Чтение онлайн

Тёплый воздух обдавал кожу, щекотал шею, а он так и лежал парализованный – то ли физических сил не хватало шевелиться, то ли слова её оказывали такой обезоруживающий эффект, то ли Девятый вал её эмоций его сносил. То ли застыло там всё внутри в вязком осознании. Мир вокруг вновь менялся, проявляясь буйными красками и в очередной раз обещая другую жизнь. Но торопиться надеяться?.. Снова? Уля всхлипывала, умоляя поставить себя на её место, и от честных попыток представить к горлу подкатывала тошнота. Смог бы он справиться, если бы она без объяснений причин решила исчезнуть из его жизни?

Ошалевшее

сердце вот-вот его подведёт. Сдаст надсмотрщикам с потрохами… Он не способен им управлять.

— Прости…

Она отчаянно замотала головой, обнимая ощутимее, но явно опасаясь прижиматься. Руки-плети отказывались слушаться, грудную клетку сдавливало то ли изнутри, то ли снаружи, и всё, что он мог – издавать в ответ какое-то неясное, мало похожее на внятные слова сипение и, чуть повернув голову, пытаться коснуться щекой щеки. Мешали трубочки. Грёбаные трубочки! Всё мешало! Как будто немощным инвалидом проснулся и не способен теперь ни на что.

Раздался прерывистый всхлип, и ещё один, и ещё. Ещё…

— Ты же чуть себя не угробил! Если бы ты меня здесь бросил, я бы за тобой пошла! Я же сказала тебе, что не оставлю! Я же тебя люблю!

«… … … ... …

… … … … ….

… …Люблю…»

Рикошетило от всех его стен, колонн, понатыканных тут и там спичек-подпорок и пошедшего мириадами трещин купола. Хлипкая конструкция угрожающе шаталась, обещая вот-вот обрушиться и погрести под собой; сердце, наплевав на мольбы разума, вконец обезумело и пыталось прорвать прутья темницы и вырваться; шмыганье над ухом обещало перерасти в неукротимый рёв, а бледный врач за стеклом изничтожал взглядом подключенную аппаратуру. Ещё чуть-чуть, и они придут, точно. И точно её у него отнимут.

Рука, та, что пару минут назад смогла добраться до талии, пыталась прижать крепче.

Пусть попробуют.

— Неужели ты не понял? Я выбрала тебя! Считай ты себя хоть самим дьяволом, Егор! Потому что ты лучшее, что со мной случилось, ясно?! — «Как это возможно?..» — Ты мне нужен! Таким! Любым! — «Нужен…» — Важнее тебя в моей жизни никого нет. Никого! Ты и… И Юлька. И… — она затихла, но буквально на мгновение, а он, кажется, к этому моменту перестал дышать и соображать, где находится. Пока она звучала, он заново рождался – как и положено, в адских муках. Но там, впереди, ждал рассвет, неизведанное, воздух и… Кажется, счастье? — Ты не хочешь причинять боль, но как ты не поймешь, что самая невыносимая боль – это твои исчезновения? — «Прости…» — Ты уходишь – и всё, понимаешь? Всё! Я теряю все смыслы, понимаешь?

Кажется, понимает. Он плавал без них без секунды вечность в темноте и холоде, застыв в киселе пустоты. Тонул, оставшись без Неё. Улины слова проникали под кожу, струились по венам и сердцу животворящим бальзамом, исцеляли, и оно постепенно начало успокаиваться. Её подкупающая искренность прогоняла завладевшую душой и не оставившую там камня на камне неодолимую армию аргументов и сомнений. И хотелось верить, что проклюнувшие мёртвую землю и устремившиеся к солнцу ростки смогут выжить. Что однажды они окрепнут и зацветут.

Там же целый необъятный взору дикий луг.

Верил.

Он встанет на страже, убережёт

их от чужих ног и на подступах погасит свои ураганы. А она согреет лучами света.

Раздался щелчок дверного замка и недовольный бубнёж, перед глазами на мгновение мелькнули залитые водой васильки, и уже через секунду тёплые ладошки осторожно легли на щёки, лоб коснулся лба, а нос – кончика носа.

— Ты меня направляешь, объясняешь, заряжаешь, даришь эти смыслы, — вновь зашептала Уля, обдавая горячим дыханием. — Мотивируешь. Открываешь мне мир. Я чувствую себя в безопасности за твоей спиной, а не за чьей-то еще. Не надо пытаться меня от себя уберечь! Если бы не ты, меня бы уже не было! Слышишь? Ты мой оберег, мой маяк, душа и сердце. Не верь языкам… Ты мне нужен!

Если что и способно спасти человеческие души, а значит, и мир, в который они приходят, так это…

— Просто разреши тебя любить… Не останавливай меня. Пожалуйста.

…это Вера, Любовь. И немножко надежды.

Как же хочется жить…

Жить!

Комментарий к

XXXV

. Без тебя мне здесь делать нечего Самое время сказать, как я вас люблю ??? Всех вас, кто вошел в этот дом и захотел в нем остаться.

Обложка главы, комментарии: https://t.me/drugogomira_public/545

Музыка:

Главная композиция истории // Круги на воде – СЛОТ https://music.youtube.com/watch?v=33x94Wfnj0k&feature=share

“Смерть” // Уходя – уходи – Чичерина https://music.youtube.com/watch?v=pORr_LKXdBU&feature=share

со страшным видеорядом в оригинальной аранжировке https://music.youtube.com/watch?v=ya11ANcoDSI

“Жизнь” // Чайка – Земфира https://music.youtube.com/watch?v=kIcTLjr1c8c&feature=share

Часть визуала (железно не влезет весь):

Нахлебалась правды https://t.me/drugogomira_public/553

Вот и всё https://t.me/drugogomira_public/554

Вслух просит Небо https://t.me/drugogomira_public/555

Рядом https://t.me/drugogomira_public/556

Как простить? https://t.me/drugogomira_public/557

Воины https://t.me/drugogomira_public/559

Только все равно невыносимо больно https://t.me/drugogomira_public/561

Однажды электричество погаснет https://t.me/drugogomira_public/562

Им не понять https://t.me/drugogomira_public/573

Он ведь – их… https://t.me/drugogomira_public/563

Вот что он такое https://t.me/drugogomira_public/565

Бесполезно https://t.me/drugogomira_public/566

Вокруг следы https://t.me/drugogomira_public/569

В кулаке под саваном https://t.me/drugogomira_public/574

Неужели там лучше? https://t.me/drugogomira_public/575

Не захотел https://t.me/drugogomira_public/576

====== Эпилог // Знает. ======

2 мая

Ехать им от конечной до конечной по прямой. Это хренова туча остановок и примерно час пути. Так что пусть поспит. Пусть. Уже который месяц её личные сутки каким-то непостижимым для него образом вмещают двадцать пять, а то и все двадцать шесть часов. Из которых она спит хорошо если пять. И за целую вечность совместной жизни Егор не нашел гарантированно срабатывающего способа прекратить этот форменный беспредел.