Чтение онлайн

Теперь Флойд Эллен доказал это.

По дороге из мрачного ада цинцинатской гавани к чистому воздуху и солнцу Уэйк-Робина я увидел сон наяву. Мне представилось, что старый вождь всех борцов со смертью Луи Пастер вдруг ожил и появился в грязных закоулках Америки. Давным-давно, когда он еще только вступал на широкую тропу охоты за микробами, Пастер устремил пристальный взгляд в будущее. И он ясно увидел, что может дать наука, его новорожденная наука страдающему человечеству. Он сказал:

— Во власти человека

истребить с лица земли все паразитарные болезни…

Эти слова были встречены всеобщим ликованием, и в течение нескольких ближайших лет он сделал ряд открытий, подтверждавших его фантастическое пророчество. Он думал, что его наука будет доступна всем, кто в ней нуждается. Когда чудесные результаты его фантастической охоты за микробами приобрели реальность в его лаборатории, старый, полупарализованный Пастер не делал никакого различия между детьми высшей и низшей экономической ступени. Первым ребенком, которого он спас от бешенства, был бедный мальчик, родители которого никогда не смогли бы уплатить за вновь изобретенную вакцину.

Пастер больше всего гордился тем, что оставлял наследство, способное облагодетельствовать все человечество.

И вот в своем сне наяву я увидел ожившего Пастера в цинцинатской гавани (или в трущобах Нью-Йорка, Чикаго, Лос-Анжелоса). Он стоит, наклонившись, и своими фанатическими, близорукими глазами рассматривает точные, бесспорные цифры Флойда Эллена…

Вот данные о гибели тысяч детей от болезни, смертность от которой начала уже снижаться благодаря открытиям самого Пастера. Что ответил бы старый неумолимый ненавистник смерти, если бы Эллен сказал ему:

— Учитель, твои дары человечеству делают чудеса среди детей богатых, которые могут платить за них. Но они недоступны для тех, кто не имеет средств. Разве уж если они, забыв стыд, примут милостыню, которую так тяжело, так обидно получать в нашей стране изобилия.

Что сказал бы седобородый, полупарализованный, старый святой от науки Луи, если бы Эллен закончил так:

— К сожалению, учитель, так обстоит дело в Америке, богатейшей стране в истории человечества.

Задолго до того, как Флойд Эллен установил эти факты, собравшиеся как в ярком фокусе из черных колонок цифр переписи, он знал уже, что бедность, скученность и высокая заболеваемость туберкулезом всегда идут параллельно. Это — старая истина гигиенической науки.

Статистик-доброволец, бывший репортер, любительствующий борец со смертью Биль Грум стал энергичнее доискиваться причин, уносящих жизнь цинцинатских граждан, и деятели здравоохранения, пустивши в ход все свое жалкое оружие, решили усилить атаку на эти опасности. Но ни один из этих исследователей, в том числе сам доктор Вильям Г. Мюльберг, выдающийся ученый и член Высшего медицинского совета, — ни один из них не был подготовлен к тому удару, который нанес им Эллен своими цифровыми выкладками.

Домашние выводы Вильяма Грума уже показали им, что плохое статистическое лицо города Цинцинати в значительной степени определяется высокой смертностью от туберкулеза. Но было вполне ясно, — и весьма приятно к тому же, — что разбой ТБ-микроба в поистине скандальных размерах сказывался

не на белом населении, а главным образом на неграх. Существует один псевдонаучный взгляд, — который можно встретить в некоторых книгах по медицинской профилактике или по охоте за микробами, — что цветные расы особенно восприимчивы к туберкулезу. Есть указания и на совершенно обратный факт. Доктор Луис Дублин, разбирая данные о смертности в период рабства, или, вернее, до того, как негры из крепостной собственности превратились в свободных рабов капитализма, нашел, что цифры смертности среди негров в некоторых южных городах ничуть не выше, чем среди белых.

Тем не менее, предрассудочное мнение о повышенной чувствительности цветных к туберкулезу едва ли можно было оспаривать. Факт безжалостного истребления их микробом ТБ в Цинцинати был слишком очевиден. Если это не зависело от их расового предрасположения, то, может быть, объяснялось тем, что, придя с юга, они плохо переносили холодный климат Цинцинати?

Едва ли. Потому что в городах, расположенных гораздо севернее Цинцинати, цифра смертности была ниже, и значительно ниже. Чтобы найти ответ на эту загадку, пройдемте в закопченный кабинет Эллена, в помещение общества здравоохранения. Здесь вы познакомитесь с картами смерти в «Городе королевы». Вот знаменитый переписной участок № 5. Это — сердце гавани.

Это — самое зловонное дно городской нищеты. Из двадцати тысяч жалких отбросов человечества, живущих в этом ущелье смерти, около одиннадцати тысяч — негры…

С 1929 по 1931 год они дали потрясающую цифру годовой ТБ-смертности — пятьсот шестьдесят пять на сотню тысяч населения.

Теперь проследите за пальцем Эллена, который постепенно передвигается к холмам, где черный народ не так уж отчаянно беден.

В этом участке туберкулез убивал всего двести тридцать два человека в год.

А еще подальше, где доходы выше и дома приличнее, — цифра смертности падает до ста тридцати…

А теперь мы совсем вылезаем из смрадной ямы гавани и к своему приятному удивлению находим здесь маленькую колонию цветного народа, которому каким-то чудом удалось забраться наверх, в границы высшей экономической группы цинцинатцев. Они живут в скромных домиках. Их детям есть где побегать и порезвиться. У них много солнечного света. Они не живут, как сельди в бочке, в этом счастливом переписном участке № 55…

Годовая цифра смертности среди этих преуспевающих негров за 1929–1931 годы составляет всего шестьдесят один и семь десятых на сто тысяч населения.

Это соответствует, примерно, средней цифре ТБ-смертности для США в целом. Это приближается к проценту смертности среди обеспеченного белого населения цинцинатских холмов.

Это в восемь раз меньше ТБ-смертности среди их смуглых братьев и сестер, цепляющихся за жизнь в омерзительных трущобах гавани.

Если бы вдруг было изобретено какое-нибудь лекарство или открыта сыворотка, которая снижает повсеместно смертность от туберкулеза в восемь раз, как вознегодовало бы общество, как возгорелся бы народный гнев, если бы из-за отсутствия средств у родителей ребенку было отказано в этом спасительном средстве, в этом шансе на жизнь!