Чтение онлайн

Ли не было. Они его бросили.

Рубин сидел в воде, недоумённо глядя на закрытую дверь. Надо выбираться. На корабле что-то взорвалось. Может, они уже терпят бедствие.

Он хотел встать, но тут вода начала светиться. Заметались молнии.

Он сообразил, что из танка вышла не только вода! Он попытался подняться на ноги, но поскользнулся и упал навзничь. Голова оказалась под водой, он принялся бить руками, но почувствовал сопротивление.

Гладкое. Скользкое. Подвижное.

Молнии вспыхивали прямо перед глазами, потом желе плотно

облепило его лицо. Как отчаянно Рубин ни пытался его сорвать, руки соскальзывали, а где ему удавалось за что-то ухватиться, желе мгновенно меняло форму либо просто разрывалось, тут же снова смыкаясь позади его пальцев.

Нет, думал он. Нет, нет!

Он открыл рот и почувствовал, как студенистое вещество скользнуло внутрь. Он чуть не зашёлся от ужаса. Тонкие отростки юркнули в его пищевод, другие проникли в ноздри. Он начал давиться, бешено молотя руками, рванулся вверх, и тут страшно заболели уши. Боль была чудовищная, как будто безжалостный пыточный палач ковырялся в них ножом, и последняя ясная мысль подсказала ему, что желе пробивается в его череп.

Было ли это чистое любопытство или целенаправленное действие организма по обследованию мозга человека, а может, он по многомиллионолетней привычке влезал во всё, что, на его взгляд, стоило изучить, — об этом Рубин непрерывно думал ещё со времени катастрофы на нижней палубе.

Теперь он об этом думать перестал.

Грейвольф

Такой покой. Такое блаженство.

Вандербильт, наверное, пережил это иначе: в страхе. Его смерть была ужасной, и поделом.

Грейвольф погружался в глубину.

Он задержал дыхание. Несмотря на ужасную боль в животе, он хотел удержать воздух как можно дольше. Не потому, что хотел продлить жизнь. Это был последний акт воли, когда он ещё что-то контролировал. Он сам определит, когда воде ворваться в лёгкие.

Лисия была уже там, внизу. Всё важное и дорогое для него было уже внизу. Закономерно, что и он, наконец, пройдёт этот путь. Давно пора.

Если при жизни был хорошим человеком, то когда-нибудь возродишься косаткой.

Он увидел, как над ним пронеслись чёрные тени. Животные не обратили на него внимания. Правильно, подумал Грейвольф, я ваш друг. Но он знал, что, объяснение куда проще и животные просто проглядели его. Эти косатки никому не были друзьями. Они собой-то не были, а использовались существом, которое обращалось с ними не менее бессовестно, чем человек.

Но и это когда-нибудь кончится. Придёт в порядок. И Серый Волк станет косаткой.

Последняя утешительная мысль.

Он сделал вдох.

Пик

— Вы совсем сошли с ума?

Голос Пика гулко отразился от стен туннеля. Ли быстро

шагала впереди. Он старался не обращать внимания на боль в своей растянутой ступне, чтобы поспеть за ней. Автомат она давно отшвырнула и теперь держала на взводе пистолет.

— Не злите меня, Сэл.

Ли направилась к ближайшему трапу. Они поднялись на следующий уровень. Коридор вёл к засекреченной зоне. Из утробы судна доносился грохот. Затем раздался новый взрыв. Пол задрожал и наклонился, так что в первый момент пришлось даже остановиться. Видимо, ещё одна переборка не выдержала напора воды. «Независимость» имела уже отчётливый дифферент на нос, и им приходилось идти в гору. Навстречу им из контрольного помещения бежали мужчины и женщины. Они смотрели на Ли в ожидании приказов, но та прошла мимо, не обратив на них никакого внимания.

— Не злить вас? — Пик заступил ей дорогу. Он чувствовал, как его оторопь превращается в ярость. — Вы не глядя расстреливаете людей. Других отдаёте приказ уничтожить. Что всё это значит? Это не планировалось и не обговаривалось!

Ли посмотрела на него. Её лицо было совершенно спокойно, лишь голубые глаза вспыхивали странным светом. Никогда раньше Пик не замечал в них такого мерцания. Ему вдруг стало ясно, что у этого высокообразованного, многосторонне развитого существа произошёл какой-то сдвиг по фазе.

— Обговаривалось с Вандербильтом, — сказала Ли.

— С ЦРУ?

— С Вандербильтом из ЦРУ.

— И вы договорились с этим негодяем о подобном безумии? — Рот Пика в отвращении кривился. — Мне противно, Джуд. Мы должны помочь эвакуировать людей.

— Кроме того, есть договорённость с президентом Соединённых Штатов, — добавила Ли.

— Никогда!

— Более или менее.

— Не может быть! Я вам не верю!

— Он бы одобрил это. — Она протиснулась мимо него. — А теперь прочь с дороги. Мы теряем время.

Пик побежал за ней.

— Эти люди вам ничего не сделали. Они рисковали жизнью. Они тянут за ту же верёвку, что и мы! Почему их, в конце концов, просто не взять под арест?

— Кто не со мной, тот против меня. Разве вы этого ещё не поняли, Сэл?

— Йохансон не был против вас.

— Был, причём с самого начала. — Она круто повернулась и посмотрела на него: — Вы что, слепой или безмозглый? Вы не видите, что может произойти, если Америка не выиграет эту войну? Всякий, кто её выиграет, в тот же момент нанесёт поражение нам.

— Речь идёт не об Америке! Речь обо всём мире.

— Весь мир — это и есть Америка!

Пик уставился на неё.

— Вы сумасшедшая, — прошептал он.

— Нет, я реалистка, чернокожий вы осёл. И будете делать то, что скажу я. Пока вы у меня в подчинении! — Ли снова двинулась вперёд. — Идёмте. Мы должны выполнить задачу. Я спущусь на батискафе вниз, пока корабль не взлетел на воздух. Помогите мне найти торпеды с ядом Рубина, после этого делайте что хотите.