Стальное лето
Шрифт:
— Сволочь он, — сказал вдруг Кристиано. — Попомни мое слово, Алессио, зуб даю, он специально прикидывается полоумным, чтобы пособие от «Луккини» получать.
Каждый год с наступлением весны молодежь Пьомбино тусовалась в центре города. Старшеклассники в серебристых «Найках» и рваных на заднице джинсах прогуливались от площади Бовио к площади Грамши, показывая себя и поглядывая на других. Напротив игрового клуба «Эксельсиор» собирались девчонки, одетые, как Бритни Спирс и вызывающе накрашенные. На своих ровесников они смотрели как
«мужское внимание» для них оборачивалось жвачками, прилепленными к волосам.
Лиза сочувствовала этим несчастным, ведь она и сама была такой. Она гордилась дружбой с Франческой, но одновременно и тяготилась ею. Это было тяжело — ощущать себя уродливым дополнением, антиподом красивой девушки. Она не могла понять, зачем каждую субботу подвергает себя этой пытке — прогулке с длинноногой блондинкой.
Дались ей эти прогулки…
Франческа не пропускала ни одной витрины: «Риплей», «Ринашенте», «Бенеттон» и что уж совсем непонятно — магазин «Красный свет», где продавали одежду для пожилых. Ко всему прочему, Лиза чувствовала себя виноватой перед Донатой, которую она оставляла дома одну.
— Шевелись! — раздраженно крикнул Маттиа.
— Сейчас, сейчас…
Анна сидела на блестящем скутере «Хонда-125» посреди «Фантомов», «Тайфунов» и «Чао», брошенных прямо на тротуаре, и пыталась подвести глаза, глядя в зеркальце заднего вида.
— Точь-в-точь Мойра Орфей. Хоть сейчас в цирк! — заявил Маттиа, когда она подняла голову.
— Да пошел ты!
Анна принялась перетряхивать сумку в поисках помады.
— Ты для кого так стараешься? Парень-то твой — я!
Анна фыркнула, продолжая искать помаду.
— Лосьон тоже взяла? — вне себя заорал Маттиа.
— А как без него снять макияж? Вдруг отец меня в таком виде застукает. Знаешь, что будет?
— Ремнем поперек спины перетянет, — заржал Маттиа, но потом уже серьезно спросил: — А что, он снова появился?
— Кто? Папахен? — Анна наконец нашла тюбик и аккуратно накрасила губы. — Он звонил на прошлой неделе, обещал вернуться. Мать говорит, что он сидит сейчас в Санто-Доминго на Гаити и кайфует себе между пальм…
Маттиа внимательно слушал.
— Да я его знаю, — продолжала Анна, — этот олух способен в любой момент заявиться! Он приедет, начнет пороть всякую хрень, притащит пирожные, конфеты… а как только увидит, что я накрашена, треснет меня по башке табуреткой.
— Ладно, давай уже, твой братан нас ждет.
— Сейчас, погоди. — Анна закрыла сумку, заблокировала руль и спрыгнула со скутера. — Лучше бы прогулялись, чем в баре торчать!
Ей совсем не хотелось сидеть в «Национале», вдыхать табачный дым и слушать глупые разговоры. Она мечтала об одном — случайно встретить на улице Франческу, но никому бы в этом не призналась, даже себе.
Когда девушки подошли к «Кальцедонии», Франческа снова остановилась. Именно в этот миг Маттиа и Анна пересекали дорогу.
— Ё-моё, какая телка! — произнес какой-то тип, сидевший в «Айс Пэлэсе», уличном кафе, примыкающем к магазину. — Малышка, не хочешь выпить с нами?
Франческа даже не посмотрела в его сторону.
— Пойдем, — повелительно сказала она Лизе и пошла вперед походкой манекенщицы.
— Что так пыжишься, смотри не лопни… — раздалось им вслед.
Прошлой весной субботними вечерами они гуляли здесь с Анной… Шли, прижавшись друг к другу, засунув руки в карманы джинсов. Первым делом они наведывались в табачную лавку за жвачкой, потом покупали фруктовый чай и лепешку с ветчиной за тысячу лир и наконец бежали в магазин «Гардения» воровать губную помаду.
Когда они с Анной потягивали ароматный чай из трубочек, Франческа была счастливее всех на свете. И ей плевать было на глупые реплики типа «Классно вы из трубок сосете!».
Теперь же ее все раздражало. И она злилась на Анну. Эта сучка не только не вспомнила про ее день рождения, но и с Рождеством не поздравила… А ведь наверняка знает, что с ее папашей произошло. При мысли об отце Франческу передернуло. Корми теперь этого бабуина с ложечки, что б он сдох…
Анна сидела в «Национале» и была вынуждена терпеть компанию своего братца и этого идиота Кристиано. Козлы… обсуждают одно и то же — ворованную медь и кокаин. Ей очень хотелось повернуть время вспять и оказаться вместе с Франческой перед стендом «Л’Ореаль» в «Гардении». Они разыгрывали целый спектакль, чтобы своровать тушь или подводку для глаз. «Попробуй эту, Франческа. О, тебе так идет!» — «Нет, Анна, это не то, что мне нужно!» Косметика незаметно перекочевывала в их карман, и они убегали.
Анна снова и снова вспоминала те счастливые дни. Если бы она сейчас встретила Франческу, первым делом предложила бы ей что-нибудь украсть. Та бы согласилась, и они отправились бы в парфюмерный отдел супермаркета «Кооп»… Вместе навсегда, как будто ничего и не было.Нет, это невозможно, нельзя повернуть время вспять. Но если разобраться, в чем же она виновата?
Она рассматривала толпу, гуляющую по площади, затем перевела взгляд на Маттиа, который, сделав две затяжки, передал косяк хихикающему Кристиано. Тоска зеленая…
Было гораздо лучше, когда они дружили с Франческой…Анна упорно не хотела признавать это.
Из колонок неслась песня Ренато Дзеро:
Мы с тобой с чужой планеты. Чтобы в этот мир попасть, Надо дверцу отыскать. Но все хотят всего и сразу…«Это точно», — подумала Анна.
Припев « Но мы не будем такими, как все» опять навел ее на мысли о Франческе.
— Ну, народ, меня и торкнуло! — пробормотал Кристиано, которому после любой дури всегда хотелось есть.