Чтение онлайн

Когда женские дни не пришли во второй раз, несчастная северянка заподозрила неладное. Ода часто слышала разговоры женщин, о том какие бывают предвестники беременности.

И тут то ее охватила настоящая паника.

По утрам девушку нещадно тошнило, а вечерами нападал поистине звериный аппетит.

Страх и неизвестность сковали ее.

Решившись она пришла к отцу, и упав на колени громко плакала, рассказав о своей тяжести, умоляя его скрыть от людей ее позор, пусть он побьет, проклянет, но не даст ее беде огласки.

Старик

Олаф впал в ступор. Молот Тора! Проклятье Локи! Как такое могло случиться? Его тихая, скромная дочь, воспитанная по всем законам севера, так опозорила его!

— А может ты сама, подобно грязной шлюхе легла по доброй воле, раз не говоришь мне его имя! Потаскуха! — кричал гневно отец, но в душе страдал ещё больше чем она.

Успокоившись, Ярл наконец решил как спасти дочь. Он выдаст девку замуж, но не вынесет этого позора, отправится в небесную Валлгалу!

Гордый старик безумно любил и в то же время стал ненавидеть Оду.

Старый Ярл после свадьбы дочери, уплывет в свой последний поход с остальными воинами. Он просто будет не в состоянии принять младенца, невесть от кого нагулянного когда Ода родит. Это не в его силах. Девка опозорила его честь, всю их родословную и пускай об этом никто не знает, но от Богов ничего не утаишь!

И вот наконец по прибытию в земли конунга, где под открытым небом были расставлены длинные столы и натянуты шатры, собралось больше тысячи викингов на главном весеннем тинге.

В воздухе витал запах жаренного мяса, викинги воодушевленно разговаривали меж собой, рассматривая вновь и вновь прибывших ярлов и их воинов.

Рабы не успевали ставить на стол бочки с элем, все ожидали появления конунга.

Внезапно юная Ода, которая все это время находилась рядом с отцом, увидела ЕГО….

Когда наконец появился конунг, викинги затихли.

Ингви сел на большое кресло по центру поляны, оглядев свой народ, он прокашляв горло начал говорить.

— Народ севера! Я приветствую всех вас! И по традиции мы начнём наш тинг с насущных проблем, и споров которые образовались за эту зиму между вами.

К конунгу подошёл крестьянин средних лет, он сняв шапку с головы низко поклонился и просил дать слово.

Ингви слегка кивнул.

— Конунг! Я Льет Мортенссон! Всю свою жизнь я трудился на своей земле, обзавёлся небольшим хозяйством! Этой зимой из моего стада пропала одна овца! — Крестьянин помедлил, затем обернулся и указал пальцем на одного из мужчин.

— Это сделал Хьярти Фроддиссон! — Воскликнул Льёт, — Этой зимой его семья голодала, так как весь посев и всю осень он беспробудно пил! Каждый в нашей деревне может подтвердить мои слова и то что он пьяница!

— Ты лжёшь! — Закричал Хьярти, утирая бороду от слюны, — Просто мой надел не так плодороден как твой!

Конунг махнул

рукой, давая знак всем замолчать. — Говори же дальше Льёт. Какая причина вашей ссоры? Ты обвиняешь своего соседа в воровстве?

Льёт гневно сжал кулаки.

— После того как пропала моя овца, в его доме каким то образом появилось мясо! Моя жена Халла лично выдела как он из погреба вытаскивал добрый кусок баранины!

Конунг перевёл взгляд на бледного Хьярти.

Мужик выглядел растерянно.

— Говори! Льет утверждает что это твоих рук дело. Но прежде чем ответить, хорошенько подумай. Ты своровал скотину у своего соседа?

Хьярти вспотел, его глаза забегали. Ингви сощурился, сомнений не было, это он.

Внезапно из толпы вышел белокурый юноша. На вид ему было лет пятнадцать. Светлый пушок только — только начал пробиваться над верхней губой. Парнишка низко поклонился.

— Конунг, я хочу ответ держать. — Парень расправил плечи, но было заметно как он взволнован.

— Ну что же, мы тебя выслушаем.

— Я Бьёрн Хьяртиссон, этот мужчина мой отец-Он указал рукой, — Этой зимой моей семье, троим младшим сёстрам с матерью и отцом было туго. Зерна действительно не хватало. — Бьёрн сглотнул, и опустил голову. — Это я украл овцу у Льета и в лесу зарезал ее, что бы накормить своих родных. Моя младшая сестра Гида была совсем плоха…

В толпе прошёлся неодобрительный шепоток. И без того бледный Хьярти, лицом совсем поник. Конунг поджал губы.

— Руки ему отрубить! — Крикнул кто то из толпы, Ингви глубоко вздохнул. Он перевёл взгляд на отца мальчишки.

— То что он сказал, это правда?

Хьярти вышел вперёд.

— Конунг, прошу не калечить моего сына. Я сам готов понести наказание. Я не смог достойно прокормить свою семью и малец сделал необдуманный шаг.

— Жалкий воришка! — Закричал Льёт — Я так и знал что это ты и твоя проклятая семейка утащили мою скотину!

— Ты сделал тяжёлое преступление-Молвил конунг, он задумался. Смотря на Бьерна было видно как тот раскаивается. Но мальчишка сделал дурной поступок. Белокурая голова парнишки опустилась, он не хуже остальных знал как поступают с ворами.

— Ну что же, значит тебе придётся отвечать! Принесите топор! — Воскликнул конунг. Из толпы тут же вынесли широкую лавку и небольшой железный топор. Два викинга грубо подхватили Бьёрна под руки. Юноша вздрогнул, с мольбой в глазах он смотрел на Ингви, но не сказал не слова, боясь прослыть трусом.

Когда наконец лавку установили перед конунгом, один из викингов передал Льету топор. Мужик нахмурился, по закону ему придётся рубить руку воришке.

— Ты знал что бывает с ворами и как с ними поступают Бьёрн Хьяртиссон, а так же понимал какое наказание за этим последует, — Говорил Ингви-За то что ты украл у своего соседа скотину, Льёт отрубит тебе запястье.