Чтение онлайн

Как разбудить у мальчиков интерес к овладению основными навыками и правилами игры? Дико довольно ловко ввел в занятия соревновательные элементы. В специальную тетрадь Старик записывал победителей, вел точные статистические расчеты. По этому поводу сам он чувствовал себя важной персоной, да и ребята оказывали ему подчеркнутое уважение. Тренер девичьей команды, Шоп, тоже стал более аккуратным.

Однажды Дико показывал Асенчо, какое положение должно принять тело при ударе левой рукой. Обычно во время их занятий девушки, если они были в это время свободны, старались подойти поближе и ловили каждое слово Дико. А сейчас Дико заметил, что их внимание привлекло что-то другое или кто-то другой? Он быстро взглянул

в ту сторону, куда смотрели девушки: рядом с Цачевым, Райковым и мастером Дончо стоял высокий плотный мужчина в темно-синем пальто и серой шляпе. Рядом с ним даже мастер Дончо казался маленьким и невзрачным.

— Кто это? — спросил Дико у Гошко, вертевшегося, как всегда, вокруг тренера.

— Это директор… — тихо ответил Гошко.

— М-м, вот как?

Директор смотрел на площадку, руки в карманах, на лице — пренебрежительная усмешка. Окружающие наперебой объясняли ему что-то, указывая на Дико и ребят, он снисходительно кивал головой.

Дико разозлило высокомерие директора, но он продолжал показывать приемы, только стал еще более строго требовать точности в исполнении упражнений. Вскоре он увлекся и уже не думал о директоре, да и ребята, похоже, забыли обо всем кроме мяча. А когда перешли к дриблингу по всей площадке от одной корзины до другой и обратно, всех охватило приятное возбуждение, как всегда во время этого упражнения, и маленький зал наполнился веселыми криками игроков.

Дико ни на минуту не забывал о том, что и ему необходим тренинг, чтобы держать форму и постепенно возвращаться к своим прошлым показателям. Он подождал, пока некоторые из ребят выдохлись, сошли с дистанции, передал часы-хронометр Чоки и по сигналу Асена начал свой дриблинг. Его ход не отличался особой быстротой, но был плавным и великолепно размеренным, а мяч будто прилепился к ладони и ни разу не отскочил в сторону. И когда он кончил, наблюдатели громко захлопали в ладоши.

Дико краем глаза взглянул на директора. Снисходительной улыбки как не бывало, лицо стало строгим и серьезным, и даже левую руку начальство соизволило вынуть из кармана.

— Товарищ Диков! Дико! Идите сюда, наш директор хочет познакомиться с вами! — наперебой закричали мастер Дончо и Райков. В улыбке Райкова было что-то заискивающее, и это неприятно поразило Дико. Только Цачев выглядел как обычно.

Дико подошел к директору подчеркнуто небрежной походкой. Проницательные глаза кольнули его, но рукопожатие было крепким и бодрым.

— Я, товарищ тренер, не очень-то разбираюсь в спорте, — добродушно усмехаясь, начал директор, — но я вижу, что ваша работа серьезней, чем я думал, и в ней, оказывается, есть известные тонкости… — Директор сделал паузу и продолжал уже серьезным, деловым тоном: — Так что работайте, требуйте что нужно, мы вам все обеспечим… Но я скажу вам откровенно — только одного боюсь: чтобы ребята не распустились. Большинство из них хорошие производственники, нужно, чтобы они продолжали трудиться как следует! А то, знаете, вообразят себя звездами спорта, с медалями на груди — пошло-поехало!..

— Я здесь для того, чтобы тренировать команду, — сухо ответил Дико. — Об остальном пусть заботится дирекция.

— Вы, наверное, не так поняли меня. — Директор казался смущенным. — Вы — тренер и отвечаете за команду, я — руководитель предприятия и должен думать о производстве. Но главное — давайте не мешать друг другу, а помогать! Вы согласны со мной?

