел в виду именно те, которые овладели ею сейчас.

– И наконец, - лекторским тоном резюмировал Олег, - как мы уже выяснили, между нами секс без эмоций невозможен. То есть мы получили противоречие. Что и требовалось доказать.
– Этой финальной фразой практически любого математического доказательства он подвел итог дискуссии, после чего лицо его озарилось такой обаятельной улыбкой, устоять против которой Зина никогда не могла.

– Итак, теорема доказана.
– Зиночка позволила себе немного сарказма.
– Что дальше?

– Дальше?
– переспросил Олег. Сейчас у него был вид человека, который бежал во весь опор и вдруг ему пришлось резко затормозить.
– Прости, Зиночка, кажется, я увлекся. Знаешь, я ведь с самого начала хотел сказать, что по-прежнему люблю тебя.

– По-прежнему?
– В полном потрясении Зиночка смотрела на Олега: никогда раньше не говорил он ей этих слов, и меньше всего она ожидала услышать их сейчас.

– Я люблю тебя, - повторил он, поймав ее руку, - и на этот раз не хочу потерять, как это уже случилось однажды.

– С тех пор я довольно сильно изменилась, - покачала головой Зина.

Олег протянул руку через стол и коснулся ее щеки.

– Не слишком, - кончиками пальцев он погладил ее по волосам, - разве что стала еще красивее с тех пор, как я увидел тебя впервые...
– В его хрипловатом голосе появились чувственные нотки.

– Насколько я помню, Олежек, ты меня даже не заметил, когда увидел впервые, - ехидно уточнила Зиночка. Она категорически не хотела поддаваться нежности его рук и чувственности его голоса.

– Ну, положим, два этих события произошли с интервалом максимум в полминуты.
– Олег опять говорил в своей чуть насмешливой манере.
– Между прочим, никогда ни до, ни после я не имел никаких дел со студентками. Ты Зиночка, была первой и последней студенткой в моей жизни, которую я "заметил".

– Так ты поэтому отказался от бутылки коньяка, которую тебе предлагал за меня Аркаша?
– полюбопытствовала Зиночка. За невинным тоном она постаралась скрыть, как ее задело то, что она стала предметом сделки. Или могла стать. Что, конечно,

не одно и то же, но все равно она чувствовала себя уязвленной.

Олег поморщился.

– Это Света тебе рассказала?

– Ну а кто же еще? Правда, просветила она меня только вчера. Надеюсь, Аркадий предложил за меня хороший коньяк, - сухо добавила Зиночка. Разумеется, ко всей этой дурацкой ситуации следовало отнестись с юмором, но что-то плохо получалось, вероятно, мешали эмоции, которые буквально переполняли ее со вчерашнего дня.

Олег понимающе улыбнулся и заметил вполне резонно:

– Зиночка, не я ведь предлагал ему коньяк, а он мне...
– он прижался губами к ее руке, - к тому же...
– теперь он прокладывал дорожку из поцелуев по ее ладони, - я отказался...

Еще чуть-чуть, и ее оборона будет полностью уничтожена. Если честно, от нее и сейчас уже ничего не осталось...

– Олег, почему ты никогда не говорил, что любишь меня?

– Ну-у...
– его губы уже добрались до ее запястья, и теперь Олег нехотя прервал свое увлекательное занятие. Правда, Зининой руки он не выпустил, и она руку отнимать не стала.
– По разным причинам. Видишь ли, Зиночка, начнем с того, что к моменту нашего с тобой знакомства я вообще был сильно разочарован в любви. А потому довольно долго и вполне успешно старался убедить себя в том, что просто хочу тебя. Конечно же, я видел, что ты влюблена в меня, но считал, что это пройдет, когда мы вполне естественным образом расстанемся. Это, конечно, звучит цинично, но я привык считать, что к двадцати годам девушек среди девушек практически не остается...

– Ты что по личному опыту судишь?
– Вопрос вырвался сам собой, и Зиночка тут же обругала себя за несдержанность. Действительно, она могла бы и не спрашивать, вне всяких сомнений, у него были женщины и до нее, и после нее.

– А ты как думала?
– поддразнил Олег. Потом он, правда, снизошел до объяснений: - Дело в том, Зиночка, что в девятнадцать лет я был довольно впечатлительным юношей, и потому, когда незадолго до свадьбы моя будущая жена, ей как раз исполнилось двадцать, очень доходчиво все мне объяснила, я ей поверил. Тем более что это отнюдь не противоречило моему тогда еще скромному личному опыту. Ну а впоследствии, если не считать тебя, я имел дело уже только с женщинами старше двадцати.

– Думаю, Олег, ты всегда имел дело с теми женщинами, с которыми тебе было удобнее, независимо от их возраста. Так что опыт ты приобрел несколько односторонний.

– Возможно. Хотя все равно я склоняюсь к мысли, что ты являешься скорее исключением, чем правилом. Знаешь, Зиночка, когда ты сказала, что я у тебя первый, я понял, что право сделать тебя женщиной не готов уступить никому... ведь и ты была у меня первой.
– Он усмехнулся, заметив ее непонимающе вздернутые брови, и пояснил: - Поверь, никогда раньше мне не попадались девственницы. Именно тогда, Зиночка, я всерьез задумался о своем отношении к тебе. Признать, что люблю тебя, я еще готов не был, но точно знал, что не хочу, чтобы, кроме меня, у тебя появился кто-то другой. Например, Андрюша, который постоянно возникал рядом с тобой. Ты не представляешь, до какой степени он раздражал меня!