Специальный агент преисподней

ПРОЛОГ Политические тонкости адской кухни

Говорят, что когда Шаляпин пел: «Сатана там правит бал…», то невидимо присутствовавший при выступлении главный дьявол хлопал в ладоши так, что хрустальные бокалы разлетались на части, а свечи затухали.

Адская кулуарная сплетня

Самый главный дьявол – Сатана Первый и Единственный (ввиду его абсолютной бессмертности) с отеческой нежностью окинул взором всех своих четырех глаз разложенные веером темно-коричневые папки – досье на верховных демонов ада. Привычка заводить подробнейшие

досье на сотрудников осталась у него еще с той поры, когда он работал помощником писаря Яшки в небесной канцелярии. «Принеси, подай – иди точи перья и не мешай!» – дразнили его. Теперь-то уж не подразнят. Нет-нет да и извлечет из сейфа кипу папок с грифом «Совершенно секретно» на каждой и тесемками, завязанными аккуратными узелками-бабочками. В тисненную черной краской строку «Срок хранения» им самолично вписано,- старательно и каллиграфически: «До Судного дня». Достанет досье, полистает, освежит в памяти предания давно минувших дней, перебирая пожелтевшие от времени раритетные документы. Вот совсем как сейчас.

Верхнее дело содержит досье на него самого. Оно и подписано соответственно: «Дело № 1. Сатана Первый и Единственный». И красный полупрозрачный штамп наискось: «Совершенно секретно».

Распустив узелок, главный дьявол раскрыл папку и погрузился в созерцание систематизированного вороха газетных вырезок, рукописных докладов, страниц из древних манускриптов и заметок.

– А это что такое? – сам у себя поинтересовался главный дьявол, в крайнем изумлении рассматривая не знакомый листок бумаги.- Откуда это здесь взялось?

Половинка безжалостно вырванного из общей тетради в крупную клетку листа с краткой характеристикой на него любимого.

Расправив клочок бумаги, Сатана внимательно прочел его содержимое, подслеповато щуря глаза и морща нос.

«Сатана, он же Князь Света и Ангел Тьмы, он же Владыка нечистых сил и император преисподней и т.д. и т.п. Отличается маниакальным характером, крайне раздражителен, подвержен частым всплескам необузданной ярости.

Р. 5. Нахожу кандидатуру непригодной для установления деловых контактов. Вчерашняя дата и подпись-закорючка».

– Кто посмел?! – обрушив кулаки на мраморную столешницу, взревела правая, львиная, но с рогами голова Сатаны. А левая – оленья, но с клыками – добавила фальцетом: – Отшлепаю противного!

Дверь приоткрылась, и в образовавшийся зазор протиснулось перепуганное рыло дежурного беса-секретаря:

– Изволили звать, о Великий и Могучий?

– Прочь!

Бес проворно выполнил пожелание Владыки ада, привычно захлопнув дверь перед брошенным в него изящным, но увесистым пресс-папье в стиле рококо.

«Неужели мифы о всепроникающем шпионе, заведшемся во дворце, правда?» – подумала правая голова. Львиные глаза желто вспыхнули, словно светофор, показывая, что настроение Владыки ада колеблется на грани. Верхняя губа подергивалась, обнажая крупные желтые клыки с налипшими на них лохмотьями пены.

«Ой, кажется, реснички слиплись,- запаниковала оленья половина грозного тирана.- А если сейчас за мной наблюдают? Ах!»

Отложив в сторону «Дело №1», Сатана раскрыл следующее. И от неизвестно чьей наглости заскрипел зубами, от чего у чередьГ бронзовых бюстов великих злодеев всех

времен и народов одновременно разболелись зубы, а вторая, оленья, половина его самого безвольно обвисла, лишившись сознания. Жалобно промычав напоследок.

Шпион и здесь оставил свой след, да еще и отпечатки жирных пальцев. Чуткие ноздри дьявола затрепетали, уловив еще невыветрившийся запах тушенки.

– Кто бы это мог быть? – поинтересовался он сам

у себя.

Очередная записка от таинственного любителя тушенки была выполнена все в той же лаконичной манере.

«Вельзевул, он же Повелитель мух. Отличается непомерным аппетитом и постоянными проблемами с желудком, вследствие чего пребывание рядом с ним в закрытом помещении опасно для здоровья. Ярый приверженец каннибализма.

Р.5. Нахожу кандидатуру непригодной для установления деловых контактов. Дата. Подпись».

– Талантлив, шпион… Посмотрим, что ты там про

остальных накропал…

Раскрыв папку «Дело №3», Сатана расправил вложенный листок.

«Люцифер, он же Несущий свет, он же Утренняя Звезда. Чрезвычайно самовлюблен и одержим чувством собственной значительности. По натуре одиночка. Его увлечения – точные науки и философия.

Р. 5. Нахожу кандидатуру непригодной для установления деловых контактов из-за неспособности идти на компромиссы. Те же цифры и закорючка».

«Мамона, он же Вечный жид, он же Толстопуз. Отличается непомерным аппетитом, особенно за чужой счет, и такой же скупостью. Труслив и продажен.

Р.З. Нахожу кандидатуру малопригодной для установления деловых контактов…»

– Точно подметил,-усмехнулся Сатана.-Значит, он хорошо знаком со всеми нами… а это наводит на определенные подозрения.

И нехорошо так покосился на безвольно обвисшую оленью голову.

«Асмодей, ранее проходил по картотеке под прозвищами Купидон и Амур. Если верить слухам и недокументированным сообщениям – неимоверно силен в постели. Последнее время находится в негласной опале.

Р. 8. Вопрос о пригодности кандидатуры остается открытым…»

«Ну что за твари?! – с негодованием подумал Сатана.- Только мысль появилась – уже накропали. Ни о чем вслух уже подумать нельзя».

«Левиафан, он же Чудище морское пучеглазое. Страшно завистлив, обожает всякие склоки и свары. Подвержен клептомании – не лечится.

Р. 8. Нахожу кандидатуру непригодной для установления деловых контактов уже только из-за того, что большую часть времени объект проводит на океанском дне. Резиденция предположительно расположена в районе Бермудского треугольника…»

«Вельфегор. Прозвищ не имеет. Чрезвычайно ленив.

Р. 5. Нахожу кандидатуру непригодной для установления деловых контактов…»

В очередной раз посетовав на пронырливых шпионов, Сатана убрал папки в сейф, закрыл его на три замка, а ключи спрятал в пустотелый бюст неизвестного злодея с нереально круглой головой, всяким отсутствием ушей, зато с огромными выпуклыми глазами.

– Героев нужно бы знать по имени-отчеству,- пробормотал Владыка Ада, поднося лупу к крохотной гравировке на задней стороне бюста, от которого, собственно, присутствовала одна шарообразная голова, без намека на шею, не говоря уже про плечи и все остальное.