Чтение онлайн

Смахиваю поцелуем единственную слезинку, которая скатывается по ее щеке.

— Я люблю тебя, Шайен. И буду продолжать любить, пока мы оба не покинем эту землю. Тебя и детей, которых ты нам подаришь.

— Я тоже… — она шмыгает носом, — люблю… — еще один всхлип, — тебя.

Лукас

Я прихожу в себя, уткнувшись лицом в шею Шайен. Вдыхаю ее и начинаю

улыбаться, когда слышу не очень тихий звук ее плача.

Большое спасибо, Гейдж. Всегда сваливаешь, когда что-то становится липким.

— Детка… — я обнимаю ее и прижимаю к груди. — Ш-ш-ш… все в порядке. — Я пытаюсь успокоить ее своими прикосновениями, но поскольку мы оба обнажены, мои руки живут отдельной жизнью.

Я обхватываю ее зад, и она придвигается ближе, ее нога оседлала мои бедра, а твердый живот упирается в мое бедро.

— Я в порядке. Просто…

— Гейдж снова стал милым.

Еще один громкий всхлип, а затем горячие слезы скатываются по моему горлу.

— Да! Мне больше нравилось, когда я не могла плакать!

Смех грохочет в моей груди.

— А мне — нет.

Она отстраняется, ее опухшие глаза встречаются с моими.

— Нет?

— Нет. — Я провожу большим пальцем по ее полной нижней губе.

— Но… я в полном беспорядке!

Запустив пальцы в ее волосы, я притягиваю ее к себе таким образом, что губы Шайен находятся всего в одном вздохе от моих.

— Да, но мне нравится приводить тебя в порядок.

Наши губы сливаются в чувственном прикосновении. Она выдыхает мне в лицо:

— Ты слишком добр ко мне.

Я перекатываю ее на спину, стараясь сдвинуть нижнюю часть тела в сторону, чтобы не придавить ее живот.

— Ты всегда так говоришь.

Ее язык скользит в мой рот, и это совсем как тот первый поцелуй. Мой желудок подскакивает к груди, а бабочки взрываются за ребрами, потому что найти Шайен — все равно, что открыть дверь в другую жизнь. Мы находим признание не только в ее любви и преданности нам, но и в ее семье. В этом городе. Она дает нам больше, чем мы когда-либо мечтаем, и неважно, насколько недостойной благодарности она себя чувствует, Шайен должна знать, что мы благодарны.

Ее бедра упираются в меня, и я отрываю свой рот от ее. Изголодавшись по ее вкусу, соскальзываю вниз, посасываю ее набухший

сосок и обвожу его языком. Ее спина выгибается над кроватью, и звук криков эхом отражается от А-образных стен нашей недавно пристроенной спальни на мансарде.

Я двигаюсь дальше вниз по ее телу, осыпая поцелуями, пока не оказываюсь у нее между ног. Ее руки сжимают одеяло по бокам, а колени широко раздвигаются в приглашении. Замираю на секунду, чтобы оценить ее форму, ее тело, распростертое для меня.

Провожу твердой рукой по внутренней стороне бедра, прижимая его к кровати, чтобы еще больше раскрыть ее.

— Ты такая красивая. — Скользя языком по ее бедру, я, не колеблясь, погружаю его глубоко в нее. Ее вкус заполняет мой рот, и я рычу.

Теряюсь в каждом звуке, срывающимся с ее губ, в каждом стоне, от которого вибрирует все ее тело, и в каждом уколе боли от ногтей. Все это выстреливает прямо в мой стояк с голодом, который я отказываюсь игнорировать.

Она хнычет, когда я отстраняюсь и падаю рядом с ней.

— Иди сюда. — Я протягиваю руку и подхватываю ее, чтобы направить на себя.

В ту секунду, когда ее ноги широко раздвигаются на моих бедрах, я почти теряю разум от влажного тепла, которое поглощает меня. Она хватает меня и направляет к себе, затем медленно опускается, пока мы полностью не соединяемся.

— Я так сильно тебя люблю, Лукас.

Картинка ее движений надо мной взывает ко мне на первобытном уровне, и внезапное желание, чтобы мой язык заполнил ее рот, настигает меня.

Я обхватываю ее за шею и приближаю ее губы к своим.

— Ты владеешь мной, Шай. Возьми то, что принадлежит тебе. Все хорошее, что есть во мне, это все для тебя.

— Если это правда… — ее лоб прижимается к моему с долгим стоном. — Дай мне и плохое тоже. Хочу все это.

Я тяжело дышу, сдерживая оргазм, который вот-вот пронесется по моему телу, но улыбаюсь.

— Жадная.

— Из-за тебя? Всегда.

Мы падаем с края одновременно, в свободном падении, и наши сердца бьются в унисон.

То, что у нас есть, не является обычным, это нельзя назвать идеальным, но оно идеально для нас.

Потому что любовь никогда не делает различий.

Даже если ты сплит.