Чтение онлайн

Ерофеев достал папироску и вопросительно взглянул на шефа. На немой укор в глазах отреагировал тяжелым вздохом и захлопнул портсигар. Денис настойчиво продолжал допрос, не отвлекаясь на посторонние мелочи.

– А где их акции торгуются? В Петербурге?

– Куда им до столицы, - пренебрежительно махнул рукой Ерофеев.
– На Бакинской товарной бирже котируются. Но спроса на них практически никого нет.

Денис стремительно поднялся с кресла и нервно прошелся по кабинету. Его сотрудники с интересом наблюдали за ним. Наконец, он остановился и добавил свеженькую идиому в копилку

своим подчиненным:

– Это просто полный ...!!! Ушам своим не верю!

Верилось и в самом деле с трудом: спрятать многомиллионный пакет акций на балансе пустышек, с оборотом, в лучшем случае, в несколько десятков тысяч рублей... С таким же можно припарковать современную авианосную флотилию на заросшем тиной колхозном пруду. И попросить местного дядю Васю посторожить - за бутылку.

Но, после некоторого раздумья, Денис был вынужден признать эффективность незатейливого изыска защитного приема противника.

Во-первых: отчетности по международным стандартам в этой эпохе еще не существовало. Нынешняя была примитивна, и проследить движение ценных бумаг просто не могла.

Во-вторых: реестр акционеров даже в будущей современности обновляется только один раз в год. Если акции в течение дня меняют нескольких владельцев, то справиться с таким учетом могут только компьютеризированные депозитарии. Всеобщий любимец профессиональных программистов еще не родился.

И, в-третьих. Ничто не мешало "Каспийской" в любой момент - либо перед отчетностью, либо перед очередным ежегодным собранием - перекинуть акции на свой баланс. Кроме того, спрятанный пакет акций являлся неплохим резервом: в случае финансовых затруднений или удачной конъюнктуры, его всегда можно продать на открытом рынке. Галерка в экстазе, в ложах рукоплещут.

Инвесторы и спекулянты не любят, когда компании-владельцы держат в своих руках большую часть акций: слишком малое пространство остается для игр и маневров. Поэтому применяется нехитрая практика подставных компаний, чтобы создать ощущение свободного рынка и, главное, защититься от недружественного поглощения. Защитный прием "Каспийской" превосходного сработал при предыдущей рейдерской атаке торгового дома, но в сути свой оказался слишком уязвимым.

Но в этом нельзя винить его создателей: они не могли учесть, что против них будет играть спекулянт, накопивший столетний опыт торговый войн. Да, и слово рейдер в той эпохе ассоциировалось только с черным стягом на пиратских кораблях.

Денис вспомнил, что первое упоминание об аналогичных приемах появилось только в двадцатых годах следующего столетия. "Каспийская нефтяная" серьезно опередила всех остальных участников биржевых войн. Термин "финансовая разведка" появился еще позже и в этот раз противник переиграл сам себя...

– Значит так, Степан Савельевич, - возбуждение еще не улеглось, но распоряжения были точными и отрывистыми.
– Берешь свою команду и пулей летишь в Баку. Одного бойца поставишь дежурить на местный телеграф - каждая минута будет на счету. Другой - на Бакинской бирже - ждет команды. Твоя задача: наладить контакт с местной полицией и, как только получишь команду, сразу же начинаешь действовать. Сейчас срочно оформляй доверенность, инструкции получишь позже -

в письменном виде.

Охотничий азарт передался и бывшему полицейскому. Он машинально вытащил портсигар и нервно закурил папиросу. Денис только махнул рукой. Над столом повисло густое облако ароматного дыма.

– А моя задача, какая будет, Денис Иванович?
– бесстрастным тоном задал вопрос, молчавший до сих пор Платов.

Денис тяжело вздохнул и пристально посмотрел на штабс-капитана.

– Твоя задача, Павел Антонович, будет самой сложной...

Очередной творческий шедевр главы торгово-банковского концерна изображал классический череп с перекрещенными костями. Надпись под рисунком, выполненная готическим стилем, была знакома каждому поклоннику мушкетерских романов: A la guerre comme a la guerre. 

Южные ворота империи вошли в ее состав двадцать лет назад. За этот короткий срок они стали основным распределительным узлом нефтяного экспорта. Сюда, по маршруту Баку - Тифлис - Батум, стекались сборные эшелоны нефтяных цистерн мелких предпринимателей. На ссуду, полученную от "Каспийской", они покупали железнодорожные емкости, взамен поставляя нефть по Бакинским ценам. Тридцатилетняя нефтяная война начиналась именно здесь.

Ротшильды, у которых финансовых проблем, связанных с колебанием цен на нефтяном рынке, не возникало, наживались на кризисах, скупая за бесценок независимые компании, находившиеся на грани банкротства. В частности, компания существенно расширилась во время голода и экономического спада 1891--1893 годов, когда цена на нефть-сырец упала в Баку с восьми до одной копейки за пуд. Тогда была приобретена компания "Мазут". Нобели в этой ситуации воздерживались от приобретений, предпочитая строить новые нефтехранилища и скупать по дешевке сам продукт...

Старый морской волк Эрик Олаффсон пребывал в самом мерзком настроении. Причина была непонятна никому, в том числе и ему самому. Доставалось всем, начиная от последнего такелажника и заканчивая старшим помощником. Тягучее, неприятное ощущение холодным ужом поднималось снизу его огромного живота и доходило до луженой глотки, непрерывно исторгающей сложносоставные изречения, без перевода понятные любому бродяге любого порта на любом океане.

– Куда ж ты ......прешься.......на .....лохани.....с наветренной стороны!...

Речь бородатого полиглота перемежалась английскими, французскими и русскими фразеологизмами. Но понимали его все: и свои, и чужие.

– Внятно излагает!
– уважительно восхитился старый лоцман малого танкера, подходящего к борту нефтеналивного красавца "Мюрекс".
– Сразу видно - дальних плаваний моряк.

Небо, которое иначе как свинцовым назвать было нельзя, грозилось нагнать волну, которая усложнила бы и без того нелегкую перекачку нефти с малых судов в резервуары многотонного покорителя морей. Ветер поднимал брызги с поверхности моря и швырял их в измученные лица моряков. До окончания работ на рейде батумского порта оставалось около двух часов, но отвратительное настроение капитана не улучшалось.