Чтение онлайн

— Боже! Я почти вознамерился вручить свою жизнь агенту ФБР, а она из отдела краж. Бедняга Недди, ты хоть раз сделаешь все как надо?

— Такая возможность еще есть. — Она не уходила, а просто стояла и казалась какой-то невероятно печальной.

— Счастливо оставаться, агент Шертлефф. Должен признаться, держались вы чертовски храбро. Неужели так ни разу и не подумали, что я вас пристрелю?

— Нет, ни разу. — Она покачала головой и лукаво улыбнулась. — Пистолет. Он все время был на предохранителе.

— Не

думаю, Джордж, что он это сделал! — проговорила Элли в трубку. — И уж точно никого не убивал.

Она только что вышла с заседания кризисной команды ФБР, где откровенно рассказала обо всем, что видела. Что Келли не убийца. Что из Флориды он бежал, поддавшись панике. Что до появления фотографии Келли в телевизионном выпуске новостей, она не сомневалась в том, что уговорит его сдаться.

И вот теперь в конференц-зале регионального директора Бюро в Бостоне ей предоставили возможность доложиться своему боссу во Флориде.

— Помните, местные полицейские упоминали о нескольких случаях срабатывания сигнализации по всему городу? Это его работа. Но своих друзей он не убивал и в ограблении не участвовал. Его работа — сигнализация.

— Похоже, вы двое успели неплохо спеться, — бросил Моретти.

— Что вы хотите этим сказать? — насторожилась Элли.

— Ничего особенного. Удивительно, что за такое короткое время вы успели так хорошо его узнать. Поучаствовали в похищении транспортного средства, обменялись жизненными впечатлениями.

Элли стиснула зубы. Провести восемь часов в качестве заложницы, под дулом пистолета, в постоянном нервном напряжении — и услышать такое.

— Я, наверное, забыла упомянуть, что у него было оружие?

— Не забыли, специальный агент. Только не уверяйте меня, что за все это время, включая две пересадки, вам не представилось ни единого шанса попытаться отобрать у него пистолет. Или хотя бы выпрыгнуть из машины. Я всего лишь хочу сказать, что другой агент…

— Я думала, что смогу убедить его сдаться добровольно, чтобы никто не пострадал. На мой взгляд, убийство в планах этого парня никак не значилось.

Моретти фыркнул.

— Извините, Элли, но я на такую чушь не покупаюсь.

— На такую что? — нерешительно переспросила она.

— На такую, извините, чушь. При всем уважении…

— И у вас есть для этого основания? — Она повысила голос. Похоже, от нее что-то утаивали.

— Есть. Если человек ни в чем не виноват, он не станет похищать федерального агента.

— Я уже сказала, Джордж, он поддался панике.

— Кроме того, — безжалостно продолжал Моретти, — мы показали фотографию Келли сотрудникам отеля «Бразилиан корт» в Палм-Бич. Его видели с Тесс Маколифф. Они вместе обедали. В тот самый день, когда ее убили.

Та ночь была самой долгой и самой одинокой за всю мою жизнь.

Третья ночь в бегах. Я не знал, кому довериться, кроме Дейва, а втягивать его мне никак не хотелось. Все остальные, к кому я мог бы обратиться и кто не отказался бы помочь, были убиты.

И самое плохое заключалось

в том, что некоторые из тех, кому я не мог довериться, носили ту же, что и я, фамилию.

Я бросил минивэн и провел ночь в каком-то круглосуточном кинотеатре в Кембридже, пересматривая раз за разом «Властелина колец» в компании подвыпивших студентов. Я сидел, натянув на голову капюшон, боясь поднять голову из страха, что кто-то узнает меня в лицо. После окончания последнего сеанса я чувствовал себя как человек, которому только что объявили о помиловании.

В восемь часов утра я взял такси и через пятнадцать минут вышел в Уотертауне. Рядом с водителем лежала газета, утренний «Глоб». Заголовок на первой странице гласил: «Уроженец Броктона, взявший в заложники агента ФБР, разыскивается в связи с кровавой бойней во Флориде». Я вжался в кресло и поглубже натянул бейсболку.

Уотертаун — один из промышленных пригородов Бостона, отличающийся от Броктона лишь тем, что, помимо итальянцев, ирландцев и черных, в нем обосновалось немало армян. Таксист высадил меня на Пэлфри, так что два квартала до Маунт-Оберн я прошел пешком. Моей целью был ничем не примечательный белый домишко в викторианском стиле.

Над ступеньками висела поблекшая вывеска: «Ремонт часов. Покупка и продажа ювелирных изделий». Деревянная стрелка указывала на второй этаж. Я поднялся по ступенькам и открыл дверь. Звякнул колокольчик.

Сидевший за столом плотный мужчина с густой копной седых волос поднял голову. На мясистом лице промелькнула улыбка.

— Ты чертовски многим рискуешь, Недди, заявляясь сюда среди бела дня. Ладно, как ты?

Я перевернул написанную от руки табличку на двери той стороной, на которой было написано «Закрыто».

— Надо поговорить, дядя Джордж.

Вообще-то Джордж Арутунян не был мне дядей. Просто я знал его с самых ранних лет. Ближайший друг моего отца. Его деловой партнер. Барыга.

Для нас с Дейвом он был почти что настоящим дядей. Джордж всегда давал матери деньги, когда наш папаша тянул очередной срок. Мог достать билеты на лучшие места. При этом сам каким-то образом ухитрялся избегать конфликтов с законом. Понравиться дяде Джорджу старались все. И плохие парни, и хорошие. Вот я и подумал, а не он ли Гаше?

— Прими мои поздравления, Недди. — Старик покачал головой. — Всегда думал, что ты заточен под хоккей, но не ожидал, что дойдешь до самой высшей лиги.

— Мне нужно найти Фрэнка.

Он снял очки, развернул свое кресло на колесиках и отъехал от стола.

— Не думаю, сынок, что это разумная мысль. Хочешь совет? Тебе нужен адвокат. Могу познакомить с хорошим человеком. Сдайся.

— Перестаньте, дядя Джордж. Вы не хуже меня знаете, что ничего такого я там не сделал.

— Знаю, ты ни при чем. — Он бросил на стол утреннюю газету. — Но доказываешь это всем весьма оригинальным способом. Думаешь, твой отец имеет к этому какое-то отношение? Боже мой, Недди, ты просто давно его не видел. Уайти слишком болен, чтобы в чем-то участвовать. Он уже ни на что не способен. Кроме как кашлять да жаловаться.