Соучастник
Шрифт:
Это место нереально. Я бросаю взгляд через плечо, когда единственная бесшовная стальная дверь отъезжает назад, давая нам возможность войти в лифт, и замечаю, что администратор наблюдает за нами. Он очень медленно, заговорщически подмигивает мне. Мои щеки вспыхивают. Вхожу в лифт, не зная, стоит ли говорить парням о его пикантном предложении. Ведь это точно было предложение. Одинокая девушка поднимается в номер в таком месте? С двумя мужчинами? Я оборачиваюсь, пока мы ждем, когда лифт начнет подниматься, Зет по одну сторону от меня, а Майкл - по другую, и какая-то злая часть меня берет
Его профессиональная маска спадает, когда он посылает мне благодарную улыбку. Двери закрываются, и мы остаемся втроем. Майкл подталкивает меня в спину и наклоняется вперед так, что его рот оказывается рядом с моим ухом.
– Вы плохо себя ведете, доктор Ромера?
Не могу удержаться. Я смеюсь. Зет бросает предупреждающий взгляд на Майкла.
– Лучше, бл*дь, не приставай к моей девочке.
Он поднимает бровь, уставившись на своего друга, и его поведение прямо-таки воинственное, хотя с уверенностью могу сказать, что он всего лишь шутит.
Шутки и Зет Мэйфейр. Никогда бы не подумала, что эти два понятия могут сочетаться, но в последнее время я узнала, что парень, которого считаю своим, на самом деле очень веселый человек. Просто он очень, очень хорошо это скрывает. Майкл поправляет галстук, смотрит на циферблат - двенадцать, тринадцать, четырнадцать - и говорит:
– Я? Даже не думал об этом.
Кабина лифта останавливается на шестнадцатом этаже - конечно же, последнем, - и мы оказываемся в пустом коридоре. Здесь всего две двери. Дверь слева обозначена буквой А, дверь справа - буквой Б. Майкл снова сдерживает ухмылку, и Зет бросает в него сумку. Не знаю, как я раньше не заметила, но это черная сумка. При виде ее сердце начинает колотиться в груди. Никогда не думала, что признаюсь в чем-то подобном, но я скучала по этой сумке. Понятия не имею, почему Зет бросает ее Майклу. По крайней мере, не представляю, пока Зет не рычит:
– Не говори ни слова, мать твою. Я серьезно.
У меня есть медицинская степень. Есть и научная степень. Я довольно умный человек. Очевидно, что есть что-то занимательное в том, чтобы находиться здесь, в этом коридоре, стоять между этими двумя дверями. Майкл подхватывает спортивную сумку Зета и прижимает ее к его груди.
– Увидимся через пару часов, полагаю.
Он не ждет ответа. Достает из кармана ключ-карту и поворачивается к двери, помеченной буквой Б. Открывает ее и исчезает внутри, оставляя нас с Зетом у двери A.
– Дай-ка угадаю, - говорю я.
– Обычно это момент выбора приключений, да? Выбираешь дверь слева и получаешь одно, выбираешь дверь справа и получаешь другое?
Зет бросает на меня удивленный взгляд. Мне нравится, как медленно он оттаивает. Он дурак, если думает, что скрыл это от меня. И тот факт, что в последние дни он позволяет себе все больше и больше мне приблизиться к нему, означает, что я могу наблюдать совершенно новую гамму эмоций на его лице. Сюрприз - это очень мило. Он выглядит каким-то невинным, когда его большие карие глаза становятся шире, хотя слова, которые слетают с его губ дальше, далеки от этого:
– Ты слишком умна себе во вред, злая девочка. Теперь, когда
Пальцы ног загибаются в туфлях. Он опять шутит. Я думаю, что он шутит. Он открывает дверь, заносит внутрь черную сумку и еще две наши сумки, а затем поворачивается лицом ко мне в коридоре. Натягивает капюшон и начинает шагать ко мне.
– Когда люди приходят сюда, Слоан, им всегда дают возможность выбора.
Вот дерьмо.
В капюшоне его лицо скрыто тенью…
С темным, хищным взглядом в глазах…
Он приближается ко мне, словно голоден. Очень голоден…
Мое тело оживает.
– Они могут взять человека за руку, - бурчит Зет. Он берет меня за руку.
– И они могут прижать этого человека к стене.
– Я отступаю назад, мое дыхание с трудом входит и выходит из легких короткими, пьянящими рывками. Моя спина ударяется о стену, и мощное тело Зета прижимается к моему, загоняя меня в ловушку.
– И они могут подойти совсем близко…
Он настолько близок, насколько может. Его рот меньше чем в сантиметре от моего. Я хочу… нет, мне необходимо, чтобы он меня поцеловал. Мне это очень нужно. Зет облизывает губы, и это не дразнящее движение. Я вижу это по его глазам - он тоже хочет меня поцеловать.
– Черт, Зет, - произношу я.
У меня перехватывает дыхание. Зет слегка улыбается. По тому, как напряженно он меня изучает - его глаза переходят с губ на шею и обратно, - создается впечатление, что он очарован тем, что видит. Если это так, то нас двое.
– И этот человек может сказать, - шепчет он, - выбирай из двух зол, злая девочка.
Он высовывает язык и облизывает мою верхнюю губу, посылая множество вибраций, проносящихся по телу. Мои соски стали такими твердыми, что начали болеть. Боже, как все запущено. Я должна заполучить его.
– Какие у человека могут быть варианты?
Я уже почти не контролирую себя. Мои руки потеют от отчаянного желания обнять его. Зет смотрит на меня сверху вниз в течение одной долгой секунды, а затем осторожно приближает рот, едва касаясь своими полными губами моих.
– Наслаждение, - шепчет он. В моем животе закручивается клубок тепла, превращаясь в горящий узел. Этот жар разгорается, сжигая меня изнутри, когда он прикусывает мою губу и с силой тянет. От неожиданности я задыхаюсь.
– Или… боль, - продолжает Зет.
У меня кружится голова. По потребности в глазах Зета понимаю, что это не игра. Это не теоретический разговор. Мне предстоит сделать выбор, и я знаю, какой вариант Зет хочет, чтобы я выбрала. В кои-то веки у меня нет ни тени сомнения. Я хочу того же, чего хочет он.
– Боль, Зет. Я хочу боли.
Зет издает низкое горловое рычание. Он не сможет сдержаться. Адреналин захлестывает меня, когда он вжимается своим телом в мое, просовывает руки мне под бедра и поднимая меня с земли. Я обвиваюсь вокруг него - руками, ногами. Сердцем. Я обнимаю его всем сердцем, цепляясь за него изо всех сил. Он целует меня, его губы находят мои, и мне больше не нужен кислород. Его губы на моих - это все, что мне нужно. Его руки, крепко обнимающие меня, - это все, что мне нужно. Только он. Он это все.