Становление

Белая молния. Становление.

Глава первая.

Второе рождение.

Империя Ардейл. Утро следующего дня.

Эйрин стоял возле погребального костра и безучастно смотрел вперед. Запах паленных волос смешался с запахом горящей ткани, от чего к горлу подкатила тошнота. Рядом с юношей стоял Лазар и печально смотрел на ярко-рыжее пламя, жадно пожирающее то, что осталось от последнего из рода де Льен. Рядом с Лазаром стояли Дэмиэн де Мор, Рэй и еще несколько человек в темных плащах. Когда пламя погребального костра погасло, все начали

потихоньку расходиться. Постояв в полной тишине еще пару минут, Эйрин посмотрел на наставника.

– Ты уверен, что так было правильно?

Лазар пожал плечами.

– Не знаю, не мне решать.

– Хочешь остаться один?

– Если ты не против...

Кивнув Лазару, Эйрин развернулся на пятках и пошел вслед за Рэем, а Лазар несмело шагнул к куче пела, в самом центре которого лежала почерневшая бирка. Протянув руку вперед, наследник сжал бирку в руке. Закрыв глаза, он вознес молитву Светлым и провел по металлической поверхности пальцем, стирая сажу с металлической прверхности. Когда наследник открыл глаза, несмелая улыбка легла на губы. Подняв над головой металлический прямоугольник, Лазар помахал им в воздухе. От гладкой, полированной до зеркального блеска поверхности, отразились лучи всходящего солнца.

Тихий, облегченный смех, который почти тут же перешел в радостный хохот, заставил Эйрина обернуться и, с нескрываемый удивлением, посмотреть на Лазара.

Наследник, позволив себе облегченный вздох, опустился на землю, густо усыпанную росой, а потом и вовсе завалился на спину. Покачав головой, Эйрин подошел к Лазару и, нарочито небрежно, поинтересовался:

– Что смеешься?

Лазар поднял на него глаза и весело ответил:

– Он родился...

Империя Ардейл. Западные горы.

Лука Редж стоял на пороге барака... То есть - закрытого мужского монастыря и с легкой, несколько грустной улыбкой смотрел на, только что показавшееся над верхушками деревьев, солнце. Пронзительный щебет птиц, легкой песней разносился в тиши леса, ни с чем не сравнимый аромат влажной древесной коры и мха будил где-то в глубине души давно забытые чувства.

Посмотрев себе под ноги, Лука вздохнул - за все то время, что он пробыл в монастыре, одежда его порядком износилась и сейчас он скорее напоминал оборванца, нежели молодого мага - узкие штаны, некогда доходившие едва ли не до пят, сейчас едва прикрывали колени, да и выцвела ткань порядком. Рубаха, совсем недавно белая, теперь стала светло-серой - уж слишком часто и с особым усердием Лука ее настирывал. Кстати, рукава от рубахи ему пришлось оторвать, потому как жарко очень, к тому же манжеты, в буквальном смысле, начали "сыпаться" не выдержав энтузиазма прачки. Луки, то есть. Из всех вещей в более-менее приличном виде у Луки остался только кафтан, который он решил спрятать в мешок и не надевать до тех пор, пока не обзаведется нормальной одеждой.

Сухонькая ладонь легко опустилась на плечо и Лука, обернувшись, улыбнулся мастеру. Старик покряхтел и, сверкнув фиалковыми глазами, ясными, словно у младенца, спросил:

– Уходишь?

Несколько смущенно улыбнувшись, Лука кивнул:

– Да, мастер.

Покивав лысой головой, дед ответил:

– В добрый путь, странник.

Редж, расчувствовавшись, сглотнул

ком в горле и прикрыл глаза, дабы старик не увидел в них застывшие слезы. Слегка подрагивающим голосом он сказал:

– Мастер...

Закончить ему не удалось, потому как мастер наградил ученика пинком, благодаря которому Лука преодолел три ступеньки, отделяющие его от земли, в одно мгновение. А вредный старикан, потрясая кулаком в воздухе, проскрипел:

– Нечего мне тут сопли разводить!

Обиженно нахмурив брови, Редж посмотрел на рогатого старикана и в следующий же момент звонко рассмеялся. Как только смех прекратился, Лука, изменив положение тела, встал на колени и, упершись лбом в землю, торжественно произнес:

– Благодарю за заботу обо мне, мастер!

Постояв так еще какое-то время, молодой маг выпрямился и, бросив последний взгляд на монастырь, зашагал в сторону дороги. В глубине души он испытывал к склочному старику самые светлые чувства, на какие только был способен. И дело тут не в том, что дедок, не смотря на преклонные лета, был значительно сильнее самого Луки. Скорее уж, уважение и искреннюю любовь дед заслужил благодаря своему тяжелому характеру, за которым скрывалось желание научить Луку большему.

Лука Редж вырос в сиротском доме, расположенном на окраине Сейна, там его и нашел Дэмиен де Мор. Уж и не известно, что увидел в грязном мальчишке начальник тайной службы, но уже на следующий день Редж оказался в Черном Замке, где начал обучение искусству магии.

Империя Ардейл. Сейн. Черный Замок. Примерно семьсот пятьдесят лет назад.

Лука Редж - молодой маг при дворе Его Императорского Величества, стоял в кабинете начальника тайной службы шпионажа, низко склонив черноволосую голову и спрятав руки в широких рукавах темно-серой мантии. Дэмиен, нахмурившись просматривал какие-то бумаги, попутно беседуя с учеником. Замолчав, де Мор посмотрел на застывшего перед ним юношу и, незаметно улыбнувшись, покачал головой.

Лука Редж - полукровка, бывший воспитанник сиротского дома, оказался значительно лучшим учеником, чем де Мор предположил изначально. Достижения никому неизвестного мальчишки, заставляли восхищенно удивляться, тщетно спрашивая себя:"А как такое вообще возможно?". Дэмиен, взявший Луку на обучение из-за минутной прихоти, в который раз возблагодарил Богов за некогда принятое решение. К слову сказать, магический потенциал Реджа не поддавался измерению. Да что там... Дэмиен, при первой встрече, вообще не увидел в мальчике каких-либо способностей - обычный ребенок, с какой стороны на него ни посмотри. Только вот взгляд черных глаз, с которыми Дэмиен встретился на один миг, практически перевернул мир вверх ногами.

В тот день де Мор посетил одного из своих осведомителей, чтобы получить необходимую ему информацию. Дабы соблюсти инкогнито, Лира своего Дэмиен оставил в нескольких кварталах, до места назначения добрался пешком и полностью скрыв лицо под капюшоном грязно-коричневого плаща. Когда Дэмиен вернулся за Лиром, глазам его предстала удивительная картина - Лир, могучий боевой зверь, не подпускающий к себе никого, без разрешения хозяина, лежал на земле, подставив брюхо солнцу. Рядом с ним скакал маленький оборванец, что-то вещая звонким голосом.