Стать Собой
Шрифт:
Я тихонько пробралась обратно в спальню Владыки, к моей радости он сладко спал. Повернулся на бочок, руку под щеку и пускает слюнку, как дитятко малое. Значит, можно идти и выспаться. До казармы я добралась, каким-то чудом не запутавшись в коридорах. Стражники на входе посмотрели на меня удивленно, но пропустили. Девочки встретили настороженно. Я, как и в прошлый раз, не стала ни с кем разговаривать, ушла к себе и легла спать. Не буду лукавить, меня сегодняшний день вымотал почище вчерашнего. Возможно, ночью кто-то из девчонок приходил меня проведать, я не проснулась. Утром тоже проспала все, что было
– Вставай, вставай, проснись! У нас тут такое!
– В чем дело? – сонно протянула я.
Не к добру это. Небось Дроперидол проспался, обрел какие-то свои дроперидольи чувства и пришел бузить.
Как в воду глядела.
– Сегодня утром пришел Дирперидиол, Схватил меня за руки, потащил к себе, и два часа рассказывал, какая я прекрасная и как он меня обожает. Обнимал и целовал. Не знаю, чем бы все кончилось., да его к Владыке позвали.
– А ты?
– А что я?
– Его чувства тебя не тронули?
– Ты с ума сошла? Как такое может тронуть?! Я его боюсь до смерти. Он меня чуть не сожрал. Это не любовь, просто кошмар какой-то. А магия, заставлявшая меня отдаваться ему, почему-то больше не действует. Я его больше не хочу. Совсем.
Я погладила Марлин по руке и пошла одеваться. Пока все путем. Проклятье снимается понемногу, Владыка держит слово насчет девушек. Ага, если он слово держит, значит, пришел в себя и понял, что произошло.
Позавтракать со всеми мне опять не дали. Прибежал счастливый Левомеколь:
– Идем скорее, Владыка ждет.
По дороге он меня затерроризировал, описывая свои проснувшиеся чувства. Оказывается, этот ловелас любит всех девушек, потому что они такие милашки. Ну, ветер ему в спину. Такие тоже нужны в этой жизни. Будет налаживать контакты со всем миром, как отец, но немного другим способом. Наконец мы пришли, и в дверях кабинета Левомеколь меня оставил.
– Заходи, заходи, девочка! Не думал, что тебе удастся, если честно. Но результат я не только увидел собственными глазами, но и почувствовал собственным сердцем. Не знаю, люблю ли я кого-нибудь, но жизнь обрела краски, вкус и запах! Совсем другое дело! Я так себя не чувствовал уже пару тысяч лет, если не больше. Уже за это стоит тебя благодарить. Лиомиколя не узнать, мальчик просто ожил! Его отец просто счастлив, он боялся, что сын хочет покинуть этот мир. Но что происходит с Дирперидиолом? Когда он пришел сегодня ко мне, он был не в себе.
Я вкратце сообщила, как вчера этот придурок на меня напал, как я его обезвредила, и что он вытворял сегодня утром. Потом выдала диагноз:
– По видимому этот ваш Дроперидол – очень страстная натура, а вот с мозгом совсем не дружит. Столько лет подавляемые чувства выливаются в уродливые формы. Его бы послать проветриться, спустить пар. У вас нет на примете подходящей войны?
– Надо подумать. А эта девушка, она его отвергла?
– К сожалению. Не советую тут пытаться что-то сделать. Он найдет себе другую, при такой энергии это обязательно скоро случится. Та, у которой не будет начального отрицательного опыта общения, может в него влюбиться, ведь он действительно красивый и храбрый воин. А сейчас его нужно отвлечь. Но он – не самая большая ваша проблема.
Владыка сразу стал серьезен.
– Что-то случилось?
– Скорее второе. Вчера я пошла по нитке, которая питала силой проклятье. Вы спали, Владыка, и я взяла на себя смелость пойти одна. Скажите, легенда не сообщает, где проходила встреча с драконами?
– По традиции мы принимаем глав других народов в нашем зале Власти. Там, где мы проводим ежегодные собрания, чтобы каждый подданный мог полюбоваться на камень Власти. Именно там, на этом камне, я дал тебе клятву. Там же наши предки принимали драконов.
– Так я и подозревала. Проклятие каким-то образом привязано к вашей реликвии. Оно питается силой камня и связывает весь ваш народ.
– Какая подлость! Наш народ в принципе связан с камнем. Изначально. Этот камень наши предки принеси из своего мира. Подсадив туда проклятье, она сделала его неснимаемым!
Я испугалась.
– Почему неснимаемым? С вас-то я проклятие сняла. Ваша связь с камнем оборвана, но вы от этого не стали хуже себя чувствовать, наоборот.
– А моя сила? Моя магическая сила?
– Ну, этого я не знаю. Про магическую силу разговора не было. Но вообще-то в этом мире магия разлита в природе. Все здешние маги используют ту силу, которая вокруг них, и им хватает. Еще здесь есть места силы, где можно подзарядиться. Думаю, не все потеряно. Да вы попробуйте, Владыка, прежде чем на стенку бросаться. Может сила при вас, а камень тут особой роли не играет.
Я несла эту пургу в основном чтобы успокоить Лориндена. Он здесь главный потому что самый сильный маг. Если он потерял свою силу, то что дальше будет? Переворот? Меня здешние маги во главе с Лоратадином при поддержке Дроперидола с кашей съедят и скажут, что так и было. Волшебному существу от магов надо рвать когти, и как можно быстрее. Вчера меня пугала мысль о том, что весь народ Высших уляжется на несколько часов без сознания, сейчас она меня грела. Как бы только пробраться в этот самый зал Власти? Где он, я вроде помню.
Пока я судорожно соображала, Владыка встал, размял руки и сделал несколько очень изящных пассов. В канделябрах по стенам загорелись свечи. Ну слава здешним Богам, магом он был, магом и остался.
– Действительно, не все потеряно. Что будем делать дальше? Я хотел бы увидеть те самые нити, что питают проклятье в каждом из моих подданных. Ты сможешь мне их показать?
Мне нравится ход его мысли. Сейчас поведет куда надо. Как только он зазевается, я одним махом оборву все!
– Хорошо, Владыка, пойдемте, покажу вам ваше проклятье.
Непонимание последствий – одна из причин, почему мы вообще начинаем действовать.
В Зале Власти все так же никого не было, камень по-прежнему лежал на постаменте и сиял. Я велела Владыке встать к камню спиной и посмотреть на окружающее магически. Сама сделала то же самое и практически сразу смогла ухватить взглядом на полу серые ниточки. Да их тут видимо-невидимо! Наверное, как раз эти самые две тыщи. Одну ниточку я сунула под нос Владыке, и мы, пятясь, как раки, поползли вдоль нее до самого постамента. Тут пришлось повернуться, и я с гордостью продемонстрировала, что у камня растет серая борода, отдельными волосками спускающаяся к полу и исчезающая в стенах зала.