Спираль
Шрифт:
– Не получится. Слишком много информации.
– Ну конечно! А что, если у нас с тобой есть... – и он сделал вид, что держит в руке фотоаппарат. – Мы нажимаем на кнопку. Вылетает птичка и приносит нам в клювике фотографию. Одна секунда – и ты имеешь почти исчерпывающее представление о моей библиотеке. Понимаешь, всего лишь один снимок, но он несет в себе огромное количество конкретной информации. И если уж на то пошло, то динамический видеоряд содержит в себе гораздо больше информации, чем обычная фотография. Именно поэтому Садако выбрала для зашифровки своих генов видеокод.
Андо понимал
– Дай мне немножечко подумать, – сказал он и покачал головой. Ему хотелось еще раз прокрутить в голове этот спор и поразмыслить над сказанным Мияштой.
– Разве я против? Думай, пожалуйста. А я пока пойду отолью, – с этими словами толстяк вышел из комнаты, оставив дверь в коридор приоткрытой.
Разумеется, теория Мияшты была всего лишь гипотезой – одной из множества возможных. Но независимо от того, каким именно образом все произошло, факт оставался фактом – через неделю после оплодотворения вирусом Маи Такано родила не кого-нибудь, а Садако Ямамура. Это единственное, в чем Андо теперь не сомневался. Неделя после оплодотворения – неимоверно мало времени. Значит, что-то действовало как катализатор. Что-то должно было ускорить процесс деления клеток.
В ядре каждой клетки находятся нуклеиновые кислоты, и деление происходит только тогда, когда содержание этих кислот превышает некий определенный уровень. И следовательно, для того чтобы ускорить процесс деления клетки, нужно резко увеличить количество нуклеиновых кислот в ядре.
Может быть, RING-вирус каким-нибудь образом спровоцировал дополнительную выработку необходимых кислот, и благодаря этому плод окончательно развился всего лишь за семь дней?
Когда Андо пришел в квартиру Маи в первый раз, ему показалось, что там кто-то есть, хотя он точно знал, что там никого нет. Значит, интуиция его не подвела. Новорожденная Садако пряталась где-то в одном из углов этой маленькой комнатушки. С момента ее рождения прошло всего несколько дней, и она была еще достаточно маленькой для того, чтобы спрятаться в стенном шкафу или в тумбочке под раковиной. Ведь Андо не обыскивал квартиру...
В тот раз Садако была совсем маленькой девочкой, поэтому, увидев Андо в дурацкой позе, лежащего на полу в ванной комнате, она не выдержала и засмеялась. А потом коснулась его ноги чуть повыше носка.
В отсутствие настоящей хозяйки она захватила ее комнату и выросла там, скрытая от чужих глаз. Ей хватило недели, чтобы достичь взрослого возраста. Поэтому, когда Андо опять пришел в квартиру номер 303, из дверей, практически навстречу ему, неожиданно появилась молодая загадочная женщина.
Андо раз за разом прокручивал у себя в голове последовательность событий, чтобы посмотреть, вписывается ли туда гипотеза с появлением Садако на свет в квартире Маи. И каждый раз все больше убеждался, что гипотеза работает. Все сходится. Он, сам того не подозревая, стал главным свидетелем этих невероятных событий.
Ну хорошо, а что было дальше? Если Садако за неделю так повзрослела, то это значит, что такими темпами еще две-три недели, и она бы превратилась в старуху, а через месяц просто бы умерла. Но почему-то этого не произошло. Садако родилась в начале ноября, но и сейчас, через десять
Мияшта вернулся из туалета. Стряхивая воду с мокрых рук, он зашел в комнату и тут же начал говорить:
– Главное, не забывай про вирус оспы.
– Такое разве можно забыть?
Перед самой смертью Садако заразилась от Сиротаро Нагао оспой. И на дне колодца через два с лишним десятка лет произошло окончательное смешение ее генов и вирусных частиц. Смесь настоялась. Обе сущности слились воедино, многократно увеличив свои шансы на повторное возрождение.
– Скажи мне, Дзюнъитиро Асакава серьезно намерен опубликовать RING-файлы?
– Ага. Издательство уже анонсирует его книгу.
– Ладно. Значит, Садако и оспа. Для начала они материализовались вместе в качестве видеозаписи. Теперь они разделились: Садако – сама по себе, вирус – сам по себе.
Андо не возражал. Вирус – это очень странная форма жизни: нечто пограничное между живым и неживым и нечто большее, чем просто информация. Вирус может видоизменяться и мутировать под воздействием внешних факторов. Например, принять форму видеокассеты, а потом превратиться в книгу...
– Так вот, значит, почему Казуюки Асакава настолько пережил свой срок...
Теперь все встало на свои места.
Два выхода: один для Садако, второй для RING-файлов. Именно поэтому Маи и Асакава избежали закупорки коронарной артерии. Пока они вынашивали каждый свое «детище», их жизнь была в безопасности. В теле Маи вирус атаковал яйцеклетку, в теле Асакавы – мозг. А значит, RING-файлы были написаны вовсе не Асакавой. Его лишь использовали как приспособление для письма. ДНК Садако Ямамура проникло в его мозг, и он подчинился ее воле. Именно поэтому отчет написан так правдоподобно и детально, что при его прочтении возникает ощущение, что ты смотришь фильм.
И только описание Садако, главной героини, не соответствовало действительности. По логике вещей человек, который держит камеру, – это именно тот, кто не попадает в кадр.
Андо и Мияшта молчали, пытаясь представить все последствия того, что сейчас происходит.
Что же будет с человечеством? Какую судьбу уготовили ему Садако и RING-вирус? В завтрашних анализах крови не было больше никакой нужды. Надо было срочно что-то предпринять, чтобы предотвратить эту публикацию. Дзюнъитиро даже не подозревал, какая опасность заключена в этой книге, на титульном листе которой он поставил свое имя.
Прежде всего надо убедить старшего брата Асакавы отказаться от публикации. Именно с него они начнут контратаку... А если он не поверит? Если не станет слушать их объяснения?
Мияшта хлопнул себя по коленке и встал.
– Давай, пошли. Нечего тут рассиживаться, – сказал он.
– Куда пошли-то?
– Как куда? К тебе домой.
– Я же тебе сказал – там Садако.
– Ну вот и замечательно. Мы идем выяснять с ней отношения.
– Стоп-стоп-стоп. Это еще зачем? – Андо с ужасом представил себе сцену «выяснения отношений». Он пришел сюда, чтобы спастись от Садако, и вовсе не собирался возвращаться к себе.