Чтение онлайн

– - Э-э, зеленый чай, пожалуйста. Официантка с заученной улыбкой обращается ко мне:

– - У нас есть восемнадцать сортов...

– - Да принесите вы мальчику чайник чаю, черт побери!

Официантка кланяется, убрав улыбку:

– - Да, адмирал.

Адмирал? Сколько всего в Японии адмиралов?

– - Адмирал Райзо?

– - Это было очень давно. Лучше "господин".

– - Господин Райзо. Вы знакомы с моим отцом?

– - Прямой ответ на прямой вопрос. Я никогда не скрывал, что презираю этого человека. Девять последних лет я избегал его общества. С того самого дня, как узнал, что он продал фамильный меч Цукияма. Этот меч принадлежал его -- твоей -- семье пять веков, Миякэ. Пять сотен лет!

Унижение от того, как твой отец распорядился пятью веками истории семьи Цукияма -- не говоря о тех Цукияма, которым еще предстоит родиться, -- неизмеримо. Неизмеримо! Твой дед, Такара Цукияма, -- человек, который верит в кровные узы. Твой отец -человек, который верит в совместные предприятия на --> Формозе[Author:A] . Знаешь, где сейчас меч Цукияма?
– - Адмирал скрипит зубами.
– - Он висит в кабинете совета директоров завода, производящего пестициды в Небраске! Что ты об этом думаешь, Миякэ?

– - Это постыдно, господин Райзо, но...

– - Это преступление, Миякэ! Твой отец -- бесчестный человек! Он с легким сердцем бросил твою мать на произвол судьбы, даже не подумав о том, что ее ждет! Это дед позаботился о том, чтобы поддержать ее деньгами.

Для меня это новость.

– - Существует кодекс чести, даже когда речь идет о любовницах. Плоть и кровь -- вот что имеет значение, Миякэ! Узы крови -- основа жизни. Наша сущность! Знать, откуда ты родом, необходимо, чтобы знать самого себя.

Официантка возвращается с серебряным подносом и ставит наши напитки на кружевные салфетки.

– - Я тоже считаю, что узы крови -- это важно, господин Райзо. Поэтому я здесь.

Адмирал мрачно нюхает бренди. Я отхлебываю мыльный чай.

– - Знаешь, Миякэ, врачи приказали мне забыть о подобных вещах. Но среди моих знакомых больше престарелых моряков, чем престарелых докторов.
– - Он одним глотком отхлебывает полбокала, запрокидывает голову и с наслаждением смакует каждую молекулу напитка.
– - Твои сводные сестры -- никчемные создания. Визгливые пошлячки из колледжа для придурков. Встают в одиннадцать утра. Красят губы белой помадой, носят ботинки на толстой подошве, ковбойские шляпы, украинские платки. Они красят волосы в кислотные цвета. Твой дед надеется, что его внук -- ты -- имеет принципы благороднее, чем эти девицы, кидающиеся на каждый новый поп-хит.

– - Господин Райзо, простите, если... Я хочу сказать, я надеюсь, что мой дед ни в коем случае не видит во мне своего будущего наследника. Когда я говорю, что не намерен врастать в фамильное древо Цукияма, я хочу сказать именно это.

Господин Райзо недовольно перебивает:

– - Кто -- что -- когда -- зачем -- почему -- чей... Послушай, твой дед хочет, чтобы ты прочитал вот это.
– - Он кладет на стол коробку, завернутую в черную ткань.
– - Это не подарок, потом вернешь. Этот дневник -- самое ценное, что у него есть. Храни его как зеницу ока. Вернешь через неделю, когда придешь знакомиться со своим дедом. Сюда. В это же время -- десять утра -- за этот же стол. Вопросы?

– - Мы не знакомы -- он не боится доверить мне...

– - Непростительное безрассудство, по-моему. Я уговаривал сделать копию. Не доверять оригинал мальчишке. Но он настоял, старый осел. Копия не передает души, уникальности. Это его слова, не мои.

– - Я, э-э...
– - Я смотрю на черный сверток.
– - Я высоко ценю эту честь.

– - Еще бы. Твой отец никогда не читал этих страниц. Скорее всего, он пустил бы их с аукциона в своем Интернете.

– - Господин Райзо, скажите, чего хочет мой дед?

