Соседа (не) предлагать

– Яна, ты чего? – обеспокоенный голос подруги доносится из динамика моего телефона.

Наверное, я какая-то неправильная Всего лишь полчаса назад я готова была ей всё рассказать, поделиться самым сокровенным, а сейчас всё просто рухнуло. Внутри пустота и холод.

– Ничего, Оль. – глухо отзываюсь я, ковыряя кончиком ногтя деревянную раму зеркала в собственной ванной.

– Да брось, я тебя сто лет знаю. – утрирует моя единственная подруга. – Что произошло, Янин? Это из-за тех анализов,

да? Что-то нашли?

Нашли… Осталось только как-то это всё осмыслить и понять, что теперь делать.

Взгляд скользит к распахнутой двери ванной комнаты, натыкается на тумбочку в прихожей, где я оставила ворох заключений и результатов анализов.

– Янусь, ты не паникуй, слышишь! – звенит испуганный голос Оли. – Ты нашла вообще куда иди! Ну кто в наше время ходит в городские больницы? Всё пересдадим в нормальном центре, Ян. Я вообще бюджетникам не доверяю, ты меня знаешь.

Внезапно я перенимаю настрой подруги. Это на самом деле действует. Поникшее и раздавленное, отрешённое и пустое состояние наполняется крупицами решительности.

Почему это не пришло в голову мне? Это же очевидно, нужно пройти повторное обследование, нужно просто пересдать анализы. В больницах часто путают анализы. Ведь так?

– Олька, – оживаю я, – Я тебя обожаю. Конечно, пересдам! Конечно, обращусь в медицинский центр с хорошими специалистами!

Правду говорят: «Одна голова хорошо, а две ещё лучше». Я ещё, глупая, на неё злилась, когда она мой вызов сбросила.

– О-о-о-о-о, – тянет подруга, – Вижу, повеселела. Что там хоть тебе приписали? Может, просто деньги тянуть хотят за всякие процедуры, а?

– Разве что на ЭКО.

– Чего-о?

– Ну это как вариант. – пожимаю плечами, отдёрнув руку от зеркала, и выхожу из ванной. – Возраст у меня уже почтенный. Рожать срочно нужно. С трубами всё не есть хорошо. Беременеть надо. – пытаюсь улыбаться, проговаривая всё это, а на душе тысячи голодных котов скребут.

– Какой возраст? – хмыкает Оля. – Ты себя в зеркало видела? Двадцать пять – потолок.

Вспоминается дурацкая цитата про фасад и полировку:

– Да, только внешнее от внутреннего очень сильно отличается. Я была бы невостребованным косметологом, если бы выглядела на свой возраст.

– Какой возраст, боже? Янчик, ты там заболела? Тебе тридцать три года. Ты молодая.

– Расскажи это моим маточным трубам, окей?

Прохожу мимо просторной гостиной, где мной были выбраны и подобраны абсолютно все детали интерьера, каждая мелочь, и замираю в дверном проёме, ведущем на кухню.

А нужен ли мне вообще ребёнок? Проблемы с кожей, с лишним весом, с гормонами, с организмом, с психическим здоровьем, моральным, физическим, с…

Да и потом, где мне его взять? Если у меня на самом деле есть полтора года на то, чтобы забеременеть, а дальше всё, финита ля комедия, что делать? ЭКО? Как-то это странно.

– Ну ты вообще загнула. – смеётся Оля, о которой я почти что забыла, разглядывая полную всяких небезопасных

предметов и мест для ребёнка гостиную. – Прогнозы хоть какие-то дали?

– Дали. Брать и беременеть. Вот прямо с сегодняшнего дня. У меня есть полтора года…

– Это много. Слушай, не так всё и плохо. Я вообще впервые слышу, что ты хочешь детей.

Ком встаёт в горле.

– Давай закругляться. Вечером встретимся. – спешу завершить ставший тяжёлым разговор. – Буду искать ближайшие медицинские центры и записываться на приёмы.

Вот как объяснить самой себе, что не родить, потому что не видишь в этом потребности и можешь, теоретически, и не рожать, потому что ты уже старая и лишена этой возможности – в край разные вещи? Это иначе чувствуется. Это… давит. Психологически давит.

Итак, мне тридцать три года и сегодня мне первый раз сказали, что я старая. Даже не сказали прямо, а ткнули носом в то, что я упорно не желала замечать.

Где мои тридцать лет?

Школу, институт, наверное, даже не считаю. Незачем. А может, и нужно было бы? Не будь я одиночкой и зубрилой, возможно, уже бы принесла в подоле и выполнила бы своё так называемое женское предназначение. Сейчас меня бы просто не волновало, что у меня там по женскому здоровью, какие они, мои трубы, где взять мужика, как забеременеть…

Странная я. Я ведь и замужем побывала. Мой папенька сойдёт с ума, если, не дай бог, узнает, что я в разводе и Тарасов Егор Олегович мой вот уже как год бывший муж, а не нынешний.

Так, может, Егора того…? Попросить выручить, по старой дружбе?

Здоровый, крепкий, военный, неглупый, вполне симпатичный и надёжный. В последнем меня больше папа уверял. Налево ходить, оказывается, любил мой муженёк. Но это ничего. Дети от меня не уйдут к другой маме. В этом прелесть материнства. Меня не променяют на помоложе, посвободнее, пораскрепощённее и прочее, прочее, прочее.

И, собственно, всё. Кроме бывшего мужа, у меня вариантов нет. Или Егор, или ЭКО. Ни к чему из этого душа не лежит, но какой у меня может быть выбор с таким ограниченным временем?

Как и не жила вовсе… Чего ждала, спрашивается? Неужели и правда принца на белом коне? Тридцать три года! Караул. Это сколько всего можно было успеть за это время. Забеременеть и родить, уж точно.

Конечно, я хочу и хотела семью. Настоящую. Вот как в кино. Чтоб и муж – защита и опора, и детишек – мальчик и девочка. Ещё дом и большая собака…

Не пойму только, почему я так пассивно этого хотела, что за тридцать лет никак не ускорилась.

Егор? Егор не в счёт. Наверное, я на подсознательном уровне чувствовала, что он не тот. Не было трепета, бабочек в животе и замершего натянутой струной тела рядом с ним. Было… Было здорово, в общем. Тест-драйв совместной жизни был коротким и очень познавательным. Я тогда зареклась, что больше под одной крышей не стану жить с мужчиной, которого так мало знаю. Сколько мы там знакомы были? Год? Мало.