Чтение онлайн

Спать Алексея Кутлуг уложил в арбе, на стопке верблюжьих одеял, которые брал про запас – вдруг ночью гости замерзнут?

Утром все тронулись в обратный путь. Сангир был еще слаб и ехал не на коне рядом с отцом, а лежа в арбе. Обоз сдерживал движение, но ни один всадник не отважился ускакать вперед, к стойбищу – ведь рядом с арбой, где лежал Сангир, ехал сам нойон.

Добрались они поздно вечером. Семьи высыпали встречать охотников, но радостные крики быстро утихли, когда люди узнали о происшествии.

Сангира

на руках перенесли в юрту нойона, хотя у него была своя, стоящая по соседству.

Алексей уже было направился к своему закутку в глиняном сарае, но тут его догнал Оюн:

– Тебя призывает Неврюй.

Оюн шел впереди, покрикивая на зазевавшихся моголов – прокладывал дорогу.

Телохранители, стоящие у входа в юрту, Алексея пропустили сразу, а Оюн остался снаружи.

Неврюй сидел со скорбным лицом.

– Что мне еще надо сделать для моего сына? – спросил он.

– Он должен три дня лежать, дышать чистым воздухом. Юрта для этого не годится. Утром его надо вывозить – можно недалеко, вечером возвращать. На четвертый день твой сын встанет.

– Хоп, якши. Я тебе верю. Ты будешь находиться при нем.

Алексей поклонился и вышел.

Однако вернуться в свой сарай ему не дали. Оюн, дежуривший у входа, сказал:

– Иди за мной.

Алексея привели в юрту по соседству с юртой Неврюя. Обычно там останавливались гости, наезжавшие из Булгара, – от битакчи до огланов и эмиров, и для раба это была честь необыкновенная.

Сначала Алексей подумал, что надо что-то делать, но служанки принесли ему горячих, только что из тандыра, лепешек, целое блюдо жареного мяса и блюдо сухофруктов – изюма, абрикосов, хурмы.

Алексей не спеша поел, и служанки поднесли ему чашу с водой для омовения рук, подали полотенце.

Алексей развалился на подушках и почувствовал себя на вершине блаженства. В первый раз за все время плена он наелся досыта, да не кислой груши-дичка, а мяса с лепешками.

Сон подкрался незаметно.

Утром его разбудила служанка:

– Пора кушать, обоз для Сангира готовят к выезду.

Алексей выпил кумыса, поел лепешек и вышел из юрты.

Сангира уже погрузили в арбу. Для Алексея подвели другую арбу, и в сопровождении десятка воинов маленький обоз выехал из становища.

Через несколько километров Алексей попросил остановиться. К нему подбежал десятник:

– Я в твоем распоряжении, говори, что делать.

– Постелите ковер, бросьте подушки и перенесите на них Сангира. Сами будьте в двух полетах стрелы. После полудня разведи маленький костер и повесь над ним котелок с водой.

– Исполню.

Всадники разъехались, образовав кольцо в километр диаметром.

Воздух был чистый, как родниковая вода.

Алексей тронул Сангира за руку:

– Ты как?

– Слабость еще есть. Опозорился я.

– Не то говоришь. В чем твой позор?

Разве ты струсил в бою? Просто водный царь хотел забрать тебя к себе. Ты выздоровеешь и вскоре забудешь о плохом. А пока лежи, набирайся сил. Я найду для тебя лучшие травы, и ты через три дня встанешь на ноги.

Сангир кивнул и закрыл глаза, а Алексей стал описывать круги вокруг пригорка.

Еще в бытность свою у Владимира Мономаха он узнал о свойствах многих трав. Толковых лекарей было мало, но ему удалось набраться ума-разума у травника. Вот и сейчас он набрал целую охапку зверобоя, мяты, душицы, чабреца.

К полудню, в полусотне шагов от Сангира, с подветренной стороны, чтобы дымом не побеспокоить больного, десятник развел костер и на треноге подвесил над ним котелок с водой. Дождавшись, пока она закипит, Алексей бросил в котелок травы, здраво рассудив, что хуже от этого Сангиру точно не будет.

Отставив в сторону котелок, он дождался, пока травяной отвар немного остыл, и поднес котелок к губам Сангира:

– Пей.

Сын нойона, отпробовав, поморщился:

– Горько…

– Зато полезно. Хочешь быстро встать на ноги – выпей все это маленькими глотками.

Сангир так и сделал. Потом он в бессилии откинулся на подушки, на лбу выступила испарина.

Алексей боялся одного – воспаления легких, тогда Сангир быстро на ноги не встанет. Будь вода грязной или болотистой, так и случилось бы, но речная вода в то время была чистой.

Сангир был парнем молодым, и организм взял свое. На третий день, когда они подъехали к становищу, он соскочил с арбы и пошел рядом с ней. Правда, он еще придерживался за борт повозки.

Телохранители узрели эту картину и сразу доложили Неврюю.

Когда арба подъехала, нойон сам вышел посмотреть на сына, обнять его отеческой рукой, и Алексею на мгновение показалось, что, если бы не множество людей вокруг, Неврюй прослезился бы. Суров нойон, но отцовские чувства к первенцу сильнее.

Неврюй обнял подошедшего Сангира, прошептал что-то ему на ухо и ввел в свою юрту.

Погонщики на арбах погнали быков в стойло, Алексей же отправился к себе – он выполнил свое обещание.

Буквально через полчаса к нему в закуток ворвался толстяк:

– Я так и знал, что ты здесь!.. Идем к кузнецу!

– Кольцо снимать?

– Я же тебе предсказывал!

Кузнец к такому повороту событий был не готов – первый раз за время службы ему пришлось не ставить серьгу, а снимать ее. Он попытался разжать концы, но у него это не получилось. Тогда он просто перекусил медное кольцо клещами и вытащил из уха два полукольца.

– Держи на память. – Он протянул обломки кольца Алексею.

– Нет уж, и так не забуду…

Ранка саднила, но Алексей свободно вздохнул. Отныне он не раб, хотя отметина на мочке уха останется навсегда.