Чтение онлайн

Алессио проштамповал карточку, попрощался с вахтершей и, чтобы сократить путь к парковке, перемахнул через шлагбаум на въезде для грузовиков.

Он шел к своей машине и не замечал, что за ним идут. Заводской гул заглушал все звуки и уж тем более легкие шаги девушки на тонких каблучках.

Открыв дверцу своего отполированного до блеска «гольфа», Алессио закинул назад спортивную сумку.

— Пока, говнюк! — прокричали ему от соседней машины.

Ключи от «фольксвагена» завалились под сиденье, и ему пришлось

нагнуться, чтобы отыскать их.

— Чего раком стал, педик, что ли? — ржали над ним приятели, и вдруг кто-то тихо сказал:

— Привет…

Алессио поднял глаза и разглядел еечерез ветровое стекло. Одетая в строгий костюм, Элена сдержанно улыбалась.

Он почему-то сразу подумал, что на такой жуткой жаре в костюме ей несладко.

Потом выпрямился.

Потом почувствовал, что у него дрожат колени.

— Уделишь мне пять минут?

Он взглянул на нее с подозрением. Вообще-то они и раньше встречались на парковке, но она никогда не здоровалась. Как и он…

На ее лбу проступили капельки пота, тональный крем слегка потек у носа и рта. Но она была так же красива, даже еще красивее, чем раньше.

— Ты собираешься домой? У тебя дела? — Элена не дождалась, пока он ответит, и добавила: — Мне нужно поговорить с тобой, Але, это срочно.

Але. Как же приятно было снова услышать от нее свое имя в сокращенной версии, сказанное с нежностью.

— Ну, говори же.

— Может, отойдем?…

Они укрылись в узкой полоске тени у забора, на котором огромными буквами было написано: «АО „Луккини“». Элена с явным облегчением расстегнула пиджак, под которым оказалась полупрозрачная блузка. Сквозь ткань проступало кружево бюстгальтера, очерчивая знакомые формы. Алессио отвел взгляд.

— Речь идет об увольнениях, Але. Триста пятьдесят человек, которых мы были вынуждены отправить на интеграционное пособие, не будут приняты обратно. Кроме того, нам нужно уволить еще сотню человек… Русские, выкупившие акции, ставят нам очень жесткие условия. Они намереваются диверсифицировать продукцию, переместить часть производства на Восток, и значительную часть, надо сказать… Увы, мы не можем этому воспрепятствовать.

Говорить с ней о производстве и увольнениях было для него чем-то совершенно новым, и он был сильно удручен таким началом.

— Италия — дорогая страна. Ты и сам знаешь: стоимость оплаты труда, стоимость сырья и доставки…

— Ладно, ладно, — прервал ее Алессио, — а мне-то что?

Элена изменилась в лице.

— Тебя это касается в первую очередь! — строго сказала она и стала похожа на училку. — Если хочешь знать, я нарушила свой профессиональный долг, решив поговорить с тобой.

— Премного благодарен! — Он шутовски поклонился. — Профессиональный долг — это вам не хрен собачий!

Но Элена

даже не улыбнулась.

— Алессио, — сказала она еще строже. — Сейчас речь идет о твоем будущем — не о моем, а исключительно о твоем. Мне надо знать, намерен ли ты оставаться с нами, в нашей компании…

«Прямо-таки в ихкомпании», — подумал Алессио.

— Иначе говоря… Собираешься ли ты работать на «Луккини» до пенсии или хочешь найти место получше?

— А почему ты спрашиваешь?

— Потому что это важно. Потому что язанимаюсь кадрами, и от меня зависит, где ты окажешься. Это в моей компетенции — перенести твою фамилию из одного списка в другой. Are you understand me?

Черт, она еще и острит. Вот это начальница, парни! В ее компетенции… Да лучше бы она вышла замуж за того упыря из «Юникредита»!

— Ты думаешь, найдутся желающие по собственной воле из этой сказки смыться? — горько усмехнулся Алессио. — Ты-то, я вижу, неплохо устроилась в вашем paradise.

Элена проглотила обиду и продолжила:

— Твое имя стоит в списке на интеграционное пособие. Я хочу помочь тебе.

Интеграционное пособие…

— Давай начистоту, Элена. Я в одолжении не нуждаюсь.

Она нахмурилась:

— Ты обиделся? Если да, я прошу прощения. Я не хотела…

— Ну и что? Вместо меня ты впишешь другого придурка, только потому, что не знаешь его? А у него, может быть, дети есть!

Было ясно, что Алессио вне себя, и она не знала, как продолжить разговор.

— Я слышала про твоего отца, — вдруг вырвалось у нее. — Я в курсе, что ты теперь содержишь всю семью, и я подумала…

— Ах, ты подумала… Какого хрена ты там подумала? — взревел Алессио. — Не о чем думать, ясно тебе? Что ты вообще о себе возомнила, дура? Мой отец! — орал он как помешанный. — При чем тут мой отец? При чем?! Сука!

Элена прикрыла глаза. Как я могла сказать такое…

— Ты не понял, Алессио… — промямлила она. — Извини.

Лицо Алессио пылало, еще немного, и он бросится крушить все вокруг — да пусть увольняют!

Элена взяла его за обе руки сразу, как всегда делала прежде.

— Отвали, — огрызнулся он, пытаясь освободиться.

— Прости, Але… Я хотела лишь помочь тебе.

— На хрен мне твоя помощь сдалась! — выкрикнул он и развернулся, чтобы уйти.

Элена схватила его за локоть и сильно сжала пальцы.

— У тебя на этой должности крыша совсем съехала, — буркнул он, но все же остался стоять на месте.

— Але… — Элена прижалась к нему всем телом. Спиной он чувствовал ее щеки, грудь, живот. Оба застыли.