Чтение онлайн

– Нет. Подтягивания, отжимания, брусья. Плаваю много, по роду нынешней деятельности, – отозвался молодой человек. – Природа благоволила мне, я – ярко выраженный мезоморф, так что в тренажёрном зале даже нет нужды.

– О, природа во всём одарила вас крайне щедро! – живо воскликнул Аристарх Иванович. – У вас хорошие зубы, превосходная, практически без родинок, кожа – это говорит о породе. Я знаю вас менее двух часов, но уже вижу, вы умны, образованны, эрудированны. К тому же – знаете ли вы это? – вы подходите под все критерии «истинного арийца».

–

Спасибо, конечно, – Ярополк вдруг насторожился. – А вы, собственно, с какой стати начали петь мне дифирамбы, позвольте полюбопытствовать?..

– Позволю. И поясню, – задумчиво произнёс Аристарх Иванович. – Дело в том, что у меня к вам весьма и весьма необычное предложение, Ярик… Я хотел бы, чтобы вы дефлорировали мою дочь.

– Фу, папа, – в первый раз за всё время беседы подала голос девушка и глотнула ежевичного сока. – Нельзя было как-то потактичнее?

– Да куда уж тактичнее, Аглая Аристарховна!

– Однако ж!.. – проговорил Ярополк, ошеломлённо покачав головой.

– Так вы согласны?

– Нет.

– То есть как «нет»?.. – опешил Аристарх Иванович.

– Вот так. Я не могу на такое пойти. У меня есть принципы.

– Это прекрасно, что вы столь принципиальны. Только какие же в данном случае могут быть принципы?.. Вы, что ли, женаты?

– Нет.

– Тогда что же? Вы готовы невесть ради чего отказаться от юного девственного тела? Всякий мужчина мечтает о подобном! Или, может быть, моя дочь вам совсем не нравится?

– Дело не в этом. Во-первых, я занимаюсь с женщиной сексом только в том случае, если испытываю к ней чувства. Во-вторых, это большая ответственность. В-третьих, у меня никогда не было девственницы. В-четвёртых, это попахивает уголовным преследованием… сколько вам лет, мадмуазель?

– Ей ***, – ответствовал отец.

– Вообще-то, *** с половиной, – поправила его Аглая.

– Слушайте, я прошу вас об одолжении, какие тут могут быть уголовные последствия? Об этом кроме нас троих никто не узнает, – поспешно заговорил Аристарх Иванович, кинув на дочь гневный взгляд. – Одумайтесь! Вы – идеальный дефлоратор. Такой материал пропадает!

– Спасибо за угощение и за столь заманчивое предложение, – Ярополк поднялся со стула. – Признаюсь, я польщён. Всего доброго.

– Подождите, пожалуйста, – устало молвил Аристарх Иванович. – М-да, никак я не ожидал от вас такой реакции. Но что ж, подобное поведение лишь удваивает вашу ценность, подтверждая ваши высокие моральные качества – в коих, собственно, я и не сомневался. – Он осушил бокал, налил ещё портвейна. – Может быть, это не заметно, но я богатый, весьма богатый человек и готов щедро заплатить за данную процедуру.

Ярополк смерил седобородого эксцентрика долгим внимательным взглядом своих умных серо-голубых глаз:

– Я похож на проститута?

– Вы похожи на исключительного дефлоратора, мой друг. Если вы не желаете сделать мне и моей дочери, и всему моему потомству… одолжение, то воспримите это как работу. Что такое работа? Вы выполняете некие возложенные на вас обязанности и получаете за это денежное вознаграждение.

То же самое предлагаю вам я.

– Это разные вещи.

– В чём же отличие?

Молодой человек задумался. Пристально посмотрел на Аглаю: длинные вьющиеся тёмно-русые волосы, правильные черты лица; поразительно похожа на родителя. Из макияжа – накрашены только губы. В целом м и л а ш к а, но на его вкус слишком обыкновенна, никакой изюминки.

– А вы-то, барышня-весталка, согласны на всё это? – спросил он.

– Согласна. Вы мне очень понравились, – девушка потупила взор и зарделась. – И я… разделяю взгляды папы на… дефлорацию.

– Однако ж, донельзя странная ситуация, – растерянно проговорил Ярополк. – И сколько вы готовы мне заплатить за данную… услугу?

– Скажем, десять тысяч евро. Половину я могу перевести вам прямо сейчас. У вас ведь есть счёт в банке? – сказал Аристарх Иванович. – И да, еще одна просьба. Вы всенепременно должны эякулировать в Аглаю. Это обязательное условие.

Ярополк усердно запыхтел сигарой; та сильно нагрелась. Он крайне нуждался в деньгах. Дома, в Москве, годовой долг за квартиру. Просроченный кредит. Отсутствие постоянной работы.

– Хорошо. Я согласен. Никаких авансов не надо, всё потом.

Они поднялись в двухкомнатный суперлюкс с балконом. Просторнейшее помещение, окно во всю стену с видом на море. Кровать кинг-сайз с чрезвычайно высокой массивной деревянной спинкой.

– В верхнем ящике тумбочки лубрикант. На случай, если что-то пойдёт не так, – сказал Аристарх Иванович и вышел в соседнюю комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

Лубрикант не понадобился. Всё прошло безукоризненно – девушка не только лишилась невинности, но и первый раз в жизни испытала оргазм.

Когда Ярополк вышел на улицу из отеля, над морем занимался рассвет. От денег он отказался.

*

Летом 20** года я гостила в Подмосковье у бабки (по материнской линии) на козлиной ферме, где каждый божий день любовалась стоячими козлиными киями (эрегированный половой орган козла действительно сильно напоминает бильярдный кий – и длиной, и обхватом, и формой). Можно было отдаться какому-нибудь бабкиному козлу (мне особенно нравился Володька, самый елдастый), но я брезговала. К тому же мне отнюдь не улыбалось стать матерью-героиней козлиного выводка. Не то чтобы я до конца поверила в теорию телегонии, но подстраховаться стоило.

Мой одушевлённый дефлоратор оказался маленьким и толстеньким, 12х5.5 (здесь и далее: это длина и объём) – реальный такой боровичок с красно-коричневой (правда-правда, это не отсыл к нацистам) шляпкой. Перефразируя Уэльбека: «Как называется мясо вокруг эрегированного фаллоса? Мужик!» Носитель весёлого грибочка (чуть не написала «грибка», прости господи!) был настоящим арийцем: рослый, атлетичный, светловолосый, серо-голубоглазый; лишь один критерий подкачал – он был маловолос телом и борода у него плохо росла (но я уж не стала идеальничать и привередничать). Лицом не молодой Брэд Питт или Микки Рурк средних лет, но около того (от Питта, у него, кстати, что-то было в лице). Черты необычные, не ширпотреб.