Стихи и эссе, Кристенсен Ингер

Стихи и эссе

на обложку

Кристенсен Ингер

Шрифт:

и вот всякий раз когда видишь себя в зеркале смотришь смерти в глаза и не плачешь

Но если бы не было жизни, видимой благодаря Ангелу света, благодаря ярким пятнам «исполненного мгновения» (Эрнст Блох), не было бы ни образа, ни изображения. У автора есть язык, его реальность побеждает смерть.

Перу Ингер Кристенсен принадлежат и две детские книги: «Большое путешествие в неизвестность» («Den store ukendte rejse», 1982) и «Микель и весь его зверинец» («Mikkel og hele menageriet», 1990), а также несколько пьес, вошедшие в книгу «Зимний вечер в Уфа и другие пьесы» («En vinteraften i Ufa og andre spil», 1987).

Ингер Кристенсен умерла в 2009 году в возрасте 73 лет.

В книгу вошли переводы полного корпуса стихов и двух книг эссе.

Стихи

Свет

(Lys, 1962)

Когда

стою

Когда стою одна – и снегопад начинаю понимать что я – часы а иначе б вечности тщетно тут кружить

С щемящей нежностью прижимаюсь к ночи

С щемящей нежностью прижимаюсь к ночи, опираясь на ржавые поручни, добираюсь до щеки и плеча, пробираюсь нежно к больному месту: железо и мясо. Прочее – знамёна, молча, плеща, вопрошая – вне и во мне, в царстве ночи, в царстве разума: умерла? кладу руку на дрожащий лик ночи, соскребаю немного ржавчины со своей щеки.

Что есть моё мёртвое в трещинах тело?

Муравьям нечего делать в снегу. Нет стихи стихи стихи есть моё тело. Я пишу вот: что есть моё тело? И муравьи перемещают меня бесцельно: к совам… слово за словом… к совам.

В диком одиночестве гор

В диком одиночестве гор натягиваю хвойное одеяло на себя. Мрак ощетинившись на краю немедленно впивается иглами неизведанное во мне открывая открывая Но не печальтесь обо мне не печальтесь о том, что вам всё бродить туда-сюда в одиночестве Моё время заржавело Мои стихи сошли с вашей протоптанной муравьиной тропы Не печальтесь Глубже целует жизнь моё юное стихотворение Насмерть ползает оно по мне над под и сквозь меня Стихотворение убитая надежда

Водяная корка

Водяная корка взрезает сама себя льдом Зимнюю лодку спугнули на сушу Под кожей защищается сердце

Зима

Зима в этом году много чего вынашивает в себе берег уже окоченел всё станет одно станет одно в этом году крылья и лёд станут одно в этом мире всё изменится в этом мире: лодка услышит свои шаги по льду война услышит свою войну на льду женщина услышит свой час на льду час как родить на мертвецком льду зима много чего вынашивает в себе. Вынашивает дома города вынашивает леса облака горы ущелья страх сердце – детей – конец войны Зима в этом году много чего вынашивает в себе руки уже окоченели в доме слышится детский плач одно мы станем одна жизнь: я слышу как шествует мой дом и весь мир с ним и как кричит всё что стало криком сердце лодкой своей бьётся об лёд о дно её стучат черепа много чего вынашивает зима Если я вмёрзну в лёд и если ты моё дитя вмёрзнешь в лёд Мой большой лес – он будет лишь летом мой большой страх ты во мне при этом если и ты моя жизнь вмёрзнешь в лёд: я стану коршуном – из крыльев и льда вечер буду клевать живую печень свою живую жизнь не зная сна Много чего вынашивает эта зима

Сандемусе [4]

Невысокое

солнце в этом коротком году папоротник размышляет о мраке храбрая тропинка сошла на нет от большого дома осталось только дерево враг копошится в обшивке Стул велит сесть стол велит сесть хлеб велит встать давят мелкие зёрна слов зёрна человеческого тела перемалывают твою руку и душу твою – пока враг копошится Письма опарой за старой обшивкой мука мелет чушь во рту древоточцы прогрызают себе путь твой мозг опрокидывает своё время враг необуздан Стены уходят украдкой инструменты уходят украдкой часы уходят остановившись они пошли погулять твой стул и твой стол высиживать старые жадные слова там высоко на белоснежной скале Ты на пути

Аксель Сандемусе (Aksel Sandemose; 1899–1965) – датско-норвежский писатель, мастер психологической прозы. Здесь и далее примеч. пер.

План путешествия

Куда ни взгляну эта соломинка и она уплывает прочь везде твои краски, боль на камнях и хрупкой воде Куда ни пойду вспоминаю тебя нет сил: где были мы в прошлом году? неужели лицо твоё там где ночь? ты утонул… и опять это: ну-ка съездим отдохнём мой друг обсудим подробно куда и когда есть спать смотреть… и может быть да ещё и в Европу! старую добрую! карту возьми! и опять эта ночь: где были мы прошлым летом? тонкая соломинка уплывает прочь

Преходящесть

Камни испаряются на берегу. Море погибает под солнцем. Скелеты животных скрыты в этом вечном песке. Вещи странствуют, умирают друг в друге, плавают как мысли в душе пространства. Караваны живого песка. Я в опасности? Где моё сердце? Укрыто в камне. Сокрыто в море. Стучит глубоко в горбатом верблюде он лежит и стонет в песке и умирает.

Ванная

Мои глаза скользят вопрошающе по наготе Зеркало стекает как дождь с моих ног вниз в ржавую решётку

Отец – сын

Я силюсь вспомнить не сделал ли я что-то не то письмо которое ты получил было сомнительным и всё же горящий куст меня не опалил а сегодня утром я так поздно встал Я выводил слова рукой но не послал письмо как бы лежал в огне но не сгорел а ты на стуле сидишь спокойно как бы во сне я силюсь вспомнить не сделал ли я что-то не…

Печаль

Найди сжатую формулу печали: лесная улитка со слизью и рефлекторным механизмом в бессмысленном режиме то выпустит рожки то втянет их обратно, а внутри тела он работает точь-в-точь как беременная сирена чей нисходящий голос гаснет и затухает проходя через весь организм. О кожа! мой самый наружный радарный экран