— Напрасно вы разделяете эти сферы, товарищ директор, — дерзко возразил Дико. Ему порядком надоели объяснения и поучения этого индюка. — И вы и я — конечно, в меньшей степени — работаем на благо предприятия! — Дико заметил испуганное лицо Райкова, это подхлестнуло его еще больше. — Вот представьте себе, что завтра команда «Родины» участвует в республиканских соревнованиях профсоюзов и выигрывает у таких знаменитых

команд, как «Локомотив», «Академик», «Ударник»? Ну как? Не прибавит ли это славы и почета вашей фабрике?

Директор с удивлением поглядел на Дико и вдруг громко, раскатисто захохотал:

— Вот это да-а! Значит, так ставишь вопрос? Интересно!

Дико тоже рассмеялся — ему очень хотелось по-детски показать язык директору, который, во всяком случае, не лишен чувства юмора…

V

Дико регулярно проводил тяжелые тренировки и требовал, требовал, требовал от ребят высокой точности выполнения заданий. Он надеялся, что более слабые не выдержат нагрузки и сами уйдут — очень не хотелось отстранять кого-то. Но никто и не думал уходить — наоборот, появились новые желающие войти в команду и играть. Он растерялся, усилия его рассеивались среди слишком большого количества игроков, мечта подтянуть «Родину» до уровня мастеров отдалялась. Дико прекрасно понимал, что исключить тех, кто не подавал надежд, — значит обидеть их, но что было делать? Другого выхода он не видел. И все же, думая о Цачеве, он не сомневался: секретарь будет против.

Дико решил поговорить с начальником ОТК Райковым, который отвечал за спортивную работу. Но Райков начал крутить-вертеть и никакого твердого ответа не дал:

— Вопрос важный, надо подумать, посоветоваться с комсомолом, профкомом, поговорить с товарищем Цачевым…

— При чем тут профком и Цачев?! — взорвался Дико. — Ты отвечаешь за этот участок, это твоя общественная нагрузка, и я хотел бы знать прежде всего твое мнение!

— Ах, дорогуша, я ничего не могу решить сам…

— Но что ты думаешь по этому поводу — это ты можешь сказать?

— Да, но как посмотреть… Вроде бы я вижу, что ты прав, а вроде бы… не знаю…

— Ну тогда я сам решу! Но потом чтобы не было претензий! — твердо закончил Дико.

Райков усмехнулся, странно посмотрел на тренера, но ничего не сказал. Все-таки Дико поверил в то, что Райков хоть и не союзник ему, но вмешиваться ни во что не станет, а это уже половина победы.

Дома Дико достал чистый лист бумаги и решил продумать окончательный состав «Родины». Прежде чем вписать Асена, он помедлил: парень тревожил его. Несколько опозданий подряд, потом неявка на тренировку под предлогом простуды, а на самом деле он был совершенно здоров: Гошко с невинным видом поведал о том, что видел Асенчо в клубе «Спортивные встречи», — он как бешеный отплясывал там рок-н-ролл. Тут надо было что-то предпринять, но что? Пригрозить, что его выведут из команды? А вдруг он обидится и сам уйдет после этого? Жаль терять такого игрока…

Еще и еще раз Дико убеждался в том, что быть тренером — значит не только обладать опытом и уметь учить — многое еще требуется… Взять, например, Драго. Как добиться того, чтобы на его молодом лице расцвела наконец улыбка? Как связать ребят воедино, чтобы получился здоровый, веселый, преданный спорту коллектив?

Дико включил в команду и Гошо, хотя были еще два претендента его уровня. Жаль было отстранить парня — он так старается, так ему хочется нравиться всем… «Нужно же кому-то заботиться о мячах и сетках!» — оправдывался перед собой Дико.

Перед следующей тренировкой Дико собрал всех, чтобы сообщить свое решение.

— Итак, друзья, некоторое время я внимательно наблюдал за вами и теперь могу назвать вам поименно тех, кто остается в команде, чтобы работать дальше… — Ребята смотрели на Дико и слушали его напряженно, боясь проронить слово. — Я знаю, что тем, кто не вошел в команду, будет очень тяжко. Но поймите и вы меня — нас сейчас больше двадцати человек, это невозможно, и так мы ничего не добьемся… К тому же у нас есть еще один тренер — товарищ Шопов, и я уверен, что он согласится заниматься с остальными.