Чтение онлайн

…Не очень представляли себе члены маленького отряда, что можно найти среди бетонных коробок, словно специально заваленных всяким мусором и заросших вездесущим плющом, – тем более что для обстоятельных поисков времени не было. Они и не нашли ничего, хоть и очень старались, что, впрочем, и неудивительно. Зданий было много, а народу – кот наплакал.

…Они появились из-за развалин все разом. Только что все тихо было – и вдруг из-за каждой кучи слежавшегося бетона, поросшего травой и кустами, вышло по боевой машине. Наверно, на психологический эффект рассчитывали. Шесть «Рексов», бронированных тираннозавров, вычищенных, вылизанных, словно только с конвейера. Восемь

«Рапторов», юрких тварей, которые хоть ростом и пониже «Рексов», но не менее опасны за счет своей подвижности. Прячась за боевыми машинами, следом шла пехота – закованные в броню собакоголовые.

Пройти до бараков им оставалось немного, от силы полторы сотни метров открытого пространства, когда-то давно пересеченного многочисленными рельсами оживленной железной дороги. Жутковатая картина, когда на тебя одного цепью наступает эдакая силища, против которой твой автомат оружие, мягко говоря, несерьезное. Но на этот раз страха не было. Была лишь злость на себя, тогдашнего, скорчившегося за бруствером под шквальным огнем. А еще была ненависть и жажда отомстить за дружинника Данилу, навсегда оставшегося возле того бруствера.

Как подать сигнал, о котором говорил Снайпер, Артем размышлял недолго. Пользоваться автоматом его отец в свое время хорошо научил, поэтому парень поставил переводчик огня на одиночные, передернул затвор, прицелился получше – и плавно нажал на спуск, метя в голову самого крупного собакоголового.

Приклад толкнул в плечо, автомат слегка подбросило, но Артем успел заметить, куда попала пуля. Неважный выстрел, мягко говоря, – лишь касательным чиркнуло по черному забралу из бронестекла, прикрывавшего морду мутанта. Такой шлем только прямым попаданием и пробьешь. Жаль, не было времени пристрелять оружие, но главное достигнуто. Сигнал подан, и вот уже сзади стучат ботинки товарищей, занимающих свои места возле окон внутри здания.

Артем успел выстрелить второй раз и даже заметить, как на этот раз бронестекло шлема разлетелось вдребезги. А вот рассмотреть, упал мутант или нет, не получилось.

На здание обрушился шквал огня, и парню пришлось шлепнуться на брюхо. Геройство дело, конечно, нужное, но подставляться под пули лишний раз есть не подвиг, а глупость несусветная.

Но и на этот раз мандража не было – тем более что Артем заметил боковым зрением: Снайпер, его подруга, Ион и Шерстяной сделали то же самое. Даже Колян с любопытным транспортником пригнулись. Видеокамеры-то не казенные, а удастся ли другие у какого-нибудь робота из башки выковырять – еще большой вопрос.

– Зря они так развлекаются, очередями да одновременно, – расслышал Артем слова Снайпера, когда стрельба вдруг резко потеряла интенсивность.

«Автоматы перезаряжают», – понял парень, резко вскидываясь в положение стрельбы с колена.

Так и есть. Собакоголовые меняют магазины, а бронетехника не спеша трюхает к бараку, в котором укрылся отряд. Типа, куда ж они денутся, родимые, теперь-то?

– По роботам не стрелять, – крикнул Снайпер. – Бей пехоту!

А сам, между прочим, из своей винтовки стрельнул именно в робота. Хотя ему можно. У него она теми же патронами стреляет, что и пулемет Данилы. И если из такого оружия, да с пятидесяти метров роботу в глаз попасть, тому точно не поздоровится. Не только видеокамеру расколотит пуля со стальным сердечником, но и мозг прошьет насквозь, после чего, отскочив от внутренней части стального затылка, неслабо покувыркается внутри черепной коробки, превращая извилины в кашу.

