Чтение онлайн

— В этом есть смысл, — все было в прошлом. Это было важнее всего. — Я бы предпочла, чтобы ты не рассказывал ей, что произошло между нами или о моих отношениях.

— Ты сказала, что все кончено между тобой и Спинелли.

— И? У нее слишком большой рот, и каждая мысль, которая появляется у нее, отражается на ее лице.

Он вздохнул.

— Да, я знаю. Если честно, у нас нет постельных разговоров, потому что нет постели. У меня сейчас нет времени на это. Ты видела последний опрос?

— Слышала об этом.

— Это отчасти Клариса, —

сказал он. — Она хорошо знает свою работу. Но это также принятые меры против преступности. Предупреждение, чтобы никто не заигрывался. Это факт.

— Я должна была отговорить тебя от этого.

— Да, ну, у тебя есть такая возможность.

Я не осознавала, что все еще была привязана к своей работе на его кампанию, до этой скрытой угрозы.

— Ой, Дэн.

— Я сожалею. Я пришел сюда не для того, чтобы создавать тебе трудности.

— Ох, хорошо.

Он подался вперед, выдерживая деловую осанку. Я увидела, что его ногти были аккуратно подстрижены, волосы не топорщились, а руки не были заняты прежней плохой привычкой дергаться.

— Ты оставила некоторые заметки после Билла и Филлис, — сказал он. — У тебя было много вопросов о зданиях на Горе Вашингтон. Они привлекли мое внимание пару дней назад.

Я вспомнила, как усмирять свои эмоции и как управлять выражением лица.

— Я так ничего и не нашла. Вот почему я не принесла документы.

— Я знаю. Но некоторым имуществом управляла юридическая фирма с одним клиентом, которой был убит нынешним владельцем, — сказал он.

— Ты упустил часть про убийство.

— Я собираюсь позволить судье решать. В то же время, я получу ордер. Я хотел, чтобы ты узнала об этом раньше. Если ты оставила тюбик помады там или тампон или что-то еще, то тебе лучше забрать это.

Я рассмеялась, давая ему понять, что я думаю о его предупреждении.

— Что? — спросил он.

— Ты защищаешь меня?

— Да.

— Они не забудут тот католический благотворительный вечер. Пресса может посмаковать его как интересное опубликованное фото ни о чем, но если обнаружат мои личные вещи, то сразу же возникнет связь. Как это будет выглядеть со стороны, что почти месяц у тебя на руках была информация, а ты ждал, пока не начнется война? Это будет выглядеть так, что ты придержал ее, потому что я имела к этому непосредственное отношение.

Он стиснул зубы, раньше я никогда не видела у него такого выражения лица. В нем не было ни сострадания, ни милосердия. Это был взгляд, запугивающий свидетелей.

— Я хочу внести ясность, поэтому скажу это единажды. Это последний раз, когда я говорю тебе, как не чужой для тебя человек. Это моя последняя уступка. Если мне нужно будет вызвать тебя в суд, я сделаю это. Если там остался след твоего ДНК, убери его, потому что как только я выйду отсюда, я, не колеблясь, потащу тебя вниз вместе с ним.

Я встала и протянула руку.

— Спасибо вам за вашу предупредительность, мистер Брауэр.

Вместо того, чтобы пожать мне руку, он

взял мое лицо и поцеловал в правую щеку, затем в левую. Хотя Даниэль был таким же американцем, как и яблочный пирог, это походило на окончательное «прощай».

У меня были часы? Дни? Было ли время между сейчас и ордером Дэниэля, измеряемое в минутах? И что я собиралась со всем этим делать?

Я откинула верх на моей помятой машине пока ехала домой, как будто дополнительное потребление выхлопных газов очистило бы мне голову. Но 10-е шоссе в час пик было не лучшим местом, чтобы попытаться собрать мысли воедино.

Антонио бросил меня, совершенно точно, навсегда. Я ничего ему не должна. Если он завтра погрузится в свои черно-белые реалии, то теперь это не будет иметь ко мне отношения. Но его образ в наручниках, стоявший в глазах, заставил меня двинуться в сторону Креншау.

У меня пока еще был его телефон. Я проглотила свою гордость и набрала номер, сердце заколотилось от первого гудка, затем второй, потом последовало голосовое сообщение. Я повесила трубку, не зная игнорировал ли он меня или просто хотел задеть, я не хотела думать об этом.

Я подключила телефон к плееру в машине и начала слушать Пуччини. Могу я позвонить в Ист-Сайд Моторс? Или следует поехать туда? Было примерно пять пятнадцать. На машине можно доехать туда за добрых сорок минут.

Я направилась на восток. Когда я проезжала центр города, то приняла решение.

* * *

Я увидела дым на горизонте, когда направлялась на восток по 10-му шоссе. Лесные пожары были фактически обычной жизнью в Южной Калифорнии, особенно в точках к северу и востоку от Лос-Анджелеса, поэтому я не беспокоилась об этом. Плотный трафик на Фигеруа заставил отклониться в сторону Мармион, и я услышала вой сирен пожарных машин и увидела их мигающие огни впереди, они направлялись не на лесные холмы. Я припарковалась и пошла пешком на юг, и через два квартала на восток дым усилился, стало трудно дышать. Собралась толпа зевак у обочины, и полиции было тяжело удерживать ее в безопасности от их собственного любопытства.

— Там есть подземные бензобаки, — один полицейский сказал парню, который собирался пересечь улицу. — Они рванут, и тебя размажет. Так что отойди назад.

Мужчина отошел, и я тут же шагнула на его место, чтобы увидеть то, что я итак уже знала - Ист-Сайд Моторс был в огне.

Я вернулась к своей машине, примерно зная, где был дом Антонио, но он находился слишком близко к магазину, а пожарные машины уже перекрыли эту часть улицы. Он не мог выйти незамеченным, равно как и я.

Я стала искать в телефоне, в том, который без Пуччини и Верди. Был ли у меня номер Паули? Ло? Будет ли кто-то из них слушать меня или они почувствовали облегчение от того, что я ушла? Мне нужен кто-то, кому я могла бы доверять. Кто-то, кто был достаточно связан с Антонио, чтобы я могла рассчитывать на его верность.