– - Еще один прямой вопрос.
– - Адмирал допивает коньяк. Камень в аграфе отливает синевой океанских глубин.
– - Я отвечу тебе. Войну с возрастом невозможно выиграть. В ходе этой войны мы наблюдаем отвратительные сцены. Истины превращаются в фиглярство. Вера становится предметом торга для лжецов.

Жертвы оказываются ненужными крайностями. Герои становятся старыми пройдохами, а молодые пройдохи -- героями. Этика теперь -- логотип на спортивной одежде. Ты спрашиваешь, чего хочет твой дед? Я скажу тебе. Он хочет того же, чего ты. Ни больше, ни меньше.

Шабаш жен разражается хохотом.

– - Но чего же?

Адмирал Райзо встает. Метрдотель с его тростью уже здесь.

– - Смысла.

d

1 августа 1944-го

С утра было пасмурно. После полудня заморосил дождь. Еду в поезде из Нагасаки. Путь до Токуямы, префектура Ямагути, займет еще несколько часов, а до острова Оцусимы, конечного пункта моего назначения, я доберусь только завтра утром. В прошлые выходные, Такара, я разрывался между двумя обещаниями. Первое я дал тебе: рассказать во всех подробностях о своей службе на Императорском военно-морском флоте. Второе я дал стране и императору: держать все подробности, касающиеся подготовки сил особого назначения, в строжайшей тайне. Чтобы справиться с дилеммой, я решил вести этот дневник. Эти слова -- для тебя. Молчание -- для императора.

Когда ты будешь читать эти строки, матушка уже получит извещение о моей смерти и посмертном повышении в звании. Возможно, ты, матушка и Яэко в трауре. Возможно, вы теряетесь в догадках, что означает моя смерть. Возможно, жалеете, что нечего положить в семейный склеп, -- у вас нет ни праха, ни костей. Этот дневник -- мое утешение, смысл моей жизни и мое тело. Море -- прекрасная могила. Не скорбите слишком.

Итак, я начинаю. Военное положение быстро ухудшается. Силы императора понесли огромные потери на Соломоновых островах. Американцы высаживаются на Филиппинах с очевидной целью захватить гряду Рюкю. Чтобы предотвратить разорение родных островов, требуются исключительные меры. Вот почему Императорский военно-морской флот разработал программу кайтен.

Кайтен -- это видоизмененная торпеда марки 93: лучшая торпеда в мире с кабиной для пилота. Пилот управляет торпедой, наводит ее на цель и наносит удар по вражескому судну ниже ватерлинии. Поражение цели теоретически неизбежно. Я знаю, Такара, ты любишь технические подробности, так вот. Длина кайтен -- 14,75 метра. Она приводится в движение двигателем мощностью 550 лошадиных сил, работающем на жидком кислородном топливе, которое не оставляет на поверхности воздушных пузырьков и позволяет нанести удар внезапно. Кайтен может двигаться со скоростью 56 км/ч в течение двадцати пяти минут, что позволяет ей настичь корабль, на который она нацелена. Кайтен вооружена боеголовкой с зарядом в 1,5 тонны тонулолнитротротилового эквивалента, которая взрывается от удара. Подводные лодки подходят к стоянкам кораблей противника на дистанцию поражения и выпускают кайтен. Эта новая торпеда, которая под управлением человека превращается в смертоносное оружие, вернет нам недавние потери в полушарии, принадлежащем Великой Восточноазиатской империи, деморализует военно-морской флот США и уничтожит большую его часть. Тихий океан станет японским озером.

На военно-морских авиабазах Нара и Цутиура свои жизни для программы кайтен предложили 1375 добровольцев. Строжайший отбор прошли только 160 из них. Видишь, брат, какой чести удостоилось имя Цукияма и сколь славная память о нем сохранится.

2 августа

Туманное утро; жаркий, безоблачный день. Я просыпаюсь вместе с другими курсантами на нарах в казарме военной полиции в Токуяме -- армейские казармы были разрушены бомбежкой месяц назад. Бомба ударила в топливный склад, и взрыв сровнял с землей весь порт и значительную часть города. Из этих руин нас морем переправили на Оцусиму. Путешествие было коротким -- всего полчаса, но перемена разительная. Оцусима сплошь состоит из мирных лесистых холмов с рисовыми полями. База кайтен и завод по производству торпед расположены на низком узком перешейке.