Чтение онлайн

Ясно. Еще один источник информации для Системы. Система следит за всем. Куда ты ходишь, что смотришь, что ешь, что носишь, какие запросы в поисковиках делаешь. Она знает о нас порой больше, чем мы сами о себе знаем. И это меня пугало с самого детства, хотя все остальные, похоже, воспринимали это как данность. Я же старался лишний раз даже в поисковиках ничего не вбивать, чтобы не давать о себе информации.

Пожалуй, все после той истории с видео о пожарах. Система видела мои запросы, идентификационный чип считывал повышенный пульс при просмотре видео. Вряд ли, конечно, этих данных было достаточно для

того, чтобы диагностировать у меня нездоровую тягу к разрушениям. Для этого нужно еще и заключение живого специалиста-психолога. А Баумгартен и рад стараться.

– То есть я буду играть в виртуале, а Система будет следить за каждым моим шагом?

– Не преувеличивай, – усмехнулась Джулия. – Ну, и не льсти себе. Больно ты кому-то нужен, чтобы следить за тобой персонально. Но сеансы fullVR одобряются Системой. Это засчитывается чуть ли не как социально полезное занятие. Да, собственно, так и есть. Лучше проводи время в капсуле, чем шататься по улицам. Это убережет тебя от лишних неприятностей.

Наверное, она права. Если я хочу быстрее выбраться из категории D, надо играть по правилам. Скрывать-то мне особо нечего. Я, конечно, не в восторге от этого города, от властей и от самой Системы. Но выйдите на эти улицы и попробуйте отыскать того, кто доволен.

Мы поднялись на тринадцатый и вышли в длинный коридор, ведущий от лифта к внешней стене здания. По сторонам от него располагались двери в жилые боксы. Таких коридоров здесь было четыре, они расходились во все стороны от кольцеобразного холла с шахтами лифта в середине.

Стены здесь были сплошь изрисованы граффити, на полу кое-где валялся мусор. С освещением была беда – половина светильников была или разбита, или попросту не работала, да и многие оставшиеся светили неравномерно, мерцая и потрескивая. Из-за закрытых дверей доносились приглушенные звуки – где-то играла музыка, кто-то ругался, кто-то врубил на полную катушку порно, оглашая коридор недвусмысленными стонами.

– Уютненько, правда? – улыбнулась Джулия, пуская вперед свою пантеру.

Выпускника интерната из желтой зоны сложно удивить нищетой и спартанской обстановкой. Единственное, что было непривычно – это хрустящий под ногами мусор и разрисованные стены. В интернате у нас царил культ чистоты. Нас заставляли драить полы и стены по всему зданию почти каждый день, а граффити если и появлялись, то тут же закрашивались, а горе-художников ждало суровое наказание. Здесь же, кажется, всем на все плевать – и жильцам, и тем, кто за всем этим присматривает. Это же бесплатное социальное жилье. Какой смысл наводить уют, если наверняка свалишь отсюда, едва выдастся шанс.

Двери по обе стороны коридора вели в жилые блоки, каждый на несколько небольших комнат с общим санузлом и кухней.

Мой блок носил номер 13013. Ну прямо комбо. Хорошо, что я не суеверен.

Джулия коротко постучала в поцарапанную пластиковую дверь.

– Полиция!

Открыли довольно быстро. На пороге появился крепкий взъерошенный парень лет двадцати пяти в растянутой грязноватой футболке с широким воротом и мешковатых штанах. Смуглый, черноглазый, с короткой бородкой, выбритой на щеках так, что образовывались сложные геометрические

узоры. В руке он небрежно держал жестяную банку с пивом.

– Офицер Харрис, – кивнул он, широким жестом приглашая войти. – Милости прошу!

В голосе его чувствовалась легкая издевка. Смелый он, однако. Может, из-за того, что заметно пьян.

Джулия вошла внутрь, оставив пантеру у порога. Я последовал за ней, невольно столкнувшись плечами с будущим соседом – коридор был узкий и полутемный.

– Эй, полегче! – прошипел чернявый, смерив меня взглядом.

Заскрипев роликами, откатилась в сторону дверь одной из комнат, и в коридор вывалились еще двое, похожих на бородатого, как братья. Только оба моложе. Один – толстый, с выкрашенными в кислотно-зеленый цвет короткими волосами, тщательно зачесанными вверх, чтобы торчали, как иглы. Второй, наоборот, такой худющий, что футболка на нем болталась, как на вешалке.

– А что такое, офицер? Мы ничего такого не делали… – писклявым голосом запричитал толстяк.

– У вас новый сосед, – пройдясь по коридору и осмотревшись, ответила Джулия. – Знакомься, Фрост. Это братья Родригесы. Рико, Мартин и Диас.

– Офицер Харрис, ну какого хрена? – даже не взглянув на меня, процедил старший. – Мы же застолбили эту комнату еще два месяца назад! После того, как узкоглазый свалил, она должна была достаться нам!

– Смени тон, Рико, – холодно огрызнулась полицейская. – Ты прекрасно знаешь, что с комнатами в «Гиацинте» напряженка. К тому же распределением жилья занимается специальный алгоритм Системы, а не полиция.

– Так мы и подавали заявку, по всем правилам! Алгоритм должен был ее учесть.

– Может, и учел. Но у Фроста приоритет оказался выше.

– Да мы уже полгода в одной комнате втроем чалимся!

– Она и рассчитана на троих, – отрезала Джулия. – И вообще, хватит ныть! Претензии не по адресу. А хочешь съехать от братьев, чтобы спокойно водить к себе девок – заработай на съемное жилье.

Родригес засопел, поигрывая желваками, но и правда заткнулся.

– Эх, а я надеялся, девчонку подселят, – вздохнул его тощий братец, наблюдая, как Джулия открывает опечатанную дверь моей комнаты и передает на мой ИЧ коды доступа.

Рико не сводил с меня глаз, и взгляд его мне не нравился. Изучающий, мрачный. Да и остальные Родригесы смотрели недружелюбно. Мне тут явно не рады.

Можно подумать, я сам в восторге от этого места.

– Санузел общий на блок, кухня тоже, – пояснила Джулия. – Но холодильники в комнатах индивидуальные. У меня ты должен будешь отметиться в понедельник, с двенадцати до двадцати часов. Участок в этом же здании, на втором этаже. Не опаздывай!

– Хорошо.

– Будут какие-то вопросы – звони. А пока извини, тороплюсь.

Она направилась к выходу, и Родригесы послушно расступились перед ней. Едва она скрылась за дверями, дружно развернулись ко мне.

Я собирался закрыться в своей комнате и осмотреться, но новые соседи явно не собирались меня так просто отпускать.

Рико подошел вплотную, едва не наступая мне на носки кроссовок, и внимательно осмотрел с головы до ног. Он был почти на голову ниже меня ростом, но довольно широк в плечах, крепкий, жилистый.

– Так значит, тебя зовут Фрост? – спросил он. – Это имя или фамилия?