Самый шустрый «Раптор», бегущий впереди всех, внезапно споткнулся, упал на бок и неистово забил

бронированным хвостом, легко сминая им старые, насквозь проржавевшие рельсы. Роботы, идущие следом, невольно притормозили, сбив строй. Пехоте тоже пришлось остановиться, чтобы не попасть под лапы боевых машин, нерешительно переминающихся на месте.

Теперь настала очередь обороняющихся открыть огонь.

Собакоголовым пришлось несладко. На открытой местности не укрыться, не спрятаться, а с такого расстояния стрелять по ростовым фигурам – одно сплошное удовольствие. Пока мутанты меняли магазины, а роботы обходили подбитого «Раптора», маленький отряд успел отстреляться на славу.

На земле осталось лежать девять собакоголовых, и еще один «Раптор» с пулей в глазнице как сел с размаху на пятую точку, так и остался торчать среди ржавых рельсов эдаким гротескным памятником давно прошедшей войны.

Но силы были слишком неравны.

Страшный удар обрушился на крышу барака – это «Рекс» с разбегу долбанул по ней бронированной мордой. Правда, толку от этого было немного. Крыша здания, рассчитанная на гораздо более серьезные нагрузки, лишь глухо загудела. «Рекс» же от неожиданности попятился, тряся мордой, на которой заметно разошлись бронепластины.

– Хорошо, что у них пушки нерабочие, – сквозь грохот проорал Шерстяной. – А то бы они нас тут на раз-два-три в фарш перемолотили…

– Отходим! – крикнул Снайпер.

«Вовремя», – мысленно отметил Артем.

За тушами роботов, безуспешно пытающихся разломать барак, виднелись приближающиеся черные силуэты. Еще немного – и через дверные и оконные проемы внутрь здания хлынет черная масса бронированных автоматчиков, с которыми махаться врукопашную дело гиблое и безнадежное.

Отряд отошел слаженно и быстро, благо возле окон возникла небольшая куча-мала. Роботы, обманутые кажущейся хлипкостью здания, безуспешно пытались его развалить, а собакоголовые, не желая попасть под многотонные лапы боевых машин, не спешили штурмовать барак. И стрелять по окнам и дверям им было несподручно – того и гляди или роботу сустав пулей повредишь, или сам рикошет в шлем схлопочешь.

«В общем, повезло в очередной раз, – подумал Артем. – И, скорее всего, в последний».

Потому что дальше отступать было некуда. Впереди был уже виден последний барак «секретной базы», за которым раскинулась широкая поляна, сплошь заросшая хищным огненным мхом. Артем прекрасно знал – пройти такой участок можно лишь одним способом: на ходулях. Иначе на своих двоих сделаешь от силы пару шагов, а дальше растение непременно среагирует на органику. Десяток растительных ложноножек мгновенно выпрастается из огненно-красного ковра, оплетет ноги, повалит… и менее чем через четверть часа от человеческого тела ничего не останется – сок, выделяемый огненным мхом, растворит и плоть, и кости без остатка. Конечно, можно выжечь тропу, бросая на красный живой ковер горящие ветки, но это дело долгое… А времени у беглецов осталось всего ничего.

– Занимаем крайний барак, – скомандовал Снайпер, мгновенно оценив обстановку. – Он с виду самый крепкий. И пусть попробуют выковырять нас из этой консервы.

Артем прекрасно понимал: сталкер говорил уверенно и решительно лишь для того, чтобы приподнять боевой дух членов отряда. В последнем бою крайне важно умереть достойно. Даже отец верил в то, что загробная жизнь в Краю Вечной Войны существует лишь для настоящих воинов. Души остальных обречены гнить вечно в выжженной земле, прорастая вонючими корнями плотоядных деревьев и впитывая в себя отходы жизнедеятельности мутантов, бродящих по разрушенному городу.