Спекулянтъ
Шрифт:
Рыбные деликатесы в этом столетии были восхитительны.
– Будет сделано, шеф.
После завтрака, Нобель набил трубку ароматным голландским табаком и с наслаждением закурил. Денис ограничился чашечкой кофе. Несколько минут длилось молчание - ждали новостей из Европы. Телефонный звонок резко ударил по нервам.
– Слушаю!
– отрывисто бросил Денис.
Депеши из-за границы должны были поступать по двум адресам: в офис торгового дома и резиденцию Нобелей на Васильевской набережной.
– Денис,
– Ты сможешь сегодня прийти пораньше?
– Что-нибудь случилось?
Вопрос прозвучал хрипло - сказывалось напряженное ожидание.
– Нам приглашения доставили. Дворцовое ведомство открыло каток на Таврических прудах.
– Может завтра?
Из трубки донеслось обиженное сопение:
– Завтра музыки не будет, а сегодня военный оркестр играет. Весь Петербургский свет собирается. Билеты особые - просто так не попадешь.
Последовала непродолжительная пауза, после которой раздался жалобный голосок:
– Ну, по-жа-луй-ста!
Европейские торги заканчивались в шесть часов по местному времени. Если все сложится удачно, то вполне можно и успеть. Отказать Юльке, когда она так просит, было выше его сил.
– Хорошо, маленькая, постараюсь.
– Ура!
– оглушила трубка ультразвуком.
– А коньки я тебе купила. Норвежские. Все - целую!
Звонкий чмок окончательно добил несчастное ухо и связь прервалась. Не успел он повесить трубку, как вновь последовал вызов. Незнакомый мужской голос вежливо попросил:
– Будьте любезны, пригласите к аппарату Эммануила Людвиговича.
Денис молча протянул трубку Нобелю. Разговор длился недолго, но собеседник мрачнел на глазах. Подняв затравленный взгляд, швед глухим осипшим голосом произнес:
– Успели выкупить только бумаги нефтеперерабатывающего завода. На контрольный пакет промыслов средств не хватило - кто-то, практически одновременно с нами, начал крупную покупку. Котировки взлетели слишком рано. Еще час-другой и бумаги закончатся. Мы просто не успеваем перевести деньги маклеру.
– Сколько не хватает?
– жестко спросил Денис.
– Миллион... или полтора, если считать в рублях.
Нобель обреченно махнул рукой и принялся разжигать потухшую трубку. Пальцы слегка дрожали, и прикурить ему удалось только с третьей попытки.
– Федор, зайди!
От звучного голоса из-под шкафа показалась недовольная мордочка заспанной кошки. В кабинет забежал помощник, едва не уронив при этом горшок с лимонным деревом.
– Срочную депешу Исайе! Пусть немедленно начинает скупку румынских нефтепромыслов. По любой цене! Лимит: пять миллионов франков. Бегом!
Переключиться на другой актив технически было несложно: депеша до биржевого маклера дойдет за считанные минуты. Средств у торгового дома хватало с избытком.
– Слушаюсь, шеф!
Федька
Мгновеньем позже гость пришел в себя и перед главой торгового дома вновь сидел холодный и расчетливый капиталист. Бросив на собеседника пронзительный взгляд, он твердо произнес:
– Вашу помощь, господин Черников, трудно переоценить. Она очень неожиданна и своевременна. Мы выкупим у вас эти акции по текущим ценам, а премию вы назначите сами.
Бонусом могли послужить дополнительные проценты в предстоящем разделе нефтяного пирога. Но делить шкуру неубитого медведя Денис не хотел, поэтому, протянув руку собеседнику, негромко сказал:
– Мы договоримся, Эммануил Людвигович.
Нобель ответил крепким рукопожатием.
– Я всегда говорил Джону, что с вами лучше дружить, чем воевать...
Последующие часы прошли в томительном ожидании. Напряжение, повисшее в воздухе, разрядилось срочной депешей. Прочитав ее, гость поднял измученные глаза и невыразительно произнес:
– Поздравляю, Денис Иванович. Мы выиграли...
Бесстрастную маску опытного покерного игрока портила крупная капля пота, стекающая на седой висок.
Под звуки вальса военного оркестра, пронзительным звучанием труб сбивающего иней с аллей сада, по катку кружились пары. Одиночки мерным шагом нарезали круги, а гимназисты, сбившись в кучки, беззлобно смеялись над новичками: их неуклюжие движения отдаленно напоминали любовные игры разжиревших пингвинов.
Юлия выпорхнула из купе легкого двухколесного французского тильбюри в объятия Дениса. Раскрасневшаяся, в светлой горностаевой шубке и песцовой шапке, она была похожа на сказочную снегурочку. Вложив свою ладошку в руку молодого человека, девушка нетерпеливо увлекла его к ледовому катку, ярко освещенному разноцветными гирляндами огней.
Присев на лавочку, он достала из сумки высокие полусапожки с прикрученными коньками, и быстро переобулась. Порывисто ступив на лед, сделала небольшой пируэт и резко затормозила перед Денисом, обдав его ледяными крошками.
– Доставай коньки! Скоро вальс объявят, кто меня пригласит на танец?
В черных глазах, искрящихся счастьем, появилось легкое недоумение.
Нервная усталость, копившаяся весь день, выплеснулась противной дрожью в ногах и липкой испариной на лбу.
– Юля, ты покатайся без меня, а я пока отдохну.
– Смотри как здорово вокруг! Не сиди как бука!
Элегантно прокрутившись на одном коньке, она на мгновенье превратила шубу в летящую птицу. Восторженный голос звонко прозвучал над холодным блеском катка: