Чтение онлайн

– Бедра.

– Чем?

– Слишком широкие.

– Твоя попка самая сочная. Я захотел ее покусать, как только тебя увидел, и я сделаю это. Обязательно. Чтобы ты поняла, как она меня заводит. Дальше.

– Я ростом маленькая! – Отчаянно выдавила я.

– Моя кнопочка. Маленькая. Не придумывай, Стешка. Ты пиздец красивая, я тебя всю хочу, ты мне вся нравишься.

И не дожидаясь ответа, замотал меня в полотенце и утащил в спальню. Неандерталец.

Лежала, смотрела на него, и такое незнакомое чувство растекалось в груди, что хотелось

заплакать. Слишком много его. Я привязываюсь, это зависимость. Максим затягивает меня как пучина, и я тону не чувствуя дна под ногами.

Про слова о ЗАГСе предпочла не думать. Что только не скажет мужик после минета, но даже так, брошенные вскользь, они меня задели. Зацепили. Стало и приятно, и боязно. И надежда. Ее во мне определенно было очень много. Надежда. Такая маленькая как я, светлая, но слабенькая. Она трепала кусочки брони, которой я обросла и просилась наружу.

Хотелось коснуться его. Поверить что все это правда, а не бредовый сон.

Протянула руку и провела кончиками пальцев по подбородку с легким налетом щетины, погладила губы, которые вызывали дикое желание укусить его и увидеть огонь. Тот, который он прятал на дне души.

Мужчина не слышал моих мыслей, но спросонья протянул руку и придавил меня, вжимая в себя.

– Спи, малышка.

Поцеловал в лоб, и я как по приказу отключилась. 

Торопился домой. Предвкушение сжимало грудь стальным капканом, и, позабыв обо всем на свете, я делегировал обязанности, проще говоря, сбросил все на помощника и поскакал домой, отправив только самые срочные бумаги.

Прошедшая ночь кадрами мелькала в голове, поднимая член и отпуская всю кровь из мозга вниз, делая меня совершенно бесполезным в плане обязанностей.

Насрать. Потом буду все решать.

С Воронцовым вроде все решено, Кирилл ищет этих гандонов угрожающих Стешке, а я нарыл кое-что занимательное про ее «подружку». Знаю, что не красиво копать на близких, но мне как то похуй стало, ровно в том момент, когда зазвонил ее телефон. Кнопочный. Кнопочный блять! Если бы не ситуация, заржал бы как конь. Сто лет такой фигни не видел, даже у бабушек уже сплошь поголовно смартфоны. Поэтому сел за руль и помчал в магазин за подарком для моей малышки.

Купил аппарат, симку оформил на свое имя, и полетел в цветочный и ювелирный. Да, знаю, поспешно, но мне поебать. Я все ее захотел, полностью. А ее вчерашний неумелый минет вообще мне все мозги прострелил. Хотела же, сама, старалась. Я оценил. Нет, я пропал.

Стешка съела мне все мозги с того момента как появилась, но я никогда такого с бабой не чувствовал. Даже бабой ее назвать не могу. Девочка. Моя девочка.

Не стал дожидаться лифт и побежал по ступеням, легко преодолевая расстояние. Спасибо тренеру Саньку опять же. Я выносливый, и скоро и Стеша это поймет.

Похлопал по коробочке в кармане, проверил презентабельность букета и вздохнул, набирая полные легкие, мечтая чтобы стук в ушах прекратился, не мешая взять себя в

руки и не испортить момент.

Вставил ключ в скважину и повернул, стараясь не шуметь, предполагая, что малышка может еще спать. Она же у меня как опоссум – чуть что сразу в спячку. Но вместо тишины меня встретило пение, и я сперва подумал, что она так громко телевизор смотрит, но потом дошло. Это поет моя Стеша!

Высокий и сильный голос разносился эхом по квартире, и какая-то незатейливая песенка о розовых соплях в ее исполнении приобретала смысл, словно она переживала каждое слово, пропускала через сердце и сейчас страдала вместе с певцом на экране, который разрываясь, пел:

– Как ты там? Как ты там? Есть ли тот, кто целует нежно по утрам?...

Подкрался к кухне как мальчишка, заглядывая в проем, смотря за тем как моя девочка, в моей футболке, дает сольный концерт для холодильника, в перерывах между куплетами шинкуя овощи на противень.

Представил что скоро, совсем скоро смогу наблюдать за этим по закону. На своих правах. Изменю лишь ее «концертное платье» заменяя его полным отсутствием одежды.

Пока мои мысли утекали в незнакомое мне ранее направление, малышка заметила меня в проходе и замолкла, смущенно покрываясь румянцем. Опять этот румянец! Как же надоело, что она стесняется совершенно не тех вещей, тратя на них нервные клетки.

Вот если, к примеру, я бы поласкал ее пальчиками прямо в кинотеатре, выбивая сдавленные хриплые стоны, или бы затащил в туалет в кабинке торгового центра, затыкая рот поцелуем, и забираясь под юбку, под которой нет трусиков…

– Привет. – Сказала тихонечко и стряхнула невидимые крошки с края футболки.

– Это тебе. – Протянул букет на прямой руке, словно никогда не дарил цветов. Если честно, давно в последний раз дарил. Очень. Чаще всего покупал помощник, и вручал курьер с запиской. А сейчас растерялся что ли. Ведь она красивая такая…

Не взяла. Стоит, смотрит, выпучив глаза. Смешная. А в глазах непонимание.

– Бери. Когда цветы дарят их надо взять и сказать «спасибо». А лучше поцеловать дарителя. – Закусила губку розовую. Сочную. Спелую, как ягода.

Стоп!

– Спасибо. – И продолжает смотреть, и я прямо вижу, как нехорошие мысли начинают копошиться в ее голове. Вот, и влажная пленка появилась на краешках глаз.

– Нет, нет, нет! Не думай даже реветь! Я от чистого сердца, Стефания! Тем более повод есть.

– Повод? – Сощурила глаза, и я понял, что это были за мысли. – За мой первый минет?

Ну вот, картина «приплыли».

– Дура. Паспорт нашла? – Отбросил несчастные цветы в раковину и, сделав шаг, смял девчонку в объятиях.

Подняла голову. Рот открыт, глаза максимально распахнуты и гнев, плескавшийся в них секунду назад, исчез, запуская на сцену непонимание. Глобальное и глухое.

– Я не шучу. У тебя тридцать минут, чтобы собраться.

– Макс…ик…им. – Икнула с перепугу и продолжает таращиться. Закатил глаза для приличия, и вытащил из кармана коробочку, протягивая девочке.