Совсем не герой
Шрифт:
Я валялся на огромной, как аэродром, кровати, одетый, закутанный, словно в кокон, в одеяло. На самом краешке, свесив буйну головушку, сидел рыцарь и печально глядел на меня мутными, косящими в совершенно немыслимых направлениях глазами.
— А ты что, не помнишь ничего?
Я отрицательно помотал головой. Мордред вздохнул:
— Ну, началось с того, что мы встретились, поздоровались, а потом ты огорошил меня своим Белым Оборотнем.
— Угу…
— Я обалдел и потерял дар речи, а ты тут же начал допытывать, не я ли пытался убить маркизаде Фроста. Я дал честное
— Угу!
— А потом ты предложил за это выпить.
— Ага…
— Мы выпили вина. Бутылки три.
— Ого!
— Потом еще восемь…
— ???
— Правда, уже не одни.
— Эге!
— К нам подсели оборотень, два черта и четыре демона, и мы начали квасить уже с ними.
— М-дя-а…
— А потом ты полез на сцену доказывать «всем этим подлым нехристям», что надо срочно идти бить морду Черному Волкодлаку или хотя бы не идти воевать Синзал. И меня за собой потащил!
— Н-да.
— Ты сказал очень красивую и эффектную речь — вампиры поддержали.
— Ура!
— Но вурдалаки обиделись и пошли тебя убивать…
— !!!
— … за то, что ты обозвал их «грязными извергами с садистскими наклонностями недоразвитых маньяков-некрофилов». Но нас отбили наши бывшие собутыльники.
— Вот!
— Затем ты начал всех учить петь песню. Красивую, но названия я уже не помню. Хотя и подпевал.
— Так…
— Далее ты потребовал принести водку и устроить танцы — кто-то поддержал, хотя водки так и не принесли (кстати, что это такое?). Зато принесли еще вина. Пришел оркестр.
— Вот как.
— А тебя попытались под шумок увести ребята из службы охраны. Моей службы охраны!
— Н-дэ?
— Но я за тебя заступился…
— О!
— Не надо меня обнимать! Потом я сам смутно что помню. Хотя нет! Через часок тобой решила воспользоваться парочка демонесс, которым восхотелось экстремальной любви с Белым Оборотнем!
— Они хватали тебя за… э-э… в общем, обхватывали тебя со всех сторон и тащили в подсобное помещение.
— Ик… А я?!!
— Орал, что ты не стереотип, не хочешь ложиться на кого ближе и вообще предан одной высокой и чистой любви.
— Фу-ф…
— В конце концов тебя положили под столом, где ты и уснул. Дальше — вообще ничего не помню.
Ё-моё… Ну это надо? Так нажраться… И главное, так и непонятно — добился я чего-нибудь или все ограничилось массированной пьянкой? Хорошо хоть живой остался. Так и не посмела никакая сволочь куснуть под шумок…
В это время тихо приоткрылась входная дверь, и в щель просунулась голова Офели — взъерошенная, со слегка помятым лицом, но довольная.
— О, мальчики! А вас там все ищут.
— За-зач-чем? — Я почему-то начал заикаться. Внезапно представилось, что с меня будут взимать штраф за поломанную мебель и разбитую посуду.
— Как это зачем? — удивилась вампирша. — Под влиянием вашего, господин Белый Оборотень, ораторского искусства наши бюрократы вчера быстренько составили договор о ненападении. Под вашу, между прочим, диктовку! А теперь вас ждут, дабы вы этот договор подписали.
— Оба-на, — только и смог выдавить я. Мордред покосился на меня, вздохнул и начал
Короче говоря, в главный зал мы вышли минут через тридцать. Пол все еще штормило, комната описывала круги перед глазами, и мы продвигались кое-как, поддерживая друг друга всеми доступными методами. И вот тут я почувствовал себя героем. Нечисть — практически вся — до сих пор валялась кто где, посреди жутчайшего разгрома и самым бессовестным образом дрыхла кверху ножками, копытами и лапами. Самые стойкие — три вампира-аристократа — располагались на давешней «сцене». Они буквально расползлись по стульям, но взгляд затуманенных глаз был довольно осмысленный.
— Господин Белый Оборотень, — просипел, завидев нас, самый трезвый на вид кровосос. — Мы вас уже заждались! Будьте так добры, прочтите и распишитесь. Веч… гм… эту встречу пора заканчивать.
Я с трудом кивнул и с третьей попытки взял протянутый мне листок. Написано там было следующее:
«Я (какое-то зачеркнутое слово), Белый Оборотень, обязуюсь не применять насильственных мер (несколько капель от вина) в отношении представителей расы вампиров (пара жирных пятен), за что эти (некое слово наглухо заретушировано ручкой) в лице Мастера канцлера Эдориада (далее длинное перечисление титулов, но кто-то умный вовремя перечеркнул это мясистым крестом) обязуются не поддерживать в предстоящей войне Черного (зарождавшееся слово „кобеля“ безжалостно исправлено) Волкодлака и принимать исключительно нит… нет… ноту… нейтральную позицию».
— Вот ручка, распишитесь, — бубнил вампир. — Вы почетный гость, но, честно говоря, мы бы не хотели больше видеть вас на наших встречах. В конце концов, теперь это входит в условия контракта!
— Не понял?!
— «… не применять насильственных мер…» Вот так!
Я обреченно кивнул и криво подмахнул документ.
Вампиры облегченно вздохнули.
— Ну что, сэр Антоний, — печально сказал Мордред. — Настало время прощаться. Пара секунд, и вы окажетесь там, где были до прибытия на вечеринку. Надеюрь, мы еще встретимся.
— Аналогично, — подтвердил я, после чего мне в глаза полыхнул яркий ослепляющий свет.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Утром я рассказал проснувшейся Мечте о том, что произошло ночью (разумеется, умолчав о пьянке), и в подробностях описал разговор с Офелью. Девушка ужаснулась и сказала, что теперь намерена помогать мне до конца в праведном деле спасения людей от подлой нечисти. Я умилился ее уверенности и без проблем согласился. С таким попутчиком мне всегда хочется совершать подвиги, а они мне идут. Правда, неплохо было бы найти мою старую команду, если Ричард еще не телепортировался домой. Но в любом случае Колосс и Венус должны быть в столице.