Сон разума
Шрифт:
Но, увы, оказалось, за безопасность нужно платить не только деньгами, но и стеснением личной свободы, которое адвокат воспринял как мелкое неудобство, Карина же сочла невыносимым.
В первый же вечер, когда полная луна повисла над бухтой и цикады завели свои ночные песни, она вышла в лоджию полюбоваться лунной дорожкой на море. Оно негромко вздыхало прибоем внизу под скалами и казалось ужасно далеким и недоступным. Затем около Карины стал виться ночной мотылек, он каждый раз, когда она подставляла ему руку, садился на ладонь и тут же улетал. Играя с ним, она несколько раз перегнулась через перила,
— Да зачем нам все это? — возмутилась Карина. — Мы же не на войне!
С некоторым недоумением оглядев ее и адвоката, охранник пожал плечами:
— У нас гостиница с повышенным уровнем безопасности, вот и все.
— Он совершенно прав, дорогая, — поспешил вмешаться адвокат и повернулся к охраннику: — Все в порядке, извините за беспокойство.
Охранники удалились, а Карина, по их совету, погрузилась в изучение инструкции для проживающих в гостинице, отпечатанной типографским способом в виде довольно объемистой книжицы. Сначала она тихонько посмеивалась, но, не дочитав и до середины, в раздражении бросила брошюру на стол:
— Если они не шутят, я бы назвала это заведение отелем усиленного режима.
— Ты же знаешь, инструкции пишутся не для того, чтобы они выполнялись, — заметил рассеянно адвокат.
— Проверим, — загадочно улыбнулась она и, заметив в его взгляде испуг, великодушно добавила: — Не сегодня, конечно, сейчас я больше всего на свете хочу спать.
На следующий день она не вспоминала об этом инциденте, и Александр Петрович надеялся, что она о нем вообще забыла. Но поздно вечером, около полуночи, когда по инструкции ни покидать отель, ни возвращаться уже не полагалось, Карина заявила, что хочет отправиться на море искупаться. Александр Петрович счел неразумным ее отговаривать, и они спустились в холл.
Дежурный охранник не спал. Он выслушал их без удивления, но сказал, что не имеет права отключать по собственному почину ни одну из подсистем электронной охраны. Если они настаивают, он может вызвать начальника службы безопасности.
Тот пришел через несколько минут, сонно моргая светлыми водянистыми глазами, и с заметным прибалтийским акцентом объявил, что их просьба совершенно невыполнима.
— В таком случае мне придется позвонить директору. — Адвокат потянулся к телефону.
— Прекратите сейчас же! Что вы себе позволяете? — неожиданно взорвался начальник охраны. — Я не могу работать в таких условиях!
Конечно, дружок, усмехнулся про себя адвокат, раньше перед твоими погонами в струнку вытягивался какой-нибудь несчастный эстонский городишко, а теперь вот настали другие времена. На лице Александра Петровича эта мысль отразилась в виде любезной выжидательной улыбки, окончательно взбесившей главу службы безопасности.
— Сколько вы собираетесь гулять? — прошипел он трясущимися губами, с отвращением оглядывая с головы до ног адвоката и Карину.
Пора поставить
— Вы слишком явно демонстрируете стиль, в котором привыкли вести допросы подследственных.
— Извините, я просто устал, — голос начальника охраны стал бесцветным, — сколько времени вы намерены там пробыть? — Он качнул головой в сторону двери.
— Час пятьдесят минут, — деловито отрапортовала Карина.
— Хорошо, — кивнул начальник охраны. Он успокоился так же внезапно, как несколько минут назад вышел из себя. — Сейчас вы уйдете по этой дорожке, — он показал маршрут на висящем у входа плане охранной зоны, — а в два пятнадцать мы откроем для вас канал через центральный вход, вот здесь. Давайте сверим часы.
Проводив их до двери, он добавил:
— Не заходите за белые линии по краям дорожек. Будьте внимательны.
Они спустились к морю по крутой, вьющейся между скалами тропинке и расположились на берегу крохотной бухты. Карина, сев по-турецки, пересыпала ладонями песок, наблюдая, как он смешивается с лунным светом.
— Ты никогда не боялся, что свет луны может растворить тебя без остатка? — поинтересовалась она, не отрываясь от своего занятия.
— Нет, — сказал он рассеянно, — у меня для этого слишком жесткая тень.
— Ты всегда помнишь о своей тени? — спросила она полуутвердительно, явно не ожидая ответа. — А меня в детстве эта проблема беспокоила всерьез. Мне и сейчас кажется, что такое возможно.
Сняв туфли, она вошла в воду по щиколотку.
— Вода совсем теплая, — она принялась скидывать с себя одежду, разбрасывая ее по песку, — по ночам я купаюсь в голом виде, надеюсь, это тебя не шокирует?
Ее загорелое тело казалось темнее выбеленного луной песка. Сделав еще шаг вперед, она бросилась в море.
Ослепленный сверканием взбитых ею брызг, адвокат подошел к воде. Он тоже решил искупаться, хотя море показалось ему не таким уж теплым. Но не успел он начать раздеваться, как почувствовал в спине легкий холодок. «Что бы это значило?» — удивился он и, отступив в тень скалы и дав глазам привыкнуть к мраку, стал осматриваться.
Со стороны моря все как будто в порядке. Тихая вода, танцующие отражения луны и мигание маяка вдалеке — здесь опасности не было. Он стал разглядывать единственный видимый из бухты склон горы, и ему показалось, что наверху время от времени что-то поблескивает.
Карина тем временем вернулась на берег.
— Да, — подтвердила она, — что-то блестит… странно. Любопытно бы поглядеть.
— У нас мало времени, дорогая. Лучше в другой раз.
Поднимаясь наверх, адвокат старался держаться от потенциального источника опасности, но в какой-то момент потерял ориентацию среди кустов и камней, и Карина, взяв инициативу на себя, вывела их на горизонтальную дорогу, ведущую к отелю, точнехонько под тем местом, где наблюдалось любопытное явление. До контрольного срока еще оставалось время, и они, разместившись в тени, стали следить за нависающим над ними склоном. Скоро их внимание привлек яркий блеск, и они увидели то, что хотели увидеть: совсем близко, метрах в тридцати над дорогой, на камне сидел человек с биноклем и что-то высматривал в направлении гостиницы.