Сон
Шрифт:
– Ты же серая, безмозглая мышь! Ты никому не нужна. Такая дрянь никчемная, как ты, не может быть кому-то нужна.
Я так часто это слышала, что сама стала в это верить. Поэтому меня так задели слова, услышанные в раздевалке.
Получается отчим прав? Я действительно такая невзрачная и страшная? Мне всегда казалось, что он это специально говорит, чтобы унизить, оскорбить, задеть побольнее, но теперь уже сомневаюсь в этом.
Пока иду до дома культуры, вспоминаю, как отчим появился в моей жизни. После развода родителей, когда мне было семь лет мама начала устраивать свою личную жизнь. За ней ухаживало много мужчин, но она в каждом находила изъян. То маленького роста, то глуп, то мужественности
– Дочка, он хороший. Вот увидишь. Не будь эгоисткой. Ты же хочешь, чтобы я была счастлива?
Да, я хотела этого. Я видела, как горели у мамы глаза, когда она смотрела на этого человека. Чтобы как-то сблизить нас, мама часто устраивала вылазки в кино, театры, кафешки, пикники. Дядя Федя оказался хозяйственным мужчиной. Дома было все по полочкам, но проблема была в том, что пока мама была дома, все было хорошо. Но стоило ей уйти, дядя Федя становился тираном. За малейшую провинность, как не убранная вовремя постель или плохо закрытый тюбик зубной пасты, я получала подзатыльники. Несмотря на мои жалобы, мама говорила, что я все это выдумываю. И в конце мая вышла замуж за дядю Федора. А уже в октябре, мне объявили, что у меня будет сестра или брат. Я очень радовалась и наивно думала, что с рождением малыша, отношение отчима ко мне изменится в лучшую сторону. Однако моим мечтам не суждено было сбыться. Беременность оказалось внематочной. Через год история повторилась. Мама потеряла много крови. Врачи сказали, что все попытки вновь забеременеть бесполезны. Дядя Федя тогда как с катушек слетел. При маме был примерным отцом семейства, заботливым мужем. Но стоило маме уйти, появлялась другая его сторона. Все чаще в мой адрес летели оскорбления, все чаще он стал поднимать на меня руку.
Капли дождя, попадая на мое лицо, вырывают меня из воспоминаний. Посмотрев на часы, прибавляю шаг.
На ходу стряхивая капли воды, вбегаю в дом культуры.
– Аленка, ты вся промокла, – по-доброму отчитывает меня гардеробщица баба Маша. – Давай мне куртку, я ее у камина повешу.
Баба Маша – самый важный человек в нашем храме искусства. По любым вопросам все обращаются к ней. Настолько доброго и отзывчивого человека, с такой широкой душой я не встречала.
– Рыбонька, сегодня у тебя репетиция в большом зале. И еще, – кивает в сторону двери, – там ребята занимаются с соседнего дома культуры. У них в клубе ремонт идет, так наша директриса им разрешила занять зал. Ты ведь не против?
– Да все нормально, баб Маша, я сегодня ненадолго. Одна занимаюсь. Хореограф на больничном до сих пор. – Улыбнувшись ей, отдаю куртку.
– Ты, рыбонька, меня клич, если эти кони приставать будут, – похлопав по плечу, говорит баба Маша.
Из репетиционного зала звучит громкая музыка, слышатся голоса. Открыв дверь, я робко вхожу. В дальнем углу, где стоит аппаратура, на пуфах сидят пятеро ребят. Посередине зала стоят двое парней и девушка. Высокий, смуглый парень в борцовке, с волнистыми темными волосами, уложенными в аккуратную стильную стрижку, жестикулируя руками, что-то объясняет паре. Его смешливые, чуть сощуренные карие глаза направлены прямо на них. Судя по всему, он лидер этой группы.
Второй парень стоит ко мне спиной и в такт музыке двигается к девушке. Я как зачарованная смотрю на эти тигриные движения. Смуглая кожа танцора блестит от пота. На нем нет майки, поэтому каждое движение его мускулистого тела завораживает.
«Как
Девушка блондинка, напротив, при столь идеальной фигуре двигается угловато. Пытаясь сделать движения более сексуальными и мягкими, она только усугубляет ситуацию. И когда пара в очередной раз пытается сделать поддержку, парень отпускает девушку и знаком показывает парням в углу, выключить музыку.
– Слушай, Лева, ты как хочешь, но с ней танцевать я не буду, – говорит парень, который стоит спиной ко мне, – или найди мне партнершу, или я танцую один.
– Майкл, милый, ну давай я еще раз попробую. Что нужно сделать, дорогой? – томным голосом щебечет блондинка, положив руки на талию партнеру и тесно прижимаясь к его телу. – Все, что хочешь!
– Светка, ты конечно очень сексуальная, но в танцах ты полный ноль. У тебя обе ноги левые, – отвечает он.
Блондинка от обиды надувает полные губы.
– Лева, дорогой, ну скажи ему.
Только лидер группы хочет что-то ответить, как в зал входит баба Маша.
– Чего вы черти разорались? Аленка, ты чего не заходишь? – громко произносит баба Маша.
Теперь практически вся компания обращает внимание на меня. Баба Маша, шаркая ногами, проходит мимо, прямо к этому самому Леве.
– Музыкантов, – обращается она к нему, – это наша Алена, сейчас ее время для занятий. Так что угомони своих хлопцев, и на выход. Дай девочке позаниматься.
Его взгляд тут же движется в мою сторону, и уже через пару секунд он стоит передо мной.
– Привет, я Лев Музыкантов, хореограф этих обалдуев, – представляется парень и протягивает руку для приветствия.
По привычке, крепко и по-мужски сжимаю руку и здороваюсь. Отчего ввожу его в замешательство.
– Мы уйдем через пару минут. Извини.
Лева оборачивается к обнимающейся парочке и говорит:
– Майкл, нам пора освобождать помещение. Хорош ломаться. Пройдем этот кусок еще раз и по домам.
– Кажется, я ясно сказал, что со Светкой танцевать не буду, – сказав это, Майкл разворачивается.
На меня смотрят самые красивые карие глаза. Ресницам и бровям идеальной формы позавидовала бы любая девушка. Четко очерченные скулы. Аккуратный, прямой нос. Выбритые виски и длинная неровная челка зачесанная назад, дополняют образ.
Он натягивает футболку, берет в руки косуху и, направляясь к выходу, кричит:
– Лева, я надеюсь ты найдешь мне нормальную партнершу.
Парень проходит мимо меня, даже не взглянув. Следом за ним выходят все остальные ребята.
Оставшись одна, я включаю любимую музыку и начинаю разминку. Танцую я давно и многие направления, от латиноамериканских до хип-хопа. Легкость, свободу и раскрепощенность мне дают именно танцы. Это моя стихия. Я чувствую себя как рыба в воде. Поэтому практически каждый день я нахожусь здесь, чтобы обрести то, чего мне не хватает в повседневной жизни. Растворившись в танце, не замечаю, как заканчивается трек, а также человека, который, по-видимому, все это время наблюдал за мной. Тяжело дышу и смотрю на него, не показывая своего волнения.