Старый капитан

Новый год в сапогах, или Верьте в приметы.

Встретил я Николая случайно. Мы давненько не виделись, причин не было.

Обрадовавшись неожиданной и обоим приятной встречи, мы перекинулись парой дежурных фраз, передали привет супругам и, воспользовавшись приближающимся большим, всеми любимым праздником, поздравили друг друга с наступающим Новым годом. Всё! Ритуал исполнен полностью. Можно расходиться.

И тут совершенно неожиданно Николай мне говорит:

– А знаешь, как я отпраздновал самым необычным образом новогодний

праздник?

– Ну откуда же я могу это знать? Ведь ты мне об этом никогда не рассказывал.

– Время есть?

– Есть!

– Ну так слушай.

– Произошло это когда ты и твой тезка Серега Дюков уже дослуживали в Советской Армии первый год. Шли предновогодние дни, и я был на работе сильно загруженным. Приходил домой очень поздно. И вот утром тридцать первого декабря мне жена, Ирина, говорит:

– Коля! Ты постарайся сегодня прийти домой пораньше. Нужно будет обязательно сходить в погреб. А то впереди праздничные дни, а у нас овощи все закончились, да и консервы принести тоже не мешало бы. Погреб сегодня открывают с семи до девяти вечера. Сходишь? Не забудешь?

– Схожу, не забуду!

– И, как ты сам понимаешь, последний предпраздничный день… Как говорится «голову поднять некогда»! И, хотя я все время помнил свое обещание, но в шесть вечера рабочий день закончился, а я занят, в семь – занят, только в восемь часов освободился и побежал домой. Благо от завода до дома не очень далеко.

Короче, в половине девятого я забежал к себе в квартиру. Жена обиделась, дуется… Я быстренько сбросил дублёнку, хорошие зимние сапоги, накинул на себя рабочий бушлат, сунул ноги в резиновые сапоги, прихватил ведро под овощи, хозяйственную сумку подо все остальное и бегом в погреб. Спустился с седьмого этажа и сразу в дверь погреба. Он у нас прямо во дворе.

Открыл свою секцию, нагрёб быстренько картошки, морковки и свеклы, набрал банок с огурцами, помидорами, прочими закрутками и тут бац! И темно! Темно и тихо! Отключился вытяжной вентилятор и освещение.

Если бы я быстро сообразил и начал кричать, то, возможно, меня бы услышали, а я осторожно, прихватив все свои припасы, вышел из секции, закрыл дверь, навесил замок. Затем в кромешной тьме, на ощупь, по стеночке (благо маршрут знал и сбиться не мог) дошел до общего коридора, повернул налево и прямо до упора шел, никуда не сворачивая. Таким образом я вышел в коридор, ведущий на выход. Отсюда направо и вот она – дверь! Ошибки не было никакой, маршрут мне известен, да и прохладный, свежий воздух здесь хорошо ощущался.

Да вот толку – то от этого немного! Дверь, ведущая к лестнице, была замкнута. Открыть её не было никакой возможности. Ни ломика, ни кувалды рядом не было, а уж про ключ я вообще молчу. Ключа у меня никогда не было. Но на всякий случай я всё-таки рукой пошарил в округе. Пусто!

Прямо граф Монте – Кристо!

И что мне теперь делать?

Кричать и стучать бесполезно! Я нахожусь за дверью под землей, а дальше лестница, подъем метра на три и ещё одна запертая дверь! А это все

происходило в те времена, когда о мобильных телефонах ещё никто не знал.

Я начал прикидывать время по дням. Сегодня четверг. По расписанию следующий раз погреб будет открыт в воскресенье утром. Это мне здесь находиться двое с половиной суток, да и то, если на праздничные дни не сменили график работы, что случалось регулярно. За это время я, скорей всего, с голодухи не загнусь, а вот от холода? Я уже сейчас замерзаю. И дернул же меня черт вместе с дубленкой кофту шерстяную снять! Да и зимние сапоги… Ну что бы с ними случилось, если бы я один раз в них сходил в погреб! Ничего! Ну побурчала бы жена немного и забыла.

Эх жена, жена! Ну на кой … спрашивается тебе понадобились ОВОЩИ перед праздником. Жили без них неделями и ничего, не голодали.

А в это время дома Ирина ждала Колиного возвращения из погреба.

– Вот сейчас должен вернуться, уже девять вечера, погреб закрылся.

Но Коля не возвращался. Нетерпение хозяйки начало переходить в раздражение:

– Этих мужиков не переделать! Ведь знает, что я его жду из погреба с овощами и не идет. Явно там с мужиками знакомыми столкнулся и уже где – нибудь втихоря от жен отмечают. Придет поддатеньким! Ну держись тогда Коля, будет тебе Новый год!

Прошло полчаса, а мужа всё нет.

– Что – то они там совсем про свои семьи забыли. Пойду, найду их и всех разгоню!

Ирина вышла в подъезд и прислушалась. Голосов слышно не было.

– Они могли закрыться в тамбуре. И тепло и не шумно. Спущусь и проверю.

Но в тамбуре тоже никого не было.

Тогда она решила проверить такой же тамбур и лестницу другого подъезда. Благо в доме их всего два.

Но там тоже была полнейшая тишина, не считая того, что из-за всех квартирных дверей слышался равномерный предпраздничный гул.

Странно! Может быть мужики собрались у кого – то в гараже?

Она вышла из подъезда и пошла в дальний край двора, где располагался ряд гаражей из десяти боксов и двух металлических. Пройдя вдоль всех ворот, и, подергав за ручки ещё с лета подозрительных, на её взгляд, дверей, жена не нашла ни одной открытой.

И тут она обратила свое внимание, что возле гаражей нет ничьих следов, кроме её собственных, а колеи от приехавших вечером машин уже замело свежим снежком. Такая же одна цепочка её следов тянулась и к гаражам. Значит здесь нет никого! Но где же Коля?

Ирина вернулась к подъезду и посмотрела на следы на снегу. Они все шли только от подъездов к погребной двери и обратно. Больше никуда не уходили. Стало быть, Николай в погребе!? Что же делать? Нужно его освободить!

Жена подошла к погребу и на её счастье на двери был приклеен бумажный листок с расписанием работы погреба и номер квартиры, где проживает председатель погребного кооператива.

Жена побежала по указанному адресу.

Надо сказать, пока она меня искала, прошел почти час и время перевалило далеко за десять вечера.