Чтение онлайн

И красота отражена.

Ее обитель- лунный вечер

И то пространство между строк,

Которое заполнить нечем,

Чтоб объяснить, что есть любовь.

Ее удел- сердца тревожить,

А жизнь- лишь в том, чтобы звучать!

Ее мечта- найти свой голос,

Чтобы себя с ним обвенчать.

Она -для струн виолончели,

Для тенора и скрипача;

Она для флейты и свирели,

И для сопрано создана.

Но на беду

ее приметил,

Зачем-то, грубый низкий бас

И острыми хрипами впившись,

Вовсю под барабан терзал.

Она, страдая, изнывая,

Себя стремилась защитить,

От грубых шумов и ударов,

Чтоб задушевность сохранить.

А бас, безудержно карежа,

Всю красоту ее губил,

И плавность звуков уничтожив,

И заточивши в грубый ритм.

Она в борьбе не устояла,

Насилья тяжесть не снесла...

Бас с барабаном оправдались,

Что нежность нынче не модна.

: МОЙ ПУШКИН НЕ МОГ ТЫ ЖИТЬ ,КАК ВСЕ

Не мог ты жить как все, и умереть обычно,

Хотя покоя, воли ты, как все, хотел,

Но для тебя покой- не замедленье ритмов,

А воля для тебя-полета беспредел.

И потому-то жизнья твоя легендой обрастает,

И каждый миг, и строчка, каждый шаг,

А смерть твоя все более нас попрекает,

Хоть умер, ты с улыбкой на устах. БЫЛ ТОЛЬКО МОЛОД

Тебе лишь было тридцать семь,

Возможно ли представить!

Порою парни твоих лет

Еще слывут юнцами.

А чем ты мир весь одарил?

Когда успел все сделать!?

Смотрю, смотрю в тома твои

И не могу поверить.

Подразделить же взраст твой

Зачем попыток столько

"Когда был Пушкин молодой...",

Но ведь был ИМ ты только.

Когда четырнадцати лет,

Еще совсем подростком,

Свои стихи представил в свет,

Ты был поэтом взрослым.

И потому в тебе слились

Со зрелостию юность,

Что к ним лишь можно применить

Один критерий- мудрость !

СПАСИБО

Впервые с Пушкиным я встретилась, когда,

Неважно, если дата точная забыта,

Но с детства в душу мне запал рассказ,

Внушивший страх к разбитому корыту.

И мне нераз, отдам я дань судьбе,

Златая рыбка в сети попадалаь,

И только, Пушкин мой, спасибо же тебе,

Что и при рыбке я не забывалась.

Ее не заставляла я служить

И потакать всем прихотям, капризам,

Сама стремилаь ей благоволить,

Всего сильней боясь разбитого корыта.

А если в жизни что-то удалось,

Благодарю

те уни-вер-си-теты

И всякий раз молю: "О не дай Бог,

Забыть все эти вещие заветы".

ТЫ ТОТ, КТО ЖЕНЩИНУ

БЛАГОСЛОВИЛ

Ты тот, кто женщину благословил

На независимость и право на свободу,

Ее достоинство и честь ты защитил,

Не только словом, но своею кровью.

А путь к свободе, равенству тернист,

Порой преграды и ухабы неизбежны,

Но слышится все громче твой призыв:

"О, женщина, не потеряйся в женщине!

Пора, красавица, к себе вернись!

Дари уж лучше чудные мгновенья!

Останься гением ты чистой красоты!

Богатырей и Черноморов не заменишь!

ТЫ НАС ЛЮБИЛ

Любил ты женщину безбрежною любовью

(конкретно ни о ком я здесь не говорю),

Ты ЖЕНЩИНУ воспел, не только дивным словом,

Но поклонением подлинным, как божеству!

Ты знал, что значат чудные мгновенья,

Поскольку сам мог щедро их дарить.

И нам давал такие заверенья,

О, дай же Бог, хоть кто б их повторил.

Ты нас любил, любовь твоя быть может,

Нам многого на свете поважней,

Но ты и сам наши сердца тревожишь,

Твоя любовь взаимна, уж поверь! С ПУШКИНЫМ

Нам волновал воображенье

О жизни Пушкина спектакль,

Готовились на школьной сцене

Его на вечере играть.

А Сашка был- ну точно Пушкин:

Кудряв и школьный наш поэт;

Дантесом выбрали Сережку

Зазнобу девичьих сердец.

А я, конечно же- Натальей!

Кто не мечтал же ею быть?!

Всю ночь я мастерила платье,

Старалась локоны завить.

И вот, мы все втроем на сцене:

Дантес кружит возле меня,

И я должна, согласно пьесе,

Ему кокетством отвечать.

Но я растерянна, в смущенье,

От Сашки глаз не отвожу,

И жду его я восхищенье,

Каким дарил Наталью муж.

Дантес уж вовсе исстрадался,

А мне совсем не до него,

Ведь я впервые догадалась,

Что мной руководит любовь.

Но Сашка-Пушкин-лишь о пьесе,

Он ее автор, режисер,

И весь взбешон, он уже в стрессе,

Что не вхожу я в свою роль.

Кокетсво все же я сыграла,

Сергей серьезно вжился в роль,

Его потом я избегала,

С Наташкой Сашка шел домой.

О Сашке уж давно забыла,

Но Пушкина с тех пор люблю,

Сятою, вечною любовью,

Что освещает жизнь